Часть 5

Эта была страшная ночь. Оборотень бежал быстро, и Поттеру нужно было следить не только за Римусом, но и за всем лесом. В какой-то момент он уже даже не понимал, кто кого преследует: он волка или волк его. Это совсем не было похоже на их обычные прогулки по лесу, когда они сопровождали Римуса. Никто не веселился. Римус был разъярен и сбит с толку. Он воспринимал Джейса угрозой, пусть и не нападал. Всё ещё пытаясь вырваться и вернуться к Хижине, он сталкивался с сопротивлением со стороны Сохатого. И вероятно, только запах аконита удерживал оборотня от этого. Римус хотел крови, хотел охоты. Его носило из стороны в сторону, он агрессивно реагировал на любой звук, пытаясь достать лесных обитателей. Джеймс боялся отвлечься даже на секунду. Ему было страшно встретить кого-то разумного. Он уже не был уверен, что у него будут силы спасать кого-либо. Не от такого Римуса. Они носились по лесу уже несколько часов. Джеймс был вымотан. Поттер мечтал, что вскоре можно будет отдохнуть где-то в чаще, но снять с себя аконит он не мог. Да и если бы смог, запах въелся в него так сильно, что теперь только магия могла помочь. Сохатому оставалась только бежать с последних сил и направлять оборотня дальше по лесу. Он не мог отвлечься ни на секунду: волк, пусть и был уставший, оставался таким же опасным и свирепым. Но ничто не могло длится вечность. Вскоре Римус выдохся. Он бежал медленнее, стал реже оборачиваться на ночные звуки леса, и наконец-то наступил момент, когда оборотень окончательно рухнул без сил. Джеймс не сразу поверил, что это случилось: теперь можно было отдохнуть. Они оба могли отдохнуть. Через некоторое время когда Сохатый смог осмотреться, он внезапно осознал, что поют птицы. Утро. Луна уходит. Они…они дождались. Джеймс не имел ни малейшего понятия, где они сейчас. Усталость была такой, что, даже если бы оборотень напал, он бы даже не отреагировал. Он стоял на четырёх копытах не уверенно, тело отказывалось двигаться, грудь жгло, словно лёгкие уже не работали. Он никак не мог прийти в себя. Однако сдаваться было нельзя: на кону были их жизни Олень осторожно подошёл к Римусу на безопасное расстояние. Тот уже почти не шевелился. Его шерсть была грязной, дыхание сбивчивым. Волку было плохо, в нём просыпался человек. Римус. На глазах выступили слезы. Они правда смогли. Больше сегодня никто не умрет. Сейчас… Джеймс еще немного отдохнет и… продолжит. Останавливаться нельзя. Когда дыхание восстановилось, Джеймс превратился обратно в человека. Всё это время он не сводил глаз с Римуса, хотя тот просто тихо скулил лежа на земле. Было видно как ему больно. Поттер подошел еще ближе. Трансформация завершилась. Римус уже лежал в своем теле без сознания и без следа звериной сути. Это уже был привычный Римус. Джеймс огляделся, убедился, что они не оставили следов. Затем осторожно уложил друга на камень и наложил на него Конфундус, чтобы тот не очнулся по пути. В эти самые минуты Джеймс был по-настоящему счастлив. Он не думал о том, как будет нести Римуса к Хижине, не вспоминал о Сириусе или Снейпе. Он просто радовался, что они выжили. Когда Поттер окончательно пришел в себя даже казалось, что самое сложное они уже преодолели. Ведь сейчас Римус уже не опасен, осталось лишь добраться до Хижины. Однако внезапно Джеймс вспомнил, что олени не приспособлены под переноску людей без сознания. Пытаясь закинуть Ремуса на спину Джеймс даже нашел пару секунд для сомнительного юмора, раздумывая может ли он теперь называться ездовым оленем. После десятка попыток он едва не сдался, готов был нести Римуса на руках, но внезапно у него получилось Путь по лесу оказался тяжёлым. Тело Римуса всё время сползало, а сам Джеймс держался на одном упорстве. Он опасался встретить кого-то, ведь уже наступало утро, и олень с человеком на спине не самое обычное зрелище даже для Запретного леса. Когда он скинул тело Римуса у Хижины, то оно как раз зацепило последний луч уходящей ночи. – Темпус. – Палочка высветила 5:49. – Успел… – прошептал Джеймс