Часть 1

Старый ковёр красного цвета, висящий на стене, поглощает громкую музыку, звучащую в этом блядушнике. По правде говоря, это квартира Сани, но частые вписки не дают помещению носить это гордое звание. На постоянный шум соседи жаловались уже раз двести, если не больше. Но всем посрать, особенно посрать участковому Николаечу, тем более если дать ему на лапу пару сотен. Николаеч говорит: "Да пусть детишки веселятся, не мефом балуются как никак". А меф в Питере нынче огромная проблема. Не то чтобы эта проблема обошла их компашку стороной, просто участковому об этом знать необязательно. Артём заходит в квартиру друга как к себе домой, никто даже не потрудился запереть дверь. В темноте он снимает ботинки, которые мать купила буквально месяц назад, на деньги, что откладывала с летней зарплаты. Рука проезжается рядом с замком, и он чувствует какую-то шероховатость. Артём включает фонарик на телефоне и исследует свой ботинок. Блять! По ходу, напиздела тётя Марина с рынка, нихера эти черевички ни турецкие, чуть больше месяца прошло, а дермантин с них уже куда-то пополз. Парень глубоко вздыхает, кидает обувь как попало и идёт по направлению к грохоту музыки и чужих голосов. В темноте он различает танцующие силуэты своих знакомых, кто-то притащил ультрафиолетовые лампы, которые вообще-то предназначены для цветов, но классическим садоводством тут никто не занимается, это сто процентов. Они служат для другого дела, но в часы тусовок могут и интимно подсветить помещение, почему бы и нет? Из колонки играет какой-то тупой кальяный рэпак на русском. Артём здоровается со всеми, кто обратил на него внимание, берет бутылку пива, откупоривает крышку и садится в углу на старое обшарпанное кресло. На "танцполе" кто-то еле как покачивается, кто-то дрыгается как припадочный, кто-то вообще занят какими-то извращениями. Артём делает глоток пива, а в сознании чётко встает: "Какие же вы блять мерзкие! Совсем скоро я отсюда обязательно выкарабкаюсь и никогда вас, уродов, больше не увижу!". Саня наслаждается компанией девчат со школы. Сам он закончил ещё год назад. Отличался он от этой школоты только тем, что после учёбы шёл не домой к мамочке и папочке, которые ждут с горячим супчиком и косарем на карманные, а ехал на траллике прямиком в детский дом, где живёт уже с семи лет. Жизнь в детдоме научила парня не скулить попусту, всегда брать свое и наслаждаться жизнью, как только выпадает возможность. Как восемнадцать стукнуло, так его и попёрли из места, в котором он уже порос как плесень. Хвала небесам, государство квартирку-то сразу дало, а то слыхал Саня от своих, что и годами ждать могут. А иногда ждут-ждут, а им в лицо ключики от комнаты в общажке кидают. Но это не его случай. Сашка вообще считал себя очень везучим перцем. Он всегда говорил, что у него во вселенной есть покровители, ужасно гордился тем, что его ангельское число - это 333, и вот почему у него всё будто мёдом намазано. Пиздел Санек знатно, ибо все было наперекосяк. Квартира - единственный раз, когда какие-то там абстрактные покровители вселенной ему действительно помогли. А так не было у парня ни работы нормальной, ни учёбы хорошей, ни семьи, ни верных друзей, ни любви, ровным счётом ничего. Свою хату он превратил в настоящий блядушник для малолеток, тусовался с теми, кто его же потом ради пачки сигарет и продал бы. Умом, или тем что там от него осталось, парень-то понимал это всё, но лишиться этого не мог, ведь тогда он вообще будет абсолютно один. Он зажимает в руке бедро какой-то красотки и заглядывает в её глаза. Взгляд девушки мутный, потухший, но улыбка тянется от уха до уха. Саша застывает, глядя на свой же тёмный силуэт, отраженный в этих глазах, а в голове стучит: "Я обязательно выберусь из этого дерьма, и все эти суки и гондоны не останутся даже в глубинах моей памяти". - Сааааш, ну отпусти, мне уже больно - хнычет девушка, парень разжимает руку на её бедре и извиняется. Выглядит он как-то странно. Девчушка пожимает плечами, встаёт из-за стола и двигается к балкону. Выходит через дверь, и оказывается, что тут на балкончике никого. Вот и славно, можно хоть покурить спокойно. Она достаёт зажигалку из чулка, а пачку тонких сигарет из другого. Зажигает и делает первую затяжку. Холодно уже пипец как, ноябрь на дворе. Но несмотря на холодрыгу, небо над головой ясное, звезды видно чётко, и они прекрасны. Наташа, а именно так зовут девушку, курит правой рукой, левой дёргает себя за светлые волосы, а глазами блуждает по небу. Практически сразу находит то, что искала. Вот оно, её любимое созвездие - Кассиопея. Пять ярких звездочек сливаются в красивые линии, но Наташа точно знает, что в этом созвездии звезд гораздо больше, и что обозначают они сидящую женщину, наказанную богами вечно сидеть на своём троне за свою гордость. Про неё так же говорят, она знает. Все считают её горделивой зазнайкой и мечтают, чтобы она подохла где-нибудь в канализационной яме, как крыса. Наташа оборачивается, опирается локтями о перила балкона, и смотрит через стекло двери на людей. Вот Танька сидит и пьёт что-то, такая милая, и вовсе не скажешь, что она кинулась на Арсена и начала с ним флиртовать, зная, что он безумно нравился Наташе. А вон танцуют Лера и Аня, лучшие подружки с самого детства, и у них очень здорово получается придумывать проституские похождения Наташи. А сама Наташа не спешит разубеждать всех, ей действительно глубоко насрать. Сейчас она докурит сигарету и пойдёт домой, и будет до утра сидеть и готовиться к долбанному ЕГЭ, как она делает практически каждый день. Одна и та же мысль гоняется в её черепной коробке уже не один год, и на таких тупых вписках, она становится ещё чётче: "Эти мрази могут тут хоть помереть по очереди, но она-то из этого ада выберется". К Сане подбегает мальчуган лет четырнадцати и говорит: - Эй, бро, уже за полночь, мне нужно утащить свои фитолампы, предки придут с дела и открутят мне голову за то, что я их опять утащил. Сашка на это лишь усмехается и даёт добро, махнув рукой. Мелкий быстро идет по комнате и собирает свое богатство, толпа начинает гудеть мол куда подсветка пропала, хозяин вечеринки всех успокаивает, включив полоску светодиодной ленты на его шкафу. Не тот вайб, конечно, но пьяной школоте наплевать, лишь бы в полной темноте глаза не лишиться. А мальчуган со своим добром идёт прямиком к двери, кидает всем общее "пока" и уходит. Его зовут Майкл (да-да, предки фанатели по Майклу Джексону и все такое), и ему действительно четырнадцать. На этой тусовке он был единственным, кому меньше шестнадцати. Как Майкл туда попал? Все просто, у него есть охуенные примочки и есть травка. Травку он сам уже выращивает, родители научили. К восемнадцати уже обещали научить варить, если он, конечно, сдержит слово и поступит на химика. А Майкл поступит, не пальцем деланный. В свои года он уже чувствует себя осознаннее и круче, чем девяносто процентов шмали, которая тусуется на квартире Сани. Он умен, хитер, изворотлив, у него есть интересная работенка, которая даёт ему неплохие деньги, и пацан не видит в этом ничего плохого. Наркота - это проблема тех, кто её употребляет, а он своим товаром никогда не балуется. И этому золотому правилу его тоже научили родители. Так что, на всех остальных Майкл болт клал похлеще, чем Наташка, и смотрел свысока будто все ползают по земле, а он сидит на Кремле вместо звёздочки. Он идёт по улице, посвистывая, а сам думает: "Долбанные ничтожества, вам не суждено встать с колен, здесь и прозябнете, в отличие от меня". Года пролетят незаметно. Артём будет трястись над матерью, ожидая её скорой кончины, чтобы забрать себе эту квартирку, чтобы хоть какой-то пунктик в плане на жизнь был зачеркнут, раз уж работа, семья, машина не удались. Квартира Сани будет принадлежать другой девушке, из того же приюта. Она сделает её светлой и красивой. А Сане жил площадь уже не нужна, у него уже есть маленький кусочек земли на Волковском кладбище, который никто не отберет. Потому что Майкл все же научился варить тяжёлые вещества, но Саша не научился дозировать. А самого Майкла тяжелая рука правосудия спихнула с Кремлевской башни. Теперь уже лет двенадцать окна и дверь его нового пристанища будут из железных прутьев. Пожалуй, больше всего повезло Наташке. Она прошла таки в СПбГУ и отучилась на экономическом. Иногда, клацая по клавишам компьютера на рабочем месте, она резко останавливается и думает, что это лучше всякого сценария, которые ей пророчили окружающие, но, к сожалению, хуже, чем хотела она. Связи не с теми людьми не в то время и не в тех местах сильно подпортили ей жизнь. И все же, уйти оттуда, хоть и с опозданием, было лучшим решением. Кто знает чем бы все закончилось, если бы Артём, Саша или Майкл все же взяли бы себя в руки, даже когда им казалось, что уже поздно? Потому что никогда не поздно, пока ты ещё жив.