31 . РедЛайн

      Забраться в квартиру через незакрытое окно с увесистым рюкзаком за плечами оказалось не такой уж простой задачей. Первая попытка едва не закончилась через одно место. Мур чуть не сыграла в игру под названием «разбейся об стенку», неудачно оттолкнувшись от карниза. Чертыхнувшись и мысленно обозвав себя горошиной из знаменитой сказки, она все же забралась внутрь. С грохотом сбросив рюкзак на пол у кровати, она замерла перед небольшим зеркалом. Ее отражение было живописным: вся в пыли и поту после пробежки по крышам, с торчащими во все стороны волосами, в которых застряло парочка нахальных листьев.              Скинув испачканную юбку прямиком в мусорное ведро, а рубашку — на кровать, Мур направилась прямиком в ванную.              Мысль о том, что она сейчас находится в личной ванной коммодора Морского дозора, будучи при этом в розыске, вызывала у нее ироничную улыбку. Под шум воды она принялась пританцовывать, напевая себе под нос какой-то бессвязный мотивчик.              Внезапно дверь с грохотом распахнулась. Мур вздрогнула и, поскользнувшись, больно ударилась локтем о кафельную плитку.              — Вааа! Ата-та-та, больно же! — зашипела она, потирая ушибленное место. По руке разлилось противное, знакомое каждому онемение, та самая боль, когда задеваешь нерв.              — Какого черта ты тут делаешь? — Смокер стоял в дверях, хмуря свои густые брови, и сделал шаг внутрь.              — А на что это похоже? — рявкнула она в ответ, стараясь сохранить браваду и смывая пену шампуня с головы. Травмированная рука плохо слушалась, движения были скованными.              — На незаконное проникновение в частную собственность, — парировал он, скрестив руки на груди. Однако его пристальный взгляд выдавал истинный интерес, блуждая по ее мокрому телу, следя за струйками воды, стекающими по изгибам плеч и талии.              — Я думала, ты специально окно не закрыл, — пожала плечами Мур, выключая воду. Она потянулась за полотенцем и принялась неспешно вытирать волосы. Его взгляд, тяжелый и оценивающий, тешил ее эго. Она буквально читала его мысли по напряженным мышцам лица — он явно старался сдерживаться, чтобы сохранить маску невозмутимости.              К ее удивлению, Смокер отошел на пару шагов и начал раздеваться. Мур на мгновение залипла, наблюдая за его действиями, попутно закутываясь в полотенце покрепче.              — На выход, нарушительница! — его голос прозвучал резко, и прежде чем она успела что-то сказать, он выставил ее за дверь и захлопнул ее. Мур лишь рассмеялась этому внезапному изгнанию и направилась к кровати, пододвигая свой рюкзак ближе. Понимая, что ночь предстоит непредсказуемая, она выбрала из своего скудного гардероба простое короткое платье на тонких лямках, больше напоминающее ночнушку. Впрочем, возможно, оно ею и было.              Переодевшись, она проследовала на кухню. Заглянув в ящики, она обнаружила, что продуктов все еще в избытке. Решив не терять времени, она принялась чистить картошку. Мысль о хрустящей жареной картошечке с луком в хрустящем кляре заставляла ее сглатывать слюну. «За такое и убить можно», — с ухмылкой подумала она.              Мур не могла поверить, что Смокер готовит себе сам. Все на кухне было расставлено с почти стерильной аккуратностью. «Хотя, кто его знает, — размышляла она, — может, он тот еще педант?»              Когда первая порция картошки уже зашипела на сковороде, а по кухне поплыл соблазнительный аромат, девушка принялась обваливать лук в муке.              В этот момент дверь из ванной снова распахнулась, на этот раз менее громко. Мур вздрогнула, но на сей раз удержала равновесие и не облилась горячим маслом. К ее удивлению, Смокер даже постучал костяшками пальцев по дверному косяку, предупреждая о своем приходе. Этот жест показался ей неожиданно милым. Она обернулась и встретила его легкой улыбкой.              В зубах у него уже дымилась свежая сигара, а на теле красовались лишь домашние штаны в забавную клетку. Мур поспешно отвернулась к плите, стараясь скрыть сдерживаемый смех.              — Милые штанишки, коммодор, — не удержалась она.              — Вице-адмирал, — поправил он ее, и Мур удивленно обернулась. — С этого момента я вице-адмирал Морского дозора, — объявил он, опускаясь на стул.              — Когда успел? — она удивленно хлопала ресницами, но, не теряя темпа, вернулась к готовке, снимая готовую картошку и закладывая на сковороду лук.              —Давно уже, — ответил он безразличным тоном. Гораздо больше его занимал тот факт, что подозрительная личность по-прежнему находилась в его служебной квартире.              — Ты молодец, — сказала Мур, поворачиваясь к нему и вытирая руки от остатков муки. — Скажи, у тебя есть какой-нибудь острый соус? Убить готова за что-нибудь с перчиком чили, — она прикрыла глаза, с наслаждением представляя себе обжигающий вкус.              — Так что тебя связывает с пиратами? — Смокер наклонился вперед, поставив локти на колени. Его взгляд стал серьезным.              — М? — она на мгновение задумалась. — Подвозили несколько раз, кормили, делились одеждой…              — Все, хватит, — резко оборвал он ее, наблюдая, как она поднимает руки и начинает загибать пальцы. — Тебя можно записать в их соучастницу, ты это понимаешь?              — Записать в соучастники только потому, что я не сдохла после встречи с ними? Серьезно? — она наклонила голову набок, ее голос звучал с ноткой издевки.              — Уж больно дружелюбна ты с ними, — фыркнул Смокер, выпуская густое облако дыма.              — После того как я потеряла ноги, я стала больше думать над тем, что говорю и кому, — Мур вернулась к сковороде. — Если я могу прожить на день дольше, просто улыбнувшись и кивнув, то так я и поступлю.              Вопросов у Смокера, казалось, не осталось. Она не была дозорной, и он не мог требовать от нее соблюдения всех их правил и уставов. Мысленно он сравнил ее с охотниками за головами, которые могли запросто общаться с одними пиратами, но при этом беспощадно охотиться на других.              — Не заморачивайся, — махнула рукой Мур, расставляя тарелки на столе. — Пересечем Ред Лайн — и ты меня вряд ли увидишь. Так что насчет острого соуса?              Смокер поднял на нее взгляд.              — Верхний ящик.              — Спасибо, — она улыбнулась и, следуя указанию, попыталась дотянуться до соуса. Однако ее рост оказался преградой. — Ты издеваешься?              Она обернулась как раз в тот момент, когда Смокер сам подошел, чтобы достать соус. Мур оказалась в ловушке — зажата между столешницей и его мощным торсом. Он достал бутылку, поставил ее на стол и уперся руками в столешницу по обе стороны от ее талии.              — Извини, — проговорила она, неожиданно чмокнув его в губы, — но жареная картошечка под острым соусом сейчас в приоритете. — И, словно угорь, юркнула в сторону, высвобождаясь из импровизированного плена.              Мужчина лишь поднял брови, наблюдая, как она, пританцовывая от предвкушения, щедро поливает свою порцию соусом и с наслаждением отправляет в рот первые кусочки.              — Это просто божественно! — воскликнула она, даже притопнув от восторга, словно ребенок, получивший долгожданный подарок.              Хмыкнув, Смокер присоединился к ней и, недолго думая, утянул пару кусочков с ее тарелки. Мур возмутилась такой наглости и с проворством воровки выхватила один из кусочков прямо у него из рук в тот момент, когда он уже собирался его откусить. Он возмутился в ответ, но она, заливаясь смехом, сама взяла следующий кусочек и протянула его прямо к его губам. Он смерил ее оценивающим взглядом, но в конце концов принял угощение и попробовал.              — Вкусно, — произнес он, и в его глазах мелькнуло неподдельное удивление.              — Потому что мы после душа, — рассмеялась она, протягивая ему банку с соусом.              — Так себе объяснение, — буркнул он в ответ, но в уголках его губ таилась тень улыбки.       

***

      Смокер проснулся первым. Потягиваясь, он заметил, что Мур спит, свернувшись калачиком и обнимая свои колени. Скинув с себя одеяло, он накрыл им девушку, стараясь укутать ее получше, а затем поднялся с кровати и принялся собираться.              Тихие шорохи разбудили и саму Мур. Под одеялом было жарко, поэтому, выпрямив ноги, она сбросила его с себя и открыла глаза, запуская свою утреннюю «загрузку»: она жива, находится в квартире вице-адмирала Морского дозора, хочет в туалет и страшно хочет кофе. Как только «загрузка» завершилась, она поднялась с кровати и, зевнув во весь рот, направилась в туалет.              Смокер проводил ее взглядом, не отрываясь от сборов. Затем он бросил на кровать комплект военной формы, который заранее взял на складе.              Мур вышла и сразу направилась на кухню. Утро без кофе она сравнивала с жизнью без ног: встать в принципе можно, но толку от этого мало, да и вообще — какой смысл подниматься так рано? Хотя она и привыкла к ранним подъемам, любви к ним это не прибавило. Впрочем, это все равно было в разы лучше, чем проспать до обеда и потом весь день ходить с пониженным давлением из-за сбитого режима.              — Кофе с собой сделать? — крикнула она с кухни. Мужчина услышал, как щелкнула конфорка.              — Если успеешь переодеться. Или хотя бы просто одеться, — он прошел мимо двери на кухню, бросив многозначительный взгляд на ее совершенно голую фигуру у плиты.              — Щас.              Она поставила турку на огонь и метнулась в спальню стремительным, почти звериным броском. Увидев аккуратно сложенную форму, она вопросительно посмотрела на Смокера.              —Это?              —Это!              —Ок.              Мужчина испытывал странную смесь удивления и облегчения от того, что она не стала привередничать насчет одежды. Учитывая, что ей предстояло идти вместе с дозорными, ей нужно было сойти за рядового.              Девушка довольно быстро облачилась в форму и вернулась на кухню, где налила две кружки кофе, а остатки перелила в небольшой термос.              — Иди пей, скоро выходить, так понимаю? — проговорила она без особого энтузиазма, подавляя очередной зевок.              — Будут проблемы с выполнением приказов? — мужчина присоединился к ней на кухне, и его взгляд скользнул по форме, намекая на субординацию.              — Я понимаю, — она покрутила головой, разминая шею. — Это надолго?              — Пару дней, — ответил он, хотя втайне ему хотелось растянуть эти «пару дней» подольше. «Может, она бы и согласилась вступить в Дозор», — мелькнула у него мысль. Поймав себя на том что он начал напоминать сам себе поведение другого вице-адмирала, Смокер скривился.              — Ой, не пизди, кофе вкусный, — она подняла брови, не понимая причины его гримасы.              — Рядовой Мун, попрошу впредь соблюдать субординацию, — грозно произнес Смокер, но уголок его рта предательски дрогнул, выдавая издевательскую ухмылку.              — Мун? — брови Муры взлетели к волосам от удивления.              — Так будет проще, — неопределенно покачал головой мужчина и, швырнув свою кружку в раковину, вернулся к сборам.              Мур допила свой кофе и почувствовала себя значительно бодрее. Спрятав термос в рюкзак, она снова сняла штаны, чтобы надеть под них плотные чулки на протезы — они хоть немного смягчали контакт кожи с жестким материалом. Смокер наблюдал за ней и понимал, что она невероятно сообразительна, но в данный момент выглядела еще и чертовски привлекательно.              — Пора, — мужчина взял свои сумки и направился к выходу. Обернувшись, он увидел, что девушка уже стоит с рюкзаком за спиной, полностью готовая к выходу. — Шустро.              — Ваши сумки, вице-адмирал, — она протянула руки. — Вы ведь вызвали меня, чтобы идти со свободными руками, так?              Смокер не сдержал улыбки. Она определенно должна была пойти в Дозор, и именно под его началом. Мало того, что она схватывала все на лету и импровизировала на ходу, так еще и трезво оценивала свои силы, не бросаясь на врагов, которые ей не по зубам.              Они вышли из квартиры как раз в тот момент, когда за ним прибыла капитан Ташиги.              — Вице-адмирал Смокер, кто это? — девушка-капитан была явно удивлена, раньше ее начальство не таскало за собой рядовых.              — Рядовой Мун, будет с нами. Новичок, но многообещающий, — Смокер представил ее и тут же перешел к делу. — Все готово?              — А? Да! Все готово, через час будет уже наша очередь, — кивнула Ташиги, следуя за ним по коридору в ногу, пока Мур в облике новобранца покорно тащила сумки позади них.              Ей было с одной стороны до смешного забавно, а с другой — как-то грустно за уровень безопасности в структурах Дозора. Все складывалось слишком уж гладко, и это наводило на мысль о некоем грядущем пиздеце, который мог грянуть в любой момент.              Переход через Ред Лайн прошел быстро — хотелось бы сказать так, но на самом деле он занял целые сутки, в течение которых Мур носилась с одного конца палубы на другой. Мало того, что она была не единственным новичком в подчинении у Смокера, так ей еще и пришлось приглядывать за десятком здоровенных мужиков, страдавших клаустрофобией. Ибо, когда они проходили по огромному туннелю внутри континента, эти десять человек носились с воплями. И если поначалу Муру просто попросили за ними присматривать, и она честно пыталась их успокоить, то через пару часов она попросту вырубила их одного за другим и оттащила в лазарет, чтобы те проспали весь переход.              — Что ты делаешь? Так нельзя! — верещала капитан Ташиги, наблюдая, как девушка отправляет в нокаут очередного рекрута.              — Умно, — одно слово вице-адмирала заставило Ташиги переключиться на него с яростными возражениями о варварстве таких методов. Но Смокер словно обладал иммунитетом к ее щебетанию.              Когда туннель остался позади, началась самая интересная часть перехода. А точнее, приводнение, а затем — вопиющий пиздец. Море не то чтобы штормило; его будто тошнило непонятными сгустками воды, которые то бурлили, то внезапно поднимали корабль и швыряли его о встречные волны.              — Это вам не рай, сучки! — хохотал сержант, носясь по палубе и раздавая приказы рядовым. Мур улыбнулась этому крику и добросовестно выполняла его поручения, поскольку в большинстве своем соглашалась с его решениями.              — Карс, мать твою, смотри куда наступаешь! — крикнула она одному из рядовых, который наступил на петлю каната, удерживавшего один из парусов. В результате парня чуть не вздернуло наверх вместе с сорвавшейся веревкой. Мур в один прыжок оттащила его ровно за секунду до того, как трос со свистом улетел под самый козырек.              — Спасибо, — пролепетал паренек, явно в шоке. — Но меня зовут Марс.              Как же ей хотелось сказать, что ей глубоко похуй, как его зовут. Будь он хоть помидоркой, он должен был смотреть под ноги не меньше, чем на снасти во время работы с канатами.              Спустя пару часов море более-менее утихомирилось. Огромные волны все еще гуляли, но уже не мешали держать курс. Мур ввалилась в камбуз в надежде рухнуть на доски и пролежать так хотя бы часик, но, видимо, здесь такие вольности не практиковались. Камбуз был забит людьми, и все сидели практически молча, растягивая свою трапезу, чтобы хоть как-то отдохнуть после шторма.              «Нахер», — мысленно выругалась девушка и вышла из камбуза. Аппетита не было. Лучше сходить в лазарет, проведать тех бедолаг, кому она выписала внеплановый «выходной», и поинтересоваться их самочувствием.              Однако в лазарете оказалось почти пусто. Медбрат сообщил, что Смокер, оказывается, отдал приказ отправить новичков драить трюмы и камеры, раз уж они проспали все «веселье», а вот саму Мун оставили в покое под предлогом «нездоровья».              — Да он сама доброта, — саркастично хмыкнула девушка, развалившись в кресле и сладко потягиваясь.              — Если не видеть его лица, то и вправду можно так подумать, — улыбнулся медбрат, не отрываясь от бумаг.              В лазарете было странно. Не пахло лекарствами, хотя девушка ясно видела их на полках. Запах больше напоминал… Мур подошла к медбрату и стала его пристально обнюхивать.              — Мужик, ты серьезно? — она была в шоке, чувствуя явный, несмываемый перегар.              — Рядовой Мун? — раздался у двери знакомый низкий голос, в котором слышалось возмущение. Смокер стоял на пороге, наблюдая за тем, как его подчиненная уткнулась носом в шею медбрата.              Мур резко встала по струнке и отдала честь.              — Да!              — За мной, — мужчина развернулся и вышел, не дожидаясь ответа.              — Есть! — громко ответила она и, уже выходя, бросила медбрату громким шепотом: — Чел, протрезвей, от тебя розит как от портовой бляди. — И скрылась за дверью.              Брови медбрата взметнулись к волосам. Он выдохнул себе в ладонь и моментально скривился.              Смокер шел впереди молча. Мур видела, как он сжимал кулаки, и не понимала, что вызвало такой приступ ярости. Войдя в свой кабинет, он сам захлопнул дверь.              — Будешь тут сидеть, — бросил он резко и грубо, опускаясь на кожаный диван.              — Я только за, — Мур пожала плечами и принялась с интересом разглядывать кабинет. Массивные шкафы, дорогая кожаная мебель, резной стол из темного дерева. Все дышало дороговизной и статусом.              — Чтобы не было соблазна бить или домогаться до моих подчиненных, — Смокер чуть ли не фыркнул, произнося это с нескрываемым недовольством.              Мур удивленно посмотрела на него. Это что сейчас было? Ревность? С какого хрена? Она перевела взгляд на дверь, увидела в замочной скважине ключ, медленно подошла и повернула его, щелкнув замком.              Смокер повернулся к ней с вопросом в глазах. Мур лишь улыбнулась и неспешной, расслабленной походкой приблизилась к нему, снимая по пути форменную кепку.              — Сам сказал, что я буду сидеть тут, — с хитрой улыбкой она уселась к нему на колени. Руки Смокера невольно легли на ее бедра. Она ловко вытащила сигару у него изо рта и сделала глубокую затяжку. Крепкий табак ударил в голову, и ее слегка повело назад. Мужчина инстинктивно придержал ее за спину и сам подался вперед.              — Ты должна вести себя по уставу, — тихо, почти по-змеиному прошипел он, глядя на нее.              — Хорошо, — она снова затянулась, наклонилась к его лицу и, выдыхая дым ему в губы, поцеловала его, передавая дым из своих легких в его.              Ему следовало возмутиться, оттолкнуть ее, но его руки сами потянулись к ней, прижимая ее бедра к своим. Мур почувствовала, как изменилось его настроение, и, улыбаясь, принялась водить своими прохладными ладонями по его торсу, дразня и разжигая его еще сильнее. Вывести его из себя, а уж потом разбираться с последствиями? Это был, безусловно, дерьмовый план. Но чертовски веселый.