Ой-йой

      Только рука выглядывала из проёма, как за неё схватили и потащили за собой.       — Побежали скорее! Мы опаздываем! — блондин бежал, на скорости открывая дверь.       Всё произошло слишком быстро и неожиданно. Ромео даже не сразу осознал, что его не просто тронули, а схватили и потащили в неизвестном ему направлении. Но осознал, что это всё вызвало дискомфорт в животе, от чего тот схватился за него и болезненно промычал. На счастье юноши,Феликс не заметил смену настроения,очень уж был озабочен тем, как пробежать по коридору, наверх по лестнице и влететь в столовую, чтобы успеть.       Уже на месте до Ромео дошло, что уже как больше минуты у него близкий контакт с чужой рукой. Паренёк одёрнул побледшневшую руку из крепкой хватки Феликса и направился к столу. Он не заметил, как блондин очень подозрительно на него посмотрел, но заметил взгляды остальных присутствующих. Все были ошарашены его преображением, а Чарли кусал пальцы от волнения. Ромео опустил взгляд, спрятал руки в карманы и сел на место.       — А ты чего так вырядился-то? — спросил Дима, пока паренёк пытался пересилить себя и съесть несчастные маффины со смородиной, которые были окрашены в розовые оттенки.       — Эм… Ну… — надо было придумать нереально феноменальную причину смены имиджа. — И-Испачкал ту одежду, — нервный смешок и неловкое молчание, что прерывало шум в столовой.       Зонтик хотел что-то добавить, но Ромео его прервал фразой «Приятного аппетита» и через силу засунул в себя один из марффинов. Уж лучше он будет есть то, что ему кажется протухшим, чем разъясняться сейчас перед всеми. Все просто продолжили трапезу.       

***

      — На пару слов. Сейчас же, — прошипел сквозь зубы товарищ, перехватив руку Ромео.       Юноша сразу же отдёрнул её. Даже без ужасающих воспоминаний. Просто неприятно и противно. Оставив еду на столе, Ромео последовал за Чарли, которого скорее назовёшь не разозлённым, а напуганным. Паренёк решил взглянуть на остальных, кто сидел за тем же столом, но они тут же отвернулись от него и продолжили есть, будто ничего и не происходит.       Персонажи шли по знакомой уже дороге: лестница, коридор, первая дверь слева.       — Что с твоей одеждой? — на ходу спросил Чарли, как только дверь закрылась.       — Ну… В той одежде сейчас не получится ходить, а в шкафу было только… Это, — разъяснился Ромео, чуть приподнимая на себе куртку, показывая, мол «вот это».       Блондин оценивающе рассматривал наряд на нём и хотел прокомментировать, пока взгляд не остановился на плечах. Куртка была расстёгнута и приподнята, по этому можно было мимолётно увидеть, что что-то не так с плечами. Чарли подошёл и быстро снялул элемент одежды. Ожоги. Стянув куртку с другого конца, он увидел точно такой же. Ожоги такие, словно его беспрестанно поливали кипятом, а самое удивительное, что они повторяли форму руки.       Паренёк ужаснулся, как и юноша напротив. Он не думал, что его секрет раскроют так быстро. Ромео быстро натянул куртку обратно и отошёл на пару шагов от собеседника.       — О-Откуда? — всё, что смог выдавить из себя Чарли.       — Я… Не хочу об этом говорить, — ответил тот и проскользнул на выход.       Ромео было не по себе, особенно от осознания того, что его тайну раскрыли. Он не хочет, чтобы кто-то знал его тайну. Особенно тот, кто в такой же ситуации. Единственный. Он не готов сейчас находится в одном помещении с ним. Лучше переработает это у себя в голове и подготовится к худшему в коридоре.       — Ромео, дорогой! А я тебя как раз и ищу, — прозвучал с лестницы уже знакомый голос.       Юноша повернул голову и увидел ту самую блондинку, что вчера приставала к нему у двери. Страх овладел его телом. Спиной вжался в дверь, рана стала болезненно ныть, а глаза смотрели прямо на неё.       — Зачем ты убегаешь, милый?       Её голос прозвучал очень громко и шумно. Словно это говорило то существо из кошмара. Или же у него галлюцинации?       — Ромчик, я тебе вопрос задала, а ты не слушаешь, — её руки обвели шею и повисли на нём. — Ты помнишь меня?       Юноша еле-еле помотал головой в знак отрицания. Девушка напротив удивленно вскинула бровями, показывая полное удивление, а потом опустила в форме «домика». Видимо этот ответ её очень расстроил. Она глубоко вдохнула, секунда, и впивается в губы напротив.       Она всё целовала и целовала, а юноше всё не хватало воздуха. Дышать становилось труднее, а в глазах темнело и расплывалось всё.       Ромео грубо оттолкнул её, тяжело дыша. В глазах читались страх и недопонимание всего происходящего. Девушка была не меньше в замешательстве. Она думала, что у неё получится зажечь тот былой огонь, но видимо не получится. Он полностью новый.       — П-Прости. Я думала, ты вспомнишь те времена, когда мы встречались.       — В-Встречались?!       Собеседница кивнула.       — Мы встречались с тобой, пока тебя… — она с грузом в сердце выдохнула. — не утилизировали.       У юноши сердце пропустило удар. Это объясняло, почему все с ним говорят, словно они знакомы сотню лет, почему тюбики использованные в ванной и так далее. Да и в принципе можно было догадаться по разговорам ранее. Но что случилось с прошлым «Ромео»? На какие он грабли наступил?       — Я-Я понял, — всё, что смог ответить паренёк и ускользнул в помещение за спиной.       Ромео стоял лицом к двери, пытаясь переварить информацию и успокоиться после прикосновений.       — Всё хорошо? А то ты весь бледный, — спросил Чарли, от чего второй чуть ли не подпрыгнул.       — Д-Да-да. Всё хорошо, — актёр из него вообще никакой. Блондин глубоко вздохнул.       — Я видел, что произошло в коридоре, — Ромео повернулся к нему с расширенными глазами. — Да, в прошлом тебя утилизировали. Я не знаю, как об этом узнали, но могу сказать, что раньше ты был… Чересчур романтичный, и я сказал бы, эгоистичным. Но сейчас ты не такой. Ты стал трусливым тактилофобом. Но ты ещё настолько поломан, что одеваешься слишком броско и смело для своего состояния. Ты более сломан, чем я.       С каждой секундой у Ромео словно отваливалась. На половину его вопрос сейчас давался ответ, но в тоже время появлялись и новые. Самый главный — в чём так прокололся прошлый «Ромео», что того утилизировали?       Паренёк взялся за голову и на ватных ногах добрался до ближайшего сидячего место, плюхаюсь на него. Он слишком потрясён от последних новостей.       — Ромео, я… — Чарли пытался подобрать слова поддержки, но ничего не получалось связать. — Мне жаль.        Юноша взглянул на товарища с болью и из его глаз потекли слёзы, а дыхание стало прерывистым. Голова опустилась на колени, послышались приглушённые всхлипы. Блондин сначала растерялся. Перед ним ещё никто не плакал из-за горя, и утешать он не особо знает как. И Чарли ничего не придумал лучше, как обнять того со спины, поглаживая по голове.       Ромео хотел отпихнуть от себя Чарли, но ему не хватало сил на это. Ещё только утро, а он уже дико устал. Так что он просто плакал, сильно сжимая ноги. Прошло ещё некоторое количество времени, и тот просто вырубился в объятиях того, кому он может всецело довериться. Но… Надолго ли?       

***

      Олежа наблюдал за всей это сопливой сценой, а так же раскрытие обожжённых плеч и встречу с Клорисой. Когда Ромео уложили на ближайший кресло-мешок калачиком, призрак вернулся в соседнюю комнату к остальным.        — Ну что там? — с предельным любопытством спросил шашлык.       — Твои подозрения были верны, Феликс, — начал докладывать Душнов. — Ромео неисправен.       — Да что ж такое-то! — взбесился блондин. — Когда будет с нами наш Ромео?!       — Всё же подозревал, что с ним что-то не так, — низким голосом прокомментировал Пик.       — О нет! Что же нам говорить создателю?       — Ничего, — чётко ответил Куромаку на вопрос Зонтика.       — И что же, нам молчать?       — Молчание хорошо, а умолчание ещё лучше. Так что не будем запинаться об этом создателям.       — Данте прав. А вы двое, — Куромаку указал на Пика и Вару. — не докучайте ему.       — Больно надо, — Вару сложил руки на груди и отвернул голову, скривив обиженное лицо.       — Я не понял. Чарли тоже неисправен, что ли? — Наконец-то подал голос Рикардо.       — Как я понял да, — призрак было грустно об этом говорить. Он сел на одно из свободных мест.       — Блеск! — мафиозник взметнул руками.       — И сколько нам так молчать? — спросил любитель энергетиков, на что большинство просто пожали плечами.       — Будем молчать до последнего. И этим двоим тоже ничего не скажем, — после слов Пика все закивали волосами и заугуками.       — На этом мы и порешали.