35 . Было бы не ловко была бы совесть..

      Мир за стенками сознания был цветным и бесформенным, пока его не сменила грубая реальность — резкая, металлическая и невыносимо громкая. Первым пришло осознание боли: голова раскалывалась, будто ее использовали в качестве тарана. Стоны, смешавшиеся с отборным матом, вырвались наружу, прежде чем Мур смогла заставить себя приподняться.              Взгляд затуманенным зрением скользнул по окружению. Металлическая коробка. Давка. И… черт возьми, дофига народу. Самого разного. Пираты, дозорные и эти гигантские дети, все перемешались в одном котле абсурда.              — Ты очнулась? Как себя чувствуешь?              К ней подскочил маленький, до невозможности милый олененок. Его глаза, большие и искренние, смотрели на нее с такой заботой, что солгать язык не поворачивался бы даже под пыткой.              — Голова трещит, а так… сойдет, — Мур с усилием выдавила улыбку.              Олененок кивнул, и в следующее мгновение его форма поплыла, изменилась, превратившись в мохнатого йети с добрыми глазами и все теми же рогами. Казалось, за этот день Мур уже должна была ко всему привыкнуть, но нет — внутренний голос все еще продолжал материться от удивления.              Пространство вокруг сжалось, когда чьи-то сильные руки подхватили ее. Повернув голову, она узнала Смокера. Он, не говоря ни слова, перенес ее из вагонетки, в которой они, видимо, и сбежали, и усадил на холодный камень, а сам пристроился рядом, уставившись в падающий снег. Его молчаливая задумчивость была почти осязаемой.              Вокруг царил хаос. Дозорные с фанатичным блеском в глазах выводили на снегу линию, объявляя свою территорию «Стороной Добра» и предупреждая пиратов о страшных карах за ее пересечение.              — Детский сад, — фыркнула Мур, и ее хмыканье странным образом слилось с тяжелым вздохом Смокера.              Пальцы сами потянулись к заветной пачке сигарет.              — Ну как, общение с пиратами? — ехидно поинтересовалась она, надеясь позлить его.              Мужчина лишь усмехнулся и послал ее куда подальше, не отрывая взгляда от метели.              Тем временем Френки, по команде блондина, из подручного хлама соорудила нечто. Назвать это «кастрюлей» язык не поворачивался — это был скорее плавучий корабль для готовки. И повар, нимало не смущенный масштабами своего нового «судна», уже принялся колдовать над едой, видимо, на всех присутствующих, не спрашивая их мнения.              — Он не даст никому остаться голодным, — пояснила Лизи, подсаживаясь к подруге.              — Славный парень, — прокомментировала Мур, доставая вторую сигарету для подруги.              Теперь они сидели втроем: две девушки и молчаливый вице-адмирал, выпуская в холодный воздух клубы дыма. Тишина их треугольника была комфортной.              Взгляд Муры скользнул к трем телам, аккуратно сложенным дозорными. Среди них она узнала клоуна, того самого, любителя салатов.              — Эй, клоун! — крикнула она, и тот рефлекторно дернулся. — А ты с курицей то или с креветками?              Лизи фыркнула и звонко шлепнула подругу по плечу.              — Ну а что? — Мур рассмеялась. — Удивлюсь, если Луффи его не сожрал.              — Пытался… — негромко встрял в разговор Смокер.              — Да ну? — Мур не поверила.              — Погладил ядовитый газ, из которого состоит Цезарь, — пояснил дозорный.              — Цезарь состоит из других ингредиентов, — едва слышно прошептала Мур, пытаясь зажать сигарету между губ. Получалось отвратительно — ее руки были замотаны в такие плотные бинты, что напоминали боксерские перчатки. Недовольно цыкнув, она принялась их разматывать. Кожа под ними была содрана. Один резкий рывок — и на запястье зиял кровавый разрыв. Зашить? Всего один стежок. Но был вариант и попроще.              — Ты какого хрена делаешь?! — рявкнул появившийся из ниоткуда Ло.              Мур, не отрываясь, уже подносила раскаленный кончик сигареты к разорванной коже.              — Прижечь, блять! — буркнула она в ответ, но рука дернулась, едва не оставив ожог на колене.              Ло рыкнул, резко опустился на корточки перед ней и, отобрав сигарету, швырнул ее через плечо. Его движения были точными и быстрыми: из кармана появилась игла, нить, и через мгновение рана была аккуратно зашита. Когда он потянулся за бинтами, Мур уже отодвигала руку.              — Не первый и уж точно не последний раз, — хором с подругой проговорила Лизи, передразнивая ее.              На губах Муры дрогнула улыбка. Как же ей не хватало этого.              — Ну так, расскажешь? — Мур многозначительно подмигнула Лизи, намекая на ту самую, предварительно ахуительную историю попадания в этот безумный мир.              — Потом, — та кивнула в сторону Смокера, который уже который минуту не сводил с Муры напряженного взгляда.              — Чего? — девушка решила, что пора переходить к прямому диалогу.              — Ты отправишься с ними? — выдохнул он.              — Видимо, да, — пожала плечами Мур.              — Я не смогу об этом молчать, — тихо, но твердо произнес Смокер.              — О чем?              — О том, что ты дикарка… — на его лбу вздулась вена.              — О, так вы фотку на листовке обновите? — она широко улыбнулась, наконец поняв, к чему он клонит.              — И ты даже не отрицаешь? — он смотрел на нее с неподдельным изумлением.              — А смысл? Могу даже спозировать. Только одна просьба… — Мур повернулась к вице-адмиралу, и на ее лице расцвела кровожадная, почти безумная улыбка.       

***

      — Возвращаю долг.              Мур обернулась. Перед ней стоял мечник с тремя мечами за поясом и зелеными, как весенняя листва, волосами. В его руках была кружка, а на лице — ухмылка.              — От души, — она улыбнулась в ответ, принимая дар.              Картина вокруг была сюрреалистичной и… умиротворяющей. Дети и Луффи с кем-то длинноносым затеяли битву на снежках. Дозорные и пираты, еще недавно готовые разорвать друг друга, теперь вместе ели и пили. Уголки губ Мур сами потянулись вверх. Этот безумный день наконец-то подходил к концу, и можно было расслабиться.              — Кстати, — Мур нашла взглядом Лизи, — где тут можно поспать? Чтобы потише.              — Вон там, — подруга поправила очки и указала на крытое воронье гнездо на корабле Мугивар.              Мур отсалютовала ей кружкой, допила содержимое залпом и направилась к кораблю. С Ло она уже перекинулась парой слов, сказав, что пока остается с ними. Было о чем поговорить, но позже. Сейчас ее тело требовало одного — отдыха. Еще немного, и она рухнет без чувств — то ли от истощения, то ли от перегруза мозгов.              Каково же было ее удивление, когда внутри «гнезда» она обнаружила не просто помещение, а целую комнату с диваном, плиткой и… залом со спортивными снарядами. Глаза ее заблестели.              — Заебись, — выдохнула она и рухнула на диван, отпуская напряжение.              Приглушенные крики и смех с улицы долетали сюда, как далекий шум прибоя. Этого было достаточно, чтобы, не сходя с места, провалиться в глубокий, беспамятный сон.              И ее снова разбудило падение. Сначала в потолок, потом — с грохотом на пол. Она не успела даже протереть глаза, как увидела, как на нее с грохотом катится одна из огромных штанг. Рефлексы сработали быстрее мысли — она перекатилась, и штанга прокатилась над ней. Но едва она встала, корабль снова качнуло, и ее понесло по прежнему маршруту: потолок-пол. Лежа на полу, она заметила, что штанга почти не подпрыгивала. Сложив два и два, она просто притянула ее к себе и обняла, как огромную подушку.              Качка продолжалась еще несколько минут, а затем стихла. «Что за хрень?» — промелькнуло в голове, но сил думать не было. Она просто лежала, придавленная железом, и была счастлива.              — Твою мать!              Грубый возглас заставил ее приподнять голову. В проеме стоял мечник, смотрящий на нее с недоумением.              — Не придавило? — спросил он.              Она хотела удивиться такому вопросу, но, поняв, что он не в курсе, просто подняла штангу, демонстрируя, что все в порядке.              — Держалась за нее, чтобы не болтало, — рассмеялась она, глядя на его лицо.              — Удивлен, что ты ее подняла, — парень покачал головой и помог ей вернуть снаряд на место.              — А ты… — она попыталась вспомнить его имя, подняв брови домиком.              — Ророноа Зоро, — хмыкнул он, видимо, уже поняв, что имена — не ее конек.              — Эй, отродье! — из люка в полу показалась знакомая серая макушка, а за ней и вся Лизи.              — Че там у вас творится? — с ходу решила спросить мур, садясь на пол и облокачиваясь на диван.              — Да ничего необычного, — та пожала плечами, ставя перед Мур поднос с едой.              — От души, мая хорошая! — Мур послала подруге воздушный поцелуй и принялась за еду.              — Так вы с одного мира, что ли? — Зоро устроился на диване, доставая из-за пазухи бутылку.              Мур с набитым ртом удивленно перевела взгляд на Лизи.              — Да. Ее переехал грузовик, — пояснила та, кивая в сторону Зоро. Тот нахмурился. — Короче, днищем корабля об сушу ее расколотило, — перевела она на язык, понятный мечнику.              — Хреново, — отозвался тот, отпивая из бутылки.              — Я бы посмотрела на это, — хмыкнула Мур, с трудом проглатывая еду и пытаясь представить себя в виде мясного фарша. — А ты?              — Работа. Очнулась тут… в икре, блять, — фыркнула Лизи, плюхаясь на пол.              — В смысле, в икре? — Мур не поняла.              — Если ты перенеслась, то я переродилась. Со всей памятью, — она показала два пальца вверх. — Так что тусила на дне морском тридцать лет.              — Сколько?! — Мур поперхнулась.              — А теперь прикинь, что вместо ног был хвост, — Лизи для пущего эффекта выпучила глаза.              Мур зависла, представив кошачий хвост, и наклонилась, чтобы заглянуть подруге под ноги. В ответ та закатила глаза и, отодвинув ноги, превратила их в сияющий чешуей хвост русалки.              — Мать… Ты селедка, — с трудом выдавила Мур, хватая бутылку и залпом отпивая.              — Я даже не думала, что тебя тоже сюда закинет.              — Это ведь ты была на Сабаоди два года назад? — вопрос Зоро вернул их к реальности.              — Ага, — коротко кивнула Мур, в душе не помня его там.              — Представляю твой шок, — задумчиво проговорила девушка, глядя на брюнетку.              — Она первым делом врезала Теньрьюбито, — хмыкнул Зоро.              — Кому? — переспросила Мур. — Помню только чучело с аквариумом на голове и… красноволосого, как его…              — Шанкс? — удивилась Лизи. Их удивленные взгляды встретились.              — Не, с ним я позже пересеклась. А там такой… панк-эмо был, — пояснила Мур. — Ты знаешь Шанкса?              — Йонко, детка. Йонко. Меня больше интересует, откуда ты его знаешь? — Лизи уставилась на подругу, а потом ее глаза расширились. — Признавайся, ты с ним спала?              — С хера ли? — Мур вскинула брови.              — Серьезно? Стареешь, что ли? — даже расстроилась Лизи, забирая тарелку.              — Отсоси, — улыбнулась Мур, показывая средний палец.              — Да пошла ты, — та повторила жест. — Ло отправился с Луффи за салатом из козлятины, так что пока сидим, ждем. — И, махнув рукой, она скрылась в люке.              — Обожаю эту женщину, — Мур потянулась и чуть не опрокинула бутылку Зоро. — Опа.              — У тебя своя есть, — рыкнул он, отбирая свое.              — Вредина, — фыркнула она, отвинчивая крышку с икры. Сделала глоток. — Слишком крепкое. Давай махнемся? — она протянула свою банку.              Зоро, недолго думая, протянул бутылку с вином.              — Так ты плавала с Йонко? — поинтересовался он.              — Какое-то время, — кивнула Мур, пробуя вино.              — Почему ушла?              — Покусали, — с этими словами она подняла ногу и пошевелила пальцами.              — Как?              — Поцан за борт свалился. Я его из воды доставала, он успел, а я проебалась. Так и вышло.              — А ты? — она пересела на диван, поворачиваясь к нему.              — Что я?              — Ну, я вижу, ты вилку выбрал, — она решила пошутить, но по его каменному лицу поняла, что шутка не зашла. — Ой, забей.              Допив вино, она поставила бутылку у выхода. Настроение было отличное. Боль в руках притупилась. Она встала и начала расхаживать по гнезду, изучая инвентарь.              Зоро молча наблюдал, как она, словно гиперактивный ребенок, начинает собирать из всего подряд какую-то пирамиду, а потом забирается на нее и начинает изображать из себя водоросль, качаясь из стороны в сторону.              — Что ты делаешь? — не выдержал он.              — Руки содраны, ног нет. Вот, тренирую баланс, — она демонстративно подняла одну ногу, и конструкция затрещала.              Он хотел сказать, что это самый бредовый способ тренировки, но, вспомнил Луффи, тактично промолчал.              — Хочешь попробовать? — она ухмыльнулась, зазывая его. — Или уже настолько пьян?              Последние слова были лишними. Зоро так зыркнул на нее, что она расплылась в еще более довольной улыбке. Парень швырнул в нее часть протеза, но она, поймав его, ловко поставила на место и спрыгнула.              Зоро с вызовом прошел к пирамиде и запрыгнул на нее. Но едва он это сделал, Мур выдернула одну опору, и его стало мотать из стороны в сторону, а она сама залилась смехом.              — Что ты сделала? — рявкнул он, размахивая руками.              — Используй таз! — крикнула она, но он лишь продолжал крутиться, как юла.              Тогда она запрыгнула к нему, прижавшись спиной к его груди, и восстановила равновесие.              — Тут фишка в подвижности костей, а не мышц, — она положила свои ладони ему на бедра, направляя их движениями конструкцию. — Как в сексе, короче.              — Такое себе объяснение, — проворчал Зоро, пытаясь держать баланс коленями.              — Ты же двигаешь бедрами в сексе, и тут так же, только в другие стороны, — Мур подняла бровь. — Погоди… Ты девственник?              Зоро перевел на нее убийственный взгляд. Она отшатнулась, изучая его с преувеличенным изумлением.              — Ты ебаный Аполлон! Не верю! На тебя бабы табунами должны вешаться!              — Кто? — Зоро не понял сравнения. — не сравнивай меня с эро-коком!              — Не, от кока бабы всегда бегать будут, — отмахнулась Мур. — Но ты-то… — она не могла поверить.              — Просто не интересно, — отрезал он, спрыгивая с шаткой конструкции.              — Ладно, ладно, — она подняла руки в знак перемирия, хотя в голове все еще бушевал ураган несправедливости. Такой парень… и асексуал? Хотя…              Она снова посмотрела на него, и он почувствовал этот взгляд.              — Что? — спросил он подозрительно.              — Поборемся? — ее губы растянулись в кровожадной улыбке.