Глава 1

Это произошло не вчера, и кажется, всегда было частью меня. Я ненавидел девушку своего лучшего друга. Она мне с первого первого взгляда не понравилась, и я знал, что у нас это взаимно. То, как Мариса смотрела не меня...с лёгкой ноткой пренебрежения во взгляде всегда выводило из себя. Ее сухие, лишенные малейшей эмоциональной окраски приветствия в мой адрес, были частью нашего "необщения". Как всегда я чувствую присутствие Марисы где-то рядом ещё до того, как наши взгляды встречаются. С каждым ее новым движением в моем направлении, я стараюсь придать своему лицу еще более скучающее, снисходительное выражение. Но сегодня, кроме пренебрежения в ее усталых карих глазах было что-то большее..." она плакала накануне?"- внезапно промелькнуло в моей голове. "Да плевать, даже если и так..." И даже сейчас, когда мы случайно пересеклись на пляжной вечеринке, взгляд ее карих глаз сразу же падает на мою разбитую губу. Я уверен, что в ту же самую секунду Спирито уже нарисовала картину в своей голове касаемо меня. Очередное увечье, нанесенное в позерской драке, так свойственной моему характеру гуляки и бабника. Ведь для Марисы Спирито я невыносимый, раздражающий до скрежета зубов мудак, любящий привлекать к себе всеобщее внимание. - Где Томас? - без лишних сентиментов от нее следует достаточно прямой вопрос. И даже несмотря на то, что я сидел, а Мариса стояла, как бы возвышаясь надо мной, она не чувствовала себя хозяйкой положения. Иначе зачем бы она стала прятать себя, вонственно скрестив руки на своей груди? Я всегда любил действовать ей на нервы, это была моя любимая игра, поэтому даже не задумываясь, на моем лице появляется выражение глубокой задумчивости, как будто я пытался вспомнить кого из моих друзей зовут Томас. - Я ни его нянька, без понятия. После того, как мы с девицей, сидящей у меня на коленях, смериваем Спирито холодными взглядами, ясно дав понять, что ей здесь не рады, Мариса молча разворачивается и идет в обратном направлении. Освежающий глоток пива после ее ухода, не помогает мне забыться. Я снова подношу бутылку ко рту, закрываю глаза и с усилием проглатываю подступившую к горлу слегка горьковатую жидкость. И даже девушка, исследующая мою шею губами не может остановить бесконечный поток мыслей в моей голове о том, "что опять натворил Томас и где он, черт возьми, пропадает?" Мариса явно была расстроена. Мне не показалось. Пытаясь забыть о девушке своего лучшего друга, я зачем-то опять начинаю искать ее глазами в толпе, тусующихся на пляже. Ее нигде нет, но после коротких расспросов, я начинаю понимать, что она отправилась куда-то вдоль берега пляжа совершенно одна. Самое время прогуляться в одиночестве, когда на улице хоть глаз выколи и кругом полно пьяных парней, всегда готовых к приключениям. Не задумываясь, я отправляюсь на поиски Марисы. Спустя десять минут, я нахожу ее у воды с каким- то совершенно отсутствующим взглядом, направленным к линии горизонта. Словно она задумала шагнуть в воду, и никак не может на это решиться. - Не самый приятный способ лишить себя жизни.Ты хоть раз видела утопленника? Мариса резко оборачивается на мой голос, после чего я выхожу из темноты., оповещая тем самым о своем присутствии. - Так значит, вот как ты обо мне думаешь на самом деле? - ее слова лишены эмоциональной окраски. - Я вообще о тебе не думаю, - отвечаю на автомате. Мариса молча принимает этот факт, поджимает губы, и в очередной раз ставит меня в тупик своим неожиданным вопросом: - Тогда, что ты тут делаешь? Молчание затягивается, я тяну с ответом и даже шум волн, прибивающих на берег, словно вторит ее словам и требует от меня объяснений. - Дерьмово выглядишь, - я почти кусаю себя за язык, когда понимаю что ни нашел ничего лучше, чем оскорбить девушку. Но Мариса удивляет меня, еще больше, когда вместо нападения выбирает совершенно обратную тактику. Хмыкнув, она соглашается: — Я и чувствую себя дерьмово, так что лучше уходи. - Да я бы и рад уйти, только вдруг тебе в голову придет мысль утопиться, а меня потом полиция по допросам затаскает... - Твоя забота разбивает мне сердце, - ее губы лицемерят, пока я рассматриваю ее грустное лицо и пытаюсь понять, что же на самом деле происходит где-то глубоко внутри Марисы Спирито? - У тебя какие-то проблемы с Томасом? - А ты правда хочешь поговорить об этом? - Если тебе есть, что рассказать, я... Она сводит брови на переносице так, словно говоря мне, "что ты несешь придурок? - Топай лучше к своей подружке, Бустаманте. И вновь Мариса становится огромной колючей занозой в моей заднице. Я не совру, если скажу, что меня это не забавляет. - Я не из тех, кто заводит постоянных подружек. - Почему? - спрашивает она уже безо всякого издевательства и сарказма в своём тоне, и мне начинает казаться, что это самый длинный разговор за все время с нашего первого знакомства. - Хотя нет, не отвечай, я итак знаю ответ. Очевидно же, что ты боишься ответственности. - Нет, я просто мудила. - Вот как, - я замечаю на лице Марисы подобие улыбки. - С этим сложно не согласиться, но тут проблема в другом. Ты просто еще не встретил ту самую. На последних ее словах наши взгляды пересекаются, пока я не отвожу глаза на бушующую гладь моря. - Я не романтик, - подхожу ближе к воде, чтобы сравняться с Марисой и вновь смотрю на девушку, которая вообще не должна меня интересовать, а я блядь, даже спать последние несколько дней спокойно не могу. И все из-за нее. - Так ты расскажешь почему плакала? - Я не плакала. Я вообще никогда не плачу, - украдкой замечаю, как начинают поблескивать уголки ее карих глаз и интуитивно тянусь к ее лицу, чтобы вытереть выступающие слезы, но вовремя одергиваю себя и опускаю руки. - Как скажешь. Можем просто побыть здесь некоторое время и просто помолчать. Я упрямо складываю руки на груди, чтобы открыто дать понять Марисе, что не сдвинусь со своего места, даже если она меня прогонит. Мариса кротко исследует мой профиль, думая, что я всего этого не замечаю, а я просто хочу быть в этом самом месте прямо сейчас, и ни с кем-то другим, а именно с ней. - Скажи... - Ммм? - проявляю заинтересованность к ее вопросу, оставаясь у кромки берега. - ... как давно Томас спит с Пилар? - Что? Томас и Пилар? - Аааа, так ты тоже не знал, - по моей реакции Мариса понимает, что я удивлен совершенно искренне. - Знаешь, а ведь я даже немножечко рада, - когда я вновь перевожу взгляд на ее лицо, она болезненно улыбается. - Мне никогда раньше не изменяли и не бросали. Всегда хотела испытать что-то подобное. Это ведь странно, да? - Нет, в том случае, если ты не любишь Томаса. - Мы с Томасом познакомились в тот период моей жизни, когда я отчаянно нуждалась в ком-то рядом. Просто в человеке, чтобы не чувствовать себя одинокой, - Марису внезапно тянет на откровения и мне нравится смотреть, как она потихоньку открывается мне. - Моя лучшая подруга уехала, а вдобавок ко всему, я узнала, что мой отец, не мой родной отец. Сегодня я получила письмо от его новой семьи. Он умер из-за осложнений после операции на сердце, а я даже не познакомилась с ним, потому что, узнав правду, оттолкнула его. В моменте все становится на свои места, так значит ее слезы это не из-за измены Томаса. В жизни Марисы произошло что-то гораздо страшнее предательства. Я хочу обнять ее, чтобы поддержать, но она пытается оттолкнуть меня. - Соболезную. - Не надо! В моих последующих действиях нет никакой логики и рациональных мыслей. Я настойчиво прижимаю ее к себе, позволяя плакать на своей груди. Мариса такая хрупкая, чего трудно не заметить, с первого на нее взгляда, но я даже не мог подумать, что буду казаться огромным по сравнению с ней. Именно так я ощущаю себя, когда она находится в моих крепких объятиях. Наше глубокое дыхание хорошо ощущается друг на друге. Пока она всхлипывает где-то в области моей груди, я целую макушку ее головы так, если бы был ее парнем и хотел защитить от всего зла этого мира. Это маленькое действие не остаётся незамеченным со стороны Марисы, и она моментально отстраняется от меня, пытаясь привести в порядок своё лицо. - Уходи! - Нет, ты все не так поняла... - Плевать, я просто хочу побыть одна. Возвращайся на вечеринку, - шмыгая носом, она продолжает от меня отворачиваться, чтобы вытереть мокрые глаза. - Кем я буду, если оставлю тебя в таком состоянии одну? - Мудаком, - предполагает она, вспоминая мои же недавние слова. - Послушай, Пабло, - я впервые слышу, что Мариса называет мое имя, а не фамилию, от того я делаю выводы, что лед между нами медленно тает, - мы не обязаны делать вид, что друзья. Мы едва ли замечали друг друга до этого момента, и сейчас не будем притворяться теми, кем не являемся. Я итак чувствую себя полной дурой, расплакавшись перед тобой, так что сделай одолжение, просто уходи. - Приятно видеть, что ты обычная девушка, - видя напряжение ее взгляда в мою сторону, я пытаюсь объясниться, - все девчонки плачут время от времени. Это нормально. - Только не я. - Хорошо, сделаем вид, что ничего не было, как скажешь, - я безапелляционно поднимаю руки вверх. - Я забуду наш сегодняшний разговор, при одном условии, я отвезу тебя домой. - Нет! - Хорошо, тогда я останусь стоять на этом самом месте. - Ты выпил, тебе нельзя садиться за руль. - Мне все можно, мой отец мэр этого города. Знаю, как это прозвучало, но поверь, я имел в виду, что все будет хорошо в любом случае. Я даже банку пива не допил. Мариса немного колеблется, а потом удивляет меня ещё больше, произнося, смиренное хорошо. - Хорошо? Ты сказала, хорошо? - Только потому что ты умолял. - Но я не умо... - Я ведь могу и передумать, Бустаманте, - предостерегает Мариса, и тем самым отправляет меня в нокаут. - Надо же мне было нарваться на вымирающий вид, - последнего джентльмена в этом мире! Наблюдая, за тем, как она босыми ногами идет к стоянке, где ранее все присутствующие на пляжной вечеринке оставили свои автомобили, я усмехаюсь. Мариса назвала меня Бустаманте, а значит между нами все как обычно. *** Как я и предполагал за время нашего пути, Мариса не проронила ни слова. А после того, как я заехал заправиться на стоянку, она и вовсе уснула на пассажирском сидении. С силой вбирая в грудь воздух, я пытался сосредоточиться на дороге, но все время смотрел на Марису. Спящей, она выглядела уставшей и абсолютно невинной, что никак не увязывалось в моей голове с ее вредным характером и саркастическим ртом. Притормозив у ее дома, я сделал музыку тише, решив, что это действие разбудит Марису, но не вышло. Когда моя рука потянулась к ее плечу, я заметил слезинку, скользящую вниз по ее безмятежному лицу. Я бережно коснулся ее кожи, и Мариса моментально открыла глаза, с ужасом посмотрев на меня: - Что ты делаешь? - Для той, что никогда не льёт слезы, ты слишком много плачешь. Мы приехали. - Постой, - она обернулась по сторонам, чтобы соорентироваться на местности, - откуда ты знаешь, где я живу? В этот момент мне захотелось рассказать ей гораздо больше, чем она была готова услышать. Я устал притворяться, что с тех пор, как она появилась в нашей компании, моим мыслям нет покоя. Я знал, что ее любимый цвет красный, и что на ее руках всегда много дурацких колечек. И то, что ее духи называются "Gucci flora", и чтобы узнать об этом, я спросил их название у одной девчонки, с которой иногда коротал ночи. Она пользовалась тем же ароматом. И то, что Мариса всегда злая по утрам, вернее будет сказать, что она всегда злая, но по утрам особенно. И то, что я знаю, где она живёттолько лишь потому, что ее парень , а по совместительству мой лучший друг настоящий придурок. Потому что однажды Томас не стал провожать Марису до дома, а я не мог поверить, что он идиот настолько, что решил ночью отправить свою девушку на такси совершенно одну . Я просто ехал за ее автомобилем, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. И то, что я бы все на свете отдал, чтобы никогда больше не смотреть в ее сторону...я все бы ей рассказал... - Я задала вопрос. Откуда ты знаешь мой адрес? Размышляя о правде, ритм моего сердца ускоряется. - Однажды подвозил Томаса к тебе. - Ясно... - Мариса быстро соглашается, тем самым усыпляя мою бдительность. - но Томас никогда не был у меня дома. - Чего ты хочешь? - мне сложно скрыть свое раздражение, ведь на этот раз я попался на лжи. - Услышать правду. - Хорошо, вот тебе правда. Тогда после дня рождения Гвидо, ты уехала домой на такси, я вызвал другое и отправился следом за тобой. Довольна? - И зачем же? Я просто закрываю глаза, касаюсь двумя пальцами переносицы и пожимаю плечами: - Это действительно нужно объяснять? - Если ты не маньяк, охотившийся за молодыми девушками, или сталкер какой-нибудь, то полагаю, что нужно. - Я не маньяк, хорошо? Я влюбленный идиот, который точно безмозглый подросток, не придумал ничего умнее, чем дразнить и обижать девушку, которая украла мой покой и сон, вместо того, чтобы просто рассказать ей о своих чувствах, - хочется произнести в ту же секунду, но я сдерживаюсь. - Так зачем, Пабло? - Мариса все еще ждет моего ответа. - Я не знаю, мне так захотелось, - начинаю нервничать. - Ну ладно, давай топай, мне пора на вечеринку возвращаться, итак кучу времени из-за тебя потерял. - Нет, я не уйду, пока ты мне все не объяснишь. Зачем главный тусовщик колледжа по собственной воле ушел с вечеринки, чтобы поехать на такси за девушкой своего лучшего друга ? - Подумай, ты же у нас умная! - Почему с тобой всегда так сложно? Ты просто убиваешь меня своими вопросами. На этом моменте я окончательно взрываюсь и теряю самообладание: - А ты никогда не думала, что уже давно убила меня? С самой первой нашей встречи! Уивление во взгляде карих глаз Марисы, я принимаю нервным выдохом. - Нет, - она качает головой, словно никак ни может поверить в услышанное, - но ты же... ты же ненавидишь меня! Я упрашиваю ее взглядом, а затем натягиваю кепку на глаза и спускаюсь на сидении вниз, чтобы нечленораздельно промычать: - По всей видимости, не так уж сильно, как хотел бы. - Но я тебе даже не нравлюсь! Ты сам мне это сказал и это взаимно. - Ну вот, мы все и прояснили, теперь можешь идти, - я потянулся к пассажирскому сидению и открыл для нее дверь, предлагая ей поскорее убираться прочь из моей машины и из моей жизни. Меня не интересуют девушки, которые не заинтересованы во мне. Я Пабло, мать его, Бустаманте, любая другая на ее месте, была бы счастлива услышать от меня подобное признание. Любая другая, но только не та единственная, которую хочу я... Мариса медлит и не торопится выходить, вместо этого она вновь смотрит в мои глаза еще раз: - Так значит, я нравлюсь тебе? - Я не знаю, как назвать свои чувства, - стараюсь смотреть куда-то вдаль, но только не на нее, - потому что раньше ничего подобного не испытывал. - Чувства? - ее охватывает беспокойство, когда Мариса захлопывает дверь со свой стороны. - Мы говорим не просто о симпатии? - Чтобы ты понимала, это не слово на букву "л", - намеренно занижаю важность испытываемых мною эмоций. Я пытаюсь хоть как то внести ясность во всю эту сложную ситуацию, но выходит только хуже. - Не волнуйся, я справлюсь с этим как-нибудь сам. Какое-то время Мариса просто молча смотрит на меня, и выражение ее лица излучает некоторую обеспокоенность. Я также углубляю свой взгляд, стараясь не замечать, как рукав футболки спадает с одного ее плеча, обнажая кожу. Жар ее глаз сводит меня с ума. То самое чувство, когда в моменте, словно по щелчку пальцев, просто встречаешься взглядами и вот оно. Между нами так много недосказанности, откровенных признаний, смешанных чувств, что совершенно непонятно, где и как всему этому теперь существовать? И тут Мариса делает то, чего я совсем от нее не ожидаю. Она подается слегка вперед, стягивает мою кепку и выбрасывает ее на заднее сидение. - Что ты... — я прерывисто вздыхаю, ощущая тепло её кожи и горячее дыхание на своих губах. Желание спросить у неё так много отступает, как только я вижу ее умоляющий взгляд. — Заткнись, — Мариса наконец прикасается к моим губам в неспешном и почти целомудренном поцелуе. В этот момент мне одинаково сильно хочется залезть к ней под юбку и повалить на сидение, а с другой стороны позволить ей и дальше проявлять инициативу. Мне нравится ее решительность. Мне нравится думать о том, как далеко мы можем зайти. Вместо того, чтобы одуматься и прекратить это настоящее безумие, не разрывая поцелуя, я обхватываю Марису и практически силой усаживаю на свои колени. Теперь мы одним целым оказываемся на водительском сидении. Когда она скрещивает руки на моей шее, я притягиваю ее лицо к своим губам и полностью зававладеваю ее ртом.  - Я хочу прикасаться к тебе, - мое дыхание ласкает ее ухо, - у меня так много "хочу", когда ты рядом... Мои ладони, скользнув под юбку, в собственнической манере поднимаются вверх по бедрам Марисы. Гладкость ее кожи под моими пальцами ощущается охренительно-прекрасно. Когда я погружаю пальцы в ее волосы, хватка на её затылке становится сильнее. В ту же секунду, я углубляю поцелуй, врываясь в её рот своим языком, стараясь этим поцелуем обуздать неприемиримый нрав Марисы, взять верх и почувствовать над ней власть хоть на некоторое время, чтобы затем начать всё сначала. Теряя рассудок от поцелуев и прикосновений, мы задыхаемся, с жадностью хватая ртом воздух. Я мечтаю не просто целовать ее губы, я хочу обладать ей всей без остатка. Опьяняющее чувство вседозволенности окончательно развязывает мне руки. Но когда звонит мой мобильник в правом кармане, этот звонок вносит свои коррективы в происходящее. - Я не могу сейчас говорить! - Ты с Марисой? - голос Томаса моментально меня отрезвляет. - Кто-то из ребят видел, как она садилась в твою машину. У нее телефон выключен...Пабло, что происходит? Пока я держу мобильный у своего уха и пытаюсь восстановить дыхание, мы с Марисой молча наблюдаем друг за другом, и время словно останавливается. Ее дыхание прерывистое и поверхностное. По одному только ее виду все становится на свои места: все это время она хотела меня так же сильно, как и я ее, но с той разницей, что ей это было совсем не по вкусу. - Я перезвоню... Когда я обрываю вызов, Мариса быстро одёргивает свою мини юбку, поправляет футболку и перемещается обратно на свое сидение. Момент потерян, как мне кажется навсегда и Мариса подтверждает это не только словами, но и действиями: - Мне нужно идти. Спасибо, что подвёз. - Постой, нельзя вот так целоваться с кем-то, а потом просто уйти, ничего не объяснив! - Несмотря на все обстоятельства, Пабло, я не могу так поступить с Томасом! Мы не можем. Почему она кричит на меня? Несколько секунд спустя, мы молча смотрим перед собой, пока я не прерываю наше молчание: - Останься со мной только сегодня, пожалуйста, - я никогда и никого об этом не просил. - Я не могу. - Не можешь или не хочешь? - Все сложно, Пабло... - Сложно, это когда у тебя от собственных желаний болит душа, и ты ничего не можешь с этим поделать. Я не знаю, что еще я должен сделать или сказать... - Скажи, что обычно говоришь девушкам, которых провожаешь домой. - Я тебе позвоню, - произношу на автопилоте и вижу ее потухшие глаза. Мариса слегка взмахивает рукой на прощание и разворачивается уже готовая, окончательно уйти, но в этот последний момент я протягиваю свою руку и вновь тяну Спирито на себя. - У меня нет твоего номера, и ты совсем не похожа на остальных девушек, - мне до смерти надоело играть в эти игры и вместо того, чтобы вести каверзные беседы, я предпочитаю снова прикоснуться к ее сладким губам. Это произошло не вчера, и кажется, всегда было частью меня. Я не просто ненавидел девушку своего лучшего друга, я умудрился по уши в нее влюбиться.