Первый день осени

      Что есть любовь? Ответишь?       И во всей вселенной нет более сложного вопроса, чем этот. Два плюс два равно четыре. Вода мокрая. Камни твердые. Сахар сладкий. Это все знают, это факт, это истина. А что есть любовь? Что творится в твоей голове, когда ты думаешь об этом?! Какие чувства ты испытываешь, когда этот вопрос посещает тебя?!       От большего к меньшему: от страшной бури, которая сметает крыши домов и не щадит даже только что вылупившегося птенца, к летним солнечным теплым дням, не знающим темных ночей; от разрушающего все на своем пути цунами к маленькому журчащему ручейку, протекающему в небольшом лесочке; от задыхающейся боли, когда ничего не можешь сказать, будто онемела каждая часть твоей души, к такой силе, которая может возродить к жизни даже умершего... А может ли?       Я готова ждать, я готова верить, я буду каждыми днями, словно церковный хор, напевать молитвы, чтобы были силы ждать и верить еще больше. Только приди ко мне, когда поймешь, что для тебя есть любовь... ***      Первый день осени. Не все любят осень за ее вечно меняющуюся погоду, слякоть и серые будни, но я в ней нахожу что-то поистине эстетически красивое и возрождающее к жизни. С каждым вдохом осеннего воздуха, в совокупности с легким ветром, разносящим немного пожелтевшие листья, я чувствую, как этот же ветер уносит все беспорядки в моей голове прямо к тому самому серому небу, окутавшему город и вот-вот готовому омыть его.       «Вот бы, как птичка, взлететь высоко-высоко и рассеивать этот воздух своими маленькими крылышками, смотреть сверху на монотонные будни людей, плескаться в маленькой лужице, родившейся из капель дождя, и не думать больше ни о чем...» – подумала Анис. Имя Анис означало – воскрешение, возрождение. Пусть в наше время не придают такое большое значение имени, но... может, это что-то да значит?!              Подходя к небольшому, но достаточно длинному зданию, Анис остановилась у пропускной будки, осмотрела пару луж, вдохнула немного прокуренного воздуха, который шел из-за угла, где девушки курили одну сигарету на троих. «Еще год... потерпи немного. Остался всего лишь год», – будто успокаивая саму себя и уговаривая зайти в это злосчастное здание, подумала девушка. И, будто читая мантру с этими словами, она заходила все дальше и дальше, пока не столкнулась уже внутри со своей подругой.       С подругой ли?! Мы только начали, а уже так много вопросов. А вообще, мне говорили, что если есть вопросы, то это хорошо, значит, человек действительно думает. А вот если вопросов нет, то на их место встает равнодушие.       – Ты не взяла телефон? – с упреком, но пытаясь скрыть раздражение и надеть маску пофигизма, даже не смотря на собеседника и попутно собирая свои вещи, будто в пустоту, сказала светловолосая девушка.       – М? – «Да что тебе от меня нужно?!» – вот что скрывалось в этом ответе.       Почему я не могу сказать прямо? Почему не могу ответить так, как считаю нужным? Почему я вынуждена переступать через себя и свои желания? Эти вопросы очень часто крутились в голове у Анис. Иногда она сама находила на них ответ, но ей казалось, что это не ответы, а, скорей, оправдания своей некой беспомощности.       – Я тебе звонила. Утром, – продолжила девушка все с таким же пренебрежением. Иногда казалось, что она сама все прекрасно понимает, но ей нравится издеваться, нравится добивать и выкручивать человека.       – Я не слышала, – также не посмотрев на подругу, сказала Анис. Ей почему-то было тяжело держать зрительный контакт именно с ней. Даже пару секунд хватало, чтобы прочувствовать на себе огромный спектр неприятных чувств. Будто это ты виноват во всем, что когда-либо случалось с этим человеком.       – И не видела? – Вот, вот оно! Вы чувствуете?! То, о чем говорилось выше. Любой другой человек уже просто отстал бы, перевел тему, не зацикливался на таких мелочах. Но только не она. Эта голубоглазая девушка с длинными светлыми волосами, немного странноватым по форме носом и маленькими впалыми глазками. Она считала, что планета крутится только вокруг нее. Можно долго думать, почему так вышло. Может, потому, что у нее почти не было друзей, так как дружить она вовсе и не умела? Или потому, что у нее не было родителей, и бабушка разбаловала несчастное дитя? Оставлю этот вопрос «на потом».       – Не знаешь, на каком этаже этот кабинет? – словно с надеждой все-таки перевести тему, спросила Анис у подруги.       Минута молчания. Девушка стояла, скрестив руки плотно смотря на Анис. В ее взгляде чувствовались раздраженность, упрямство, злость и непонимание: «Как можно меня проигнорировать?!» – Нет, – будто гавкнула она и также быстро устранилась, лишь «блеснув» своими волосами напоследок.       Анис осталась стоять все на том же месте и лишь перематывая, как заевшую пластинку, в голове: «Еще год. Еще год. Еще год».