Часть 50. Эпилог

Луна выключила микрофон и посмотрела на Тео. Они занимались этим с тех пор, как Гарри и все остальные свалили во Францию. Ей не нравился французский суп, и поэтому она решила, что лучше останется. К тому же, магическая механика вещания радиопередач через Ла-Манш озадачила ее. — Итак, — сказала она. — Вот и все. Тео сделал то, что он обычно делал, когда нервничал, прикусил губу и стал ее кусать. — Думаю, мы выиграли, — сказал он. Луна не была в этом так уверена. Она достаточно хорошо относилась к Перси, но власть имела привычку извращать людей, которые ею обладали, и он научился довольно искусно управлять толпой. С ним и его подругой-фотографом волшебная Британия могла оказаться в надежных руках, а могла и обменять одного очевидного монстра на другого, более изощренного. Время покажет, слишком ли ему понравился вкус власти. В любом случае, она устала от радиопередачи. — И что теперь? — спросила она. На губах Тео расцвела неспешная улыбка. — Ты когда-нибудь задумывалась о путешествии? У Ноттов есть поместье на окраине Шварцвальда, и я слышал, что там встречались интересные существа. — А какой суп в Германии? — спросила Луна, но мысленно она уже рылась в своем гардеробе и составляла список вещей, которые нужно купить перед отъездом.

***

Грозный Глаз Грюм выключил радио, откинулся на спинку кресла и улыбнулся. Всё получилось так, как он и хотел. Он позволил своему искусственному глазу вращаться и отрегулировал мощность так, чтобы видеть сквозь верхнюю одежду Габриэль, но не сквозь её прелестный бюстгальтер — он так обожал француженок — или, упаси Мерлин, сквозь её кожу. Первые несколько дней с этим глазом стали для него быстрым уроком. Красота, на самом деле, была лишь поверхностной. Он вздохнул с восторженным удовольствием и снова обратил внимание на Молли. Он не стал заглядывать под ее свитер. Молли тоже нравилось хорошее нижнее белье, но обвисшая грудь, поддерживаемая шелком и кружевом, все равно оставалась обвисшей грудью, и он предпочел бы этого избежать. — Итак, — сказал он. — Дело сделано. — Все хорошо, что хорошо кончается. — Она взглянула на ребенка, мгновенно оценив состояние подгузника, и начала доставать присыпку и салфетки. — И Перси назначили Министром. Я этого не ожидала. Грюм пожал плечами. Конечно, это был рискованный шаг, но политические диссиденты, которые проводили время на виду у общественности во время судебных процессов, часто добивались успеха впоследствии. — Я предполагал, что он может им стать, — сказал он. — Конечно, я не говорил ему об этом, когда поручал ему взорвать тот офис. Но… — Когда ты что сделал? — голос Молли стал опасно тихим, и она с решительным стуком поставила контейнер с супервпитывающим порошком Селвина. Малыш на упаковке сердито посмотрел на нее и открыл рот, чтобы издать беззвучный крик. — Когда я сказал ему взорвать тот офис… — Грюм вытянул ноги перед собой. — Я знал, что его поймают и что девчонка Грейнджер будет вынуждена свидетельствовать против него. Это основательно связало ее с Малфоями и им подобными, не так ли? После этого никто больше не сомневался в ее словах. Он закрыл глаза и поднял руку, чтобы почесать голову. Были ли во Франции блохи? Он начал задаваться вопросом, не заразился ли он блохами от книзла Делакуров. — Я подумал, что он проведет некоторое время в тюрьме, а потом… Поскольку он сидел с закрытыми глазами, пощёчина застала его врасплох. Молли Уизли не была хрупкой женщиной, семеро детей тому подтверждение, так что ударила она от души. Сила удара почти вышибла его из кресла, и, судя по тому, что кровь начала течь из носа, возможно, что-то сломала. — Да что с тобой не так, женщина? — возмутился он. — Убирайтесь, — сказала Габриэль. В руке она держала сковороду, а губы были сжаты в яростную линию. — Если вы будете в моём доме к тому моменту, как я досчитаю до пяти, я вышвырну вас отсюда сама. Грюм понятия не имел, что взбесило эту сумасшедшую парочку, но две войны он пережил не затем, чтобы оставаться там, где ему не рады. Он ушёл.

***

— Потрясающее печенье, миссис Малфой, — сказал Рон, потянувшись за ещё одним. Драко едва сдержался, чтобы не закатить глаза. Ему никогда не нравился этот рыжий придурок, и вряд ли он в ближайшее время изменит свое мнение. Ленивый. Самоуверенный. Он позволил Гермионе отправиться на задание, которое могло обернуться кошмаром, не имея никакого реального плана по ее спасению, если дела пойдут плохо. А дела действительно могли пойти очень плохо. То, что этого не произошло, вероятно, будет удивлять его до конца жизни. Яксли мертв, Перси Уизли назначен Министром, а его собственные родители наконец-то в безопасности. И Гермиона. Он бросил взгляд туда, где она сидела, склонив голову и разговаривая с Гарри Поттером. Поттера ему, вероятно, придется научиться терпеть. Он был Избранным, и они были друзьями, и, поскольку он не уехал и не женился на какой-нибудь французской девушке, он, вероятно, вернется в Британию. Поттер был из тех, кто появлялся в неудобное время, совершенно не обращая внимания на то, что у Гермионы может быть что-то более важное, чем решение его проблем. — Драко. — Гермиона подняла глаза с выражением радости на лице, и он приготовился к тому, что, несомненно, последует дальше. — Гарри и Джинни планируют переехать в его дом примерно через месяц. Разве это не замечательно? — Дом Блэков? — спросила Нарцисса. — Да, — ответил Поттер с лёгким вызовом. — Сириус оставил его мне. Нарцисса медленно кивнула, и блеск в ее глазах заставил Драко нервничать. — Если я правильно помню, — сказала она, — тетя Вальбурга никогда не переделывала это место. Поттер и Гермиона беспокойно переглянулись, но Драко начал явно злорадствовать над тем, что сейчас должно произойти. Бедный Гарри Поттер. Он даже не подозревал, во что ввязывается. Нарцисса Малфой с ее планами была силой, с которой нужно было считаться, или, если ты был умен и везуч, избегать. Ей не нужна была эта старая развалюха, только не ей. Ей нужно было… — Вы должны позволить мне порекомендовать вам хорошего декоратора. — Она уже потянулась за пером и записывала имя. — Не каждый готов столкнуться с неизбежными тайниками с темными артефактами, к тому же вам понадобится генеральный подрядчик, а разрешения на строительство от Министерства выдаются гораздо быстрее, если за дело берется правильная ведьма. Гарри Поттер словно оцепенел, когда Нарцисса протянула ему пергамент. Он не мог просто так оставить ее руку, протянутую к нему, но и брать пергамент он явно не хотел. Драко пришлось прикусить внутреннюю сторону щеки, чтобы не рассмеяться, глядя на то, как этот тупой придурок пытался сообразить, что ему делать. В конце концов он взял пергамент и сунул его в карман. — Спасибо, — сказал он. — Но вам не нужно… — О, конечно же, нужно, — ответила Нарцисса. — Я не могу позволить спасителю волшебного мира жить в каком-то захудалом доме, полном паутины, пикси и кто знает чего еще. Поттер, должно быть, подумал, что нашел способ удержать ее от вмешательства в свою жизнь. — Думаю, на этот раз спасителем был Драко, — сказал он. — А бедный Лестрейндж был так уверен, что это будешь ты, — сказал Рон. — Мы теперь можем называть тебя богоубийцей? — Нет, — категорично ответил Гарри. — Поттеру придется разделить славу, — сказал Драко. — А я поделюсь навыками своей матери в области декора. Поттер выглядел совершенно потрясенным и растерянным. Он понятия не имел, как справиться с социальными манипуляциями, и Драко начал представлять себе все те ужасные подарки, которые он мог бы послать мужчине и которые ему пришлось бы принять. Пэнси, вероятно, к концу недели выпустит несанкционированный обзор семьи Уизли, и она обязательно включит в него главу о девушке Уизли и Гарри. Он, вероятно, сможет получить подписанный экземпляр, если попросит ее достаточно вежливо. Или заплатит ей. — Тогда решено, — сказала Нарцисса. — Я уверена, что у меня все еще есть ключ. Я пошлю ей сову, чтобы мы могли начать завтра, и попрошу ее прислать мне счета. Гарри беспомощно посмотрел на Рона, который пожал плечами и протянул ему печенье в шоколадной глазури. — Ты пробовал такое? — спросил он. — Мне кажется, оно очень вкусное. Гарри взял печенье.

***

— Итак, — сказала Пэнси Паркинсон, покусывая кончик пера и улыбаясь измотанному фотографу. — Расскажи мне еще раз, как ты познакомился с Перси Уизли.

***

— Все будет хорошо, — сказала Джинни в десятый раз. Она прищурилась, глядя на голову Гарри, танцующую в пламени камина. — Если она хочет оплатить весь ремонт, который нужен этому дому, пусть платит. — Она мне не нравится, — пробормотал Гарри. Он знал, что ведет себя нелепо, но он не хотел быть ни в чем обязанным Нарциссе Малфой, и был почти уверен, что именно поэтому она предложила, даже настояла, оплатить услуги декоратора, которого он даже не хотел. — Она ужасна. Джинни хмыкнула, как он полагал, в знак сочувствия. — Я бы никогда не смогла сделать то, что сделала Гермиона, — сказала она. — Быть милой с Малфоями. Навсегда. Можешь себе представить? Гарри вздрогнул. Он действительно не хотел об этом слишком много думать.

***

— Чертова Нарцисса Малфой, — сказал Антонин Долохов. Он выпил залпом стакан виски и взмахнул им в воздухе. Он пил с тех пор, как Перси Уизли украл, нагло украл, должность, которую он сам планировал заполучить. Он винил в этом Нарциссу. Бармен сердито посмотрел на него, но все равно налил еще одну рюмку. — Эта сука проклятие для всего мир, — сказал он. — Она… Больше он ничего не сказал. — Не знаю, что случилось, — сказал позже бармен уставшему и равнодушному аврору. — Он ругался на кого-то, а потом просто задохнулся. — Я несколько раз ударила его по спине, — сказала барменша. — Наложила пару заклинаний от удушья… — Мы часто их используем, — сказал бармен. — Он не первый, кто подавился кренделем или чем-то подобным. — Но не помогло, — сказала барменша. — Посинел и бац. Мертв. Аврор вздохнул и толкнул тело ногой. Этот день и так был слишком длинным, и он честно говоря не хотел заполнять бумаги, необходимые при любой смерти, где подозревается преступление, а этот дурак, вероятно, перебрал и подавился чипсами или чем-то еще. Даже Пожиратели смерти, а может, сегодня особенно Пожиратели Смерти, могли умереть таким образом. — Эх, — выдохнул аврор. — Просто брошу тело в морг для нищих вместе со всеми остальными мертвыми бомжами, пусть они с ним разбираются. — Вы настоящий профессионал, — сказала барменша. — Может, выпьете пинту, прежде чем уйдете? — Почему бы и нет, — ответил он. — Почему бы и нет.

***

Гермиона бросила в шкаф сначала одну, потом другую туфлю, а затем опустилась в кресло. У нее болели ноги. Разве это не самая банальная вещь, о которой стоит думать? Она помогла свергнуть тирана, видела, как человек, которого она уважала, был провозглашен Министром под восторженные крики, а ее лучший друг возвращался в Британию. Казалось бы, день с такими событиями не должен сопровождаться болью в ногах. Она наклонилась, чтобы потереть одну из них, но Драко опередил ее. — Позволь мне. Он сел перед ней на пол и положил ее ногу себе на колени. Она откинулась назад и закрыла глаза, пока он надавливал большими пальцами на ее ступню, разминая боль. — Продолжай в том же духе, и я никогда не позволю тебе уйти, — сказала она. Он фыркнул. — Есть еще непреложный брачный обет, если ты вдруг забыла. — Я, наверное, могла бы найти лазейку, — сказала она, не открывая глаз, — но если ты продолжишь так делать, я буду слишком отвлечена, чтобы этим заниматься. Его пальцы еще минуту творили волшебство, прежде чем сделать паузу, и она подняла голову со спинки кресла, чтобы посмотреть на него. — Проблемы? — спросила она. Он растянул губы в улыбке, которую когда-то она назвала бы ухмылкой. — Если тебя интересует отвлечение внимания, я могу предложить тебе альтернативу, которая лучше массажа ног. Она приподняла брови. — Ох, правда? Он поднялся, наклонился вперед и зашептал ей на ухо. К третьему предложению ее лицо начало гореть, а щеки покрылись румянцем. Они были женаты уже некоторое время, но она и понятия не имела, насколько он может быть скрупулезен в своих планах. Или насколько пошлым. — Да, — слабо сказала она, когда он выпрямился во весь рост. — Это было бы неплохим способом отвлечься. Он взял её за руку, и она с улыбкой последовала за ним. Он повел её к кровати, где показал, что его способности в массаже ног это лишь малая часть его талантов.

~ КОНЕЦ ~