Мечи умеют говорить.

Иногда меч говорит лучше любых слов. @Мастера Мечей Онлайн Он — это сила. Он — это одиночество. Он — мастер меча, застрявший на долгие годы в самом страшном месте на Западном континенте. И он выжил. Его сила заключалась в том, что он выжил будучи самым слабым существом в начале своего трудного пути. Но он смог. Он жив. Чхве Хан нашëл свою семью, своего спасителя, покой и умиротворение. Покой в израненной душе, в силе, черпаемая в близких. Стоило выйти за предела Леса Тьмы, как его мир начал стремительно расширяться. Он узнавал новое, стремился к новому, потому что рядом, он, Кейл Хенитьюз, подаривший несколько красок: хочешь — раскрась, хочешь — подожди, пока не появятся новые. А затем. Мир взорвался радугой, яркими цветами. Блеклые краски ушли, сменяясь живописной картинкой в глазах. Он практически прозрел, стоило увидеть еë. Она — не хрупкий и нежный цветок, а твëрдый клинок, стоящий на своëм до последнего своего вздоха. Она — прямота и честность. Она — глоток воздуха. Она — мастер меча, становившаяся сильнее ради своего брата. Она вырвалась из оков Папы и титула «Святой», тянущие ко дну, и гордо идëт вперëд, несмотря на шрамы. На шрамы, оставленные ядом для всего живого. Но она выжила. Прямо как он. Даже если ситуации разные. Ханна была прямолинейной, по своему наивной, но с блеском в глазах и дерзкой ухмылкой на лице. Удары еë прямые, но точные. Не стеснялась шрамов и даже не думала скрывать. Она гордилась собой, а он — ею. Не любила закулисные интриги и чересчур ласкового обращения, но иногда... Иногда Ханна задумчиво проводила пальцем по шрамам, полученные в Лесу Тьмы в первые годы выживания. Иногда целовала их. Любимый еë шрам на теле Чхве Хана — тонкая, почти зажившая полоска между лопаток. Не было ни дня, чтобы она не обвела его пальцем мимоходом или не целовала по ночам. Если вы спросите, куда любит целовать девушку сам мечник, то это шея и тыльная сторона запястья. Ханна презрительно хмыкала, когда Чхве Хан излишне мягко прижимался своими горячими губами к еë телу, но презрение было больше напускным, чем реальным. Всë же ей нравилось, когда весь из себя столь сильный Мастер меча обходится с ней столь нежно. Конечно, он мог и жестко, но не об этом сейчас. Со временем их тренировки стали всë меньше и меньше нести агрессивный характер, всë больше и больше напоминая изящный танец. Танец на мечах, в которые вкладываются их чувства: гнев, боль, грусть, что постепенно сменяются на игривость, веселье, любовь. Они возвели это в ранг искусства, завораживающее взгляд, притягивая любопытно-восторженные взоры случайных наблюдателей. Их тайный язык любви, их общее детище, создавшиеся ими самими — искусство меча.