Часть 1

Вечер.  Он наконец вспомнил, что хотел написать. спешно вскочив, бараш стал рыскать по дому, в поисках листика бумаги, во всей этой груде, что уже была сплошь и поперек исписана стихами, посвященной лишь одной, которую он так трепетно любил и вечно грезил о том, что прижмет её к себе, или же наконец признается в чувствах уже по нормальному. -Бараш! - он оборачивается на тонкий голос свинки и благородно смотрит на нее -Давай когда мы вырастем, будем каждый день ходить на качели!- девочка звонко хихикала и радовалась, беря бараша за руку, чуть ли не взлетая от ожидания.  Белое платье развивается на воздухе, а голову украшал венок из ромашек, лицо озаряла  широкая  улыбка -Да..Да, конечно- на лице проступила еле видная ухмылка. И он расслабленно вздохнул   Руку пришлось опускать на большую глубину, чтобы найти этот чистый листок в эту гору стихов и поэм, их бы стопками сложить и веревкой из тумбочки перевязать.. И вот в очередной раз, он наконец находит его. Его уста расплываются в улыбке, мозг с концами начал тонкую в этой эйфории. Он смотрит на бумагу и мысли уходят куда то далеко. От жара, тот расстегивает верхнюю пуговицу рубашки, чтобы стало хоть чуть легче и дышать можно было полной грудью.  Было душно. Вздохи резкие и прерывистые, парень дергает ногой, в попытках хоть немного угомонить себя.  Не смотря на выходки розовой свинки, что это ей не нравится и так она не хочет, он любил её, даже взирая на всё, что она ему сделала, из за чего юный 16 летний поэт, порой лежал захлебываясь в собственный слезах, и правя себя лезвием вновь и вновь . Но его страдания, перекрывало это чувство эйфории и света, когда он лишь думал о ней. Каждый день он посвещал ей.  Дрожащие и худые руки наконец взяли перо в руки, макнув его в чирнильцу. Оно выводило те желанные ему строки, которыми он жил и мечтал, кажется всю свою ничтожную жизнь.  Стол был уставлен бумагами и парой подсвечников, но свечи зажжены были лишь в одном. Тучи за окном начали сгущаться, бараш начал это замечать примерно на середине письма, и то, боковым зрением, его это особо не волновало. Окно было открыто на распашку, от чего белые шторы, то взлетали, то опускались.  Руки блуждали по листу, будто по девушке, которую ты раздеваешь и ласкаешь. Перо беспокойно и крайне резко вело по бумаги, почерк, разумеется, оставлял желать лучшего, но главное, что с душой и чувствами, другое уже не волновало.  Все было написано за несколько минут. Когда тот окончил письмо, он посмотрел на него и просияв, вскочил и побежал к ней. Рывком распахнув дверь выбежал, даже не закрыл. Парень перепрыгнул через ступеньки, благополучно обошел падения и ринулся к ней. Он бежал по тропинке, чуть ли не спотыкаясь, так торопился юноша.  в небе начали сгущаться тучи, гром треснул о землю, где то далеко. Он остановился, но через долю секунды, вновь не придал этому значения, ведь перед музой, его мало что останавливало. Пока он прибывал в мыслях, уже прибежал к её домику, положив листок на порог и нервно закусив губу, он посмотрел на золотистую ручку деревянной, синей двери и выдохнув, он постучал три раза. После этого, он Пулей ушел за ближайшее дерево, но так, что бы видеть её и принялся ждать, этого теплящего ответа, ну как минимум реакции, от дамы сердца.  -А что ты пишешь?- Маленькая свинка, вопросительно посмотрела на него и взглянула в лист -Стихи-буркнул поэт себе под нос -Почерк конечно не ахти… но пишешь хорошо- От неё последовала улыбка и взгляд, в котором читался задор. В этот момент, что то в глазах поэта, просияло. И он так и остался взглядом в её зеленых глазках.  Нюша вышла на порог, хрюкнув в своей манере, взяла листик и посмотрела на него. Следом, взяла телефон и сфотографировала его, отправив неизвестному номеру. Зажав пальцем кнопку для записывания голосового, она сказала.  Прикинь, этот ебалай все же подкинул записку. Крош, приходи сюда, вместе поржем  Такой грубой речи, от девушки, поэт прежде не слыхал. Не смотря на розовое платьице и алые волосы, убранные в пучок и перевязанные ленточкой, её женственный образ, навсегда разрушил этот «мужицкий» смех. Свинка, гордо выпячила спину и подергивая плечами от смеха, ушла обратно в дом, хлопнув дверью.   Бараш был опустошен, ноги его подкосились и он рухнул на траву. Зажав рукой рот, чтобы свинка не услышала его всхлипов, он обратно начал возвращаться домой. Поэт, уже не плакал, слёзы текли сами, без какого либо приказа, просто вода.  Пошёл ливень, раскат грома, то и дело, бил по земле. Парень нашел в себе силы встать и медленно идти, собственный шум в голове, заглушал происходящее. Рубашка и брюки, промокли и прилипли к телу. Последние, что его добивало, это гребанный синий кролик, который прыгал с нюшей и о чем то шептался, видимо о ничтожности бараша. Он верил ему как другу, по крайней мере, хотел верить, но и тот его даже в счета его не брал. После смерти его тепло любимой бабушки, эта свинка, но теперь уже шлюха, стала его единственной надеждой и смыслом бытья. Даже сейчас он продолжал её любить, не смотря на все это.  Пол в его доме, немного залило водой, ведь дверь он не закрывал. Листья бумаги летели ему в лицо, ту гору, что была у окна, полностью залило водой и чернила расплылись, образуя сплошь смазанные текста, к тому же слипшиеся. На столе упали подсвечники, свечи расплавились и воск застыл в лужицах на столе. Все доме, было перевернуто.  Но поэт не стал сопротивляться этому бардаку, лишь покорно он открыл ящик, взявшись за ручку и пустым всглядом посмотрел на толстую веревку, ему не было грустно, может, он даже прибывал в эйфории, что его страдания наконец кончились.  -А ты хороший друг- уминая конфеты, неразборчиво сказала свинка и посмотрела прямо ему в душу, вновь у стремя взгляд на горы  -Ты тоже   Как в тумане, он связал веревку, под бушующий ветер и ливень, повесил её к крюку на потолке, потупи в неё взглядом и смирившись со своим жалким концом, блаженно ступил на табуретку, та даже не шаталась под ним, будто так оно и задумано. Он оглядел взглядом петлю, обведя глаза её по кругу, ах, если бы тот знал как кончит жизнь в свои 16, думал он. Медленно, поэт одел её себе на шею, в глазах уже и не была намека хоть на какую то жизнь, просто пустота, гнетущая и всеобъемлющая, и последний раз подумал о ней и вспомнил глубину её зеленых глаз, в которых он утонул. Качели, конфеты, стихи и эту прошедшую детскую дружбу, о которой он грезил и молил её. Но которой, не дано было случиться  Улыбнувшись, он прошептал  и прикрыл глаза -Я все ещё тебя люблю Следом шаг, звук падающей табуретки и гнетущая тишина, лишь судороги, жалобные хрипы, последние признаки жизни, и потом уже тот перестал дышать, даже мертвый он улыбался.  Утро.  Ежик бежал к барашку, сломя голову, ведь он забыл у него его любимый журнал с фантиками. Но когда только попался на глаза очкастого его дом, что то гнетуще сжалось в душе, бараш обычно никогда не открывал двери… К тому же спал, часов так до двенадцати. И вот, стоя на пороге, взбирается по ступенькам  Бараш, я тут зайти к теб… - Еж остановился на месте, застыв в немом ужасе. Речь его притихла, он застыл в той же позе