Часть 11

Очнулась Гермиона на диване. Сначала она подумала, что, возможно, один из работников поймал её тогда и принёс к ней на виллу. Ведь место, где она была... но вот только одно её смутило: там выход к морю был не в том месте, что у неё, а как будто с другой стороны. Тут она начала подозревать, что это мог быть какой-нибудь сосед по вилле, увидел, что что-то не так, и помог. Но кое-что не складывалось. Почему же она не помнит, кто это? Она услышала голоса, которые доносились из другой комнаты. Там были слышны ругань и крики. Она различила там голос Дафны, а потому резко встала и пошла смотреть, что там. Она чувствовала дискомфорт в руке, но мало обращала на это внимание. – Но ведь она не ребёнок, Дафна! По-твоему, у Грейнджер нет от тебя никаких секретов? – Голос был похож то ли на Малфоя, то ли на Тео, но спорил бы Тео с девушкой на счёт Гермионы? Но то, что Малфой вставляет свои реплики в её адрес, это нужно запечатлеть и вставить на обложку "Ежедневного пророка". – Да нету! Ну или не было! Она доверяет мне, и я ей! Почему тогда она скрывала, что за ней, чёрт побери, какая-то охота? Дафна то ли плакала, то ли была очень зла. – Потому что я сама узнала неделю назад. – Все резко обернулись на голос возле двери. Но их взгляды... они как будто были напуганы, увидев её. Все, кроме Малфоя. В его взгляде была лишь растерянность, но ни намёка на страх. – И почему, позвольте спросить, вы так смотрите на меня? Я что, умираю тут или что? – Вообще-то, выглядит это именно так… – Малфой кивнул на её руку. Гермиона закатила глаза и посмотрела на руку. Та была вся как будто кем-то разорвана или же поцарапана, но выглядело ужасно и, наверное, даже смертельно. Но почему она чувствовала лишь дискомфорт? «Началось, блять», – подумала она сразу же. – «Было и так до хрена вопросов, но нет же, блять, на отдыхе… сука, на отдыхе их стало ещё больше!» – Ну, немного поранилась… что тут такого? – Гермиона видела, что у Дафны наворачиваются слёзы от этой картины, и поэтому решила смягчить ситуацию. – Вот ты, Грейнджер, сейчас серьёзно? – Тут уже влез Забини, но нужно признать, замечание было правильным. У неё тут чуть ли полруки нету, а она говорит, что поранилась. Стоп. Откуда это ранение у неё вообще? Гермиона как будто вернулась в реальность и пополнила список чрезвычайно важных вопросов по поводу её жизни ещё одним вопросом. Правда, этот не терпел отлагательств. Возможно, она прямо сейчас умирает, но почему-то не чувствует этого. – Так и будем смотреть, как Грейнджер истекает кровью? – Паркинсон. Это что было, волнение в голосе? Наверное, Гермионе послышалось. – И что предложишь сделать? Обмотать бинтиком, как мумию, и пускай само заживает? – Малфою, видимо, было весело. Но, к его сожалению, весело было только ему. Если бы у Гермионы не было шока, то она бы тоже пошутила. Но вопросов становилось всё больше, когда она вспомнила причину потери памяти. – Ладно, я пошла ещё немного посплю, если вы не против… – Гермиона решила, что если бадьян не поможет, то ничего не будет, значит, она может пойти поспать и не думать о вопросах, ответы на которые так быстро ускользали. Дафна истерически засмеялась. – Ну да, милая, иди проспишься, ты, наверное, не видишь, что ты можешь лишиться руки?! – Кстати, по логике, ты бы должна кричать от боли. – Гермиона очень настойчиво посмотрела на Тео с просьбой заткнуться, но он продолжил: – Ну или хотя бы не двигать раненой рукой настолько свободно. Все взгляды сразу перенеслись на её руку, которой она придерживалась за дверь. – Ну, я просто ничего не чувствую… хотя двигать могу, значит, ничего не отказало. В общем, я спать. С вами вопросы только растут, а мне они нахер не нужны. Если у кого-то есть бадьян, буду благодарна, если вы излечите мне руку. После этих слов она развернулась и ушла туда, где проснулась. И уснула так быстро, что не услышала смешок Малфоя и зов Дафны.