Глава 2.

4 Июня 1998 г. 8:00 утра. Я проснулся. Так рано не просыпался уже давно. Приятно ощущать себя отдохнувшим и без похмелья. Я принимаю бодрящий душ, укладываю свои отросшие волосы, одеваю дорогой, идеально сидящий на мне костюм и выхожу в столовую нашего дома. Моя мать уже ждет меня в роскошном платье. - Доброе утро, сынок! Отлично выглядишь. Будешь чай? - Спасибо мама. Нет. Кусок в горло не лезет. Боюсь, что вывернет прямо на Скитер. Я присаживаюсь на новый мягких стул с кремовой обивкой. Мама улыбается. Морщинки, которые она не скрыла чарами, только украшают ее лицо. Сегодня она выглядит превосходно. Строгое платье в пол с рукавом и кожаным орнаментом. Ткань резная, темно синяя, почти черная. - Волнуешься? Всё будет хорошо. Я молчу. Надеюсь мама. Надеюсь. Хотя предчувствие и настроение паршивое. Без пяти минут десять мы аппарировали к мемориалу победы. Мама специально тянула до последнего, чтобы на нас меньше глазели и тыкали пальцем. Мы проходим сквозь собравшуюся толпу. Очень много людей. Повсюду камеры. Всё таки, я не был готов к такому. Меня уже трясет и хочется развернуться и уйти прочь. Вспомнилось, как раньше я бы выложил не мало галеонов, что бы вот так быть в центре внимания. Но не теперь. Когда моё имя очернено не лучшей репутацией. Поттер нас замечает, машет и подзывает к себе. Мы с мамой подошли. Золотая троица в сборе. И я. Пожиратель Смерти. Кому вообще в голову пришла идея поставить меня рядом с ними? Министру магии? Ему захотелось лицезреть моё фиаско? Неужели он думает, что поставив меня наравне с ними, все резко меня простят и всё забудут? Или Скитер со своими дурацкими идеями? Почему-то мне предполагаетя, что всё таки второе. Так как я не любимчик Кингсли. Как и не был любимчиком Дамблдора, Слизнорта, Макгоногал, отца в конце концов. Список презирающих меня можно писать часами. Как ни странно, Поттеровская троица были любезны со мной и матерью. Особенно шрамоголовый, без конца перешептывается с моей матерью. Але! Мама! Твой сын не носит очки! Они точно нашли общий язык. Даже рыжий еле кивнул в знак приветствия. И Грэйнджер, натянув улыбку, поприветствовала нас - предателей рода, Воландеморта, волшебного мира. Мы предатели всех. На нас смотрели все собравшиеся, как на золотое изваяние. Я решил отвлечься и мои глаза невольно стали рассматривать повзрослевшую Гриффиндорку. Сегодня ее прическа была собрана в тугой высокий хвост, красная блузка и белая облегающая юбка. Как кровь на чистом снегу. Легкий макияж: стрелки на глазах и красные губы. Образ дополняют белые туфли на тонком каблуке приличной высоты. Она восхитительна. Кто так старается поддержать ее публичный имидж? Хотя ее взгляд настораживал. Она выглядит отстраненной и возможно печальной? Интересно, что творится в этой кудрявой голове? Залезть бы к ней в голову и прочитать мысли. Но нет. Я всегда старался воздержаться от этого. Я боялся, что разочаруюсь, увижу то, что не должен и тогда мои розовые сопливые мечты рухнут, как карточный домик. Интересно, она все также носит облегающие джинсы и укороченные топы? Я понимаю, что задержал на ней взгляд дольше положенного и отворачиваюсь. Наконец-то появился Кингсли - действующий Министр магии. Он произносит торжественную речь и Золотая троица говорит о мире во всём мире, окончании войны и начала нового светлого периода в истории. Я с матерью стою справа от них. Ни как враги. Как самые приблеженные. Мама хлопает. Я тоже. Наконец, к нам подходит Скитер. Мать толкает меня к троице. Я нехотя подошел к ним поближе. Господи! Что я тут делаю? Пытаюсь собраться и смотрю вверх на небо, серое угрюмое небо. - Замечательно. Все в сборе. Начнем? - говорит Скитер со своим прытко пищущим пером и лукавым взглядом.- Пару фотографий возле мемориала и продолжим интервью вечером в кафе "Тиффани и Британи!" - Да Рита, как и договаривались, - говорит Поттер. Поттер сегодня выглядит достойно. И не скажешь, что это тот неряшливый мальчишка, с вечно небрежной прической. Одет он в дорогой светлый костюм. Дорогая обувь из кожи. Точно не из Драконьей. Наверное из магловского магазина. Но вот его очки. Ему известно, что их нужно менять раз в месяц? Скитер ставит их и меня около мемориала. Грэйнджер посередине. Я справа от Поттера. - А теперь другой кадр. Драко Гермиона, вы встаете и перерезаете ленту с одного края, Рон и Гарри Поттер с другого. (Нарочно выделяет имя мальчика, который выжил и наконец-то победил). И не закрывайте имена погибших! Мы встали, как она сказала. Грэйнджер слегка коснулась меня рукой. Мне становится душно, не смотря на пасмурную погоду. Во рту пересохло. Я ищу глазами маму, но ее не видно. После нескольких ярких вспышек камер кто-то из толпы зрителей кричит: - Пожиратель! Вали в Азкабан! Тебе здесь не место! Кто-то подхватил его слова. И вся эта огромная толпа чертовых недоумков загудела: - Пожиратель! - Вали отсюда! - Убирайся к отцу в Азкабан! Я понимаю, что мой выход с НИМИ был очень плохой идеей. Мне хочется разрыдаться, но я лишь сжимаю челюсти и кулаки. Я смотрю на Поттера, но тот лишь сочувственно смотрит. Он дает понять, что нужно убираться отсюда. Я уже собирался развернуться, как внезапно Грэйнджер берет меня под руку на глазах разбушевавшейся толпы. Голоса начали стихать. Я опешил(люди наверное тоже) и разворачиваюсь к ней. А она, не дав опомниться, тянется к моим губам и целует. Долго. Настойчиво. Ее язык скользнул по моим губам. Я, не веря в произошедшее, отвечаю ей. Мои руки уже на ее талии. Вот бы это длилось вечно. Но нет. Она так же внезапно отстраняется. Тишина. Абсолютная тишина. Толпа замерла. Рита Скитер воскликнула и хлопнула руками. Нас фотографируют десятки фотографов. - Ах! Мои дорогие! Гермиона Грэйнджер, один вопрос: вы берете свои слова обратно? Вы встречаетесь с Драко Малфоем? Скитер ждет, сверкая глазами. Она понимает, какая сейчас будет сенсация. Грэйнджер ближе подвигается ко мне и говорит, гордо вздернув свой маленький нос: - Да! Драко Малфой - мой молодой человек. Мы скрывали наши отношения со времен окончания войны. Пришло время объявить об этом миру. А сейчас мы уходим. Всем спасибо. Да. Торжественные речи, точно не ее конёк. Хотя ее слова были убедительными, я даже на краткий миг сам поверил в призошедшее. Хотелось бы мне... Она резко поворачивается и уводит меня от мемориала. Я же пребываю в шоке и эйфории одновременно. Никакого вина не нужно. Только Грэйнджер. Слышу голос Поттера позади, как он отказывается от любых коментариев по поводу случившегося. Она не опускает мою руку и аппарирует. Вместе со мной. **** Гермиона оказывается вместе с Малфоем в своем доме. В Мэнор она ни за что бы не вернулась. Поэтому пришлось аппарировать и раскрыть пристанище еще одному человеку. Как не предусмотрительно. Они аппарировали сразу в гостиную. Она опускает его руку, снимает неудобные туфли и плюхается на диван. - Наконец-то. Еще минуту на этих каблуках я бы не выдержала. Гермиона прикрывает глаза и расплетает волосы. Они струятся привычными кудрями по плечам. Она устала. Еще эта нелепая ситуация. И Малфой здесь. В ее доме. Открыв глаза, перед ней стоял ненавистный однокурсник, портивший все годы ее школьной жизни. Она снова его спасла. - Что это было? Грэйнджер? Гермиона расстегивает верхние пуговицы блузки, так как ей некомфортно и душно. Ей хотелось снять весь этот пафос, сходить в душ, смыть его прикосновения и лечь спать беспробудным сном. Ее очень сильно утомляла общественность. А еще больше противоречивый Малфой. Взглянув на его удивленное лицо она подумала: "Действительно? Что это было? Неужели тебе есть дело до него? Но он был так подавлен..." - Не благодари, Малфой. Это толпа тебя бы разорвала. Дикари. А все говорят, что маглы не знают никаких приличий. Она задумалась, как ей стало жалко Малфоя. Как в один миг пропитался болью его взгляд и вся надменность стерлась с его лица. И она, как благородная львица, истинная ученица Гриффиндора, решила помочь и взяла контроль над ситуацией. Как глупо. - Что ты хочешь сказать? Малфой стоял на одном месте и буравил однокурсницу взглядом. - Пыталась спасти и поднять твою репутацию, если ты не понял. - Зачем? Ты хоть понимаешь, что теперь они не отстанут? Гермиона посмотрела в его глаза. Он был чем-то разочарован. Наверняка, ему не нравилась перспектива быть парнем маглорожденной, хоть и известной Гермионы Грэйнджер. От этих мыслей в груди у нее полоснуло болью. - Не переживай. Мы сходим на пару свиданий, проведем несколько интервью. А потом, когда все утихнет, объявим о расставании. Что-то в Малфое было странным. Гермиона не знала. Кажется его задели ее слова. Но он снова надел маску безразличия. Он молчал и бегло окинул взглядом просторную комнату. - Где мы? - Мой дом. И Гарри. - Грэйнджер, с каких это пор ты любишь тройники? Гермиона злобно скривила рот. Он всё тот же Малфой, что и был раньше. - Заткнись. Тут три комнаты. И к нему каждую ночь приходит Джинни. Ясно? Она встала и взяла свою футболку, которая лежала на боковушке дивана. - И если ты еще раз обвинишь меня в своих грязных змеиных.. Драко Малфой перебил ее. - Ты только что доказала перед всеми, что не лучше меня. Ты понимаешь? Теперь все считают тебя... Он не договорил. Так как Гермиона отвернулась к окну и сняла блузку. На ней был строгий красный ливчик. Она натянула быстро футболку. А Малфой жадно поглощал каждый сантиметр ее тела. Тела, которое он видит впервые. - Надеюсь, ты не смотришь, как благородно-воспитанный джентельмен! Малфой ответил: - Мы же пара! Ты забыла? Он ухмыльнулся и сел в бежевое велюровое кресло. - Уизелл с вами живет? Она повернулась. Ее футболка была длинной. Но юбку она не снимала. Лишь расстегнула и села обратно, полностью расслабившись. - Нет. Он с матерью. Помогает ей. Малфой решил опустить едкие комментарии в его адрес, так как знал об их потере. - Вы купили вместе этот дом? Малфой задавал странные вопросы. Для Гермионы это было вдиковинку. Она ожидала, что он ее оскорбит, назовет грязнокровкой, сбежит и скажет, чтобы исправила всю эту нелепую ситуацию. Но нет, он вел себя странно. Он был довольно дружелюбен, если таковым может быть Малфой. И на долю секунды ей показалось, что он даже пытался заигрывать. Она откинула эту мысль, посчитав полным абсурдом. Не может чистокровный Лорд влюбиться в маглорожденную. Между ними теперь сделка. И он держится. Ведь наверное не хочет в Азкабан к отцу. - Купили? Ты шутишь? Мы его снимаем! - Снимаете? У Поттера что? Нет денег совсем? Гермиона подозрительно смотрит на Малфоя. - Мы здесь временно. Чтобы не доставала пресса. Малфой кивнул. Он что-то обдумывал. Гермиона задумалась. Она никогда не думала, что ждёт их всех потом. Наверняка, Гарри с Джинни купят себе свой уютный дом в магическом районе, а она останется одна. При одной только мысли об одиночестве ей становилось не по себе. Она потеряла многих друзей, родители не помнят ее до сих пор. Она одна. И это ее пугало. Гермиона пошла в соседнюю комнату и переодела юбку в домашние брюки. Свои короткие шорты, не рискнула одеть перед слизеринским хорьком. Она вернулась в гостиную. Малфой всё также сидит и не уходит. Гермионе кажется это всё более странным. Он начинает говорить первым: - Тебе нужно переехать. Раз ты "встречаешься" со мной, будет неправильно жить с Поттером. Гермиона не верит своим ушам. Ей придется снимать квартиру одной? Он этого хочет? Она планировала подкопить денег. Было удобно снимать квартиру с Гарри, потому что большую часть арендной платы он брал на себя. Гермиона благодарила его, но уверяла, что вернет деньги, как встанет на ноги. А этот аристократ, никогда не знающий нужды, просит ее так просто взять и переехать. - Никто не знает об этом доме! И я хотела накопить денег... Они мне нужны, чтобы... неважно. Глаза Гермионы блестели яростью. Ей уже хотелось кричать и выть. Ну зачем она связалась с Малфоем? Чего ты ожидала? - спрашивала она себя. Малфой встал и ухмыльнулся. Почему он ухмыляется? Неужели его так всё забавляет?- думает Гермиона. Он приблизился к Гермионе настолько близко, что их тела почти соприкоснулись. Она почувствовала прилив жара и вздрогнула. - Я говорю ты должна переехать. Я куплю тебе квартиру. Окей? Она будет скрыта от посторонних глаз и получше этой. Гермиона открыла рот и быстро закрыла. Он купит квартиру? Ей? Да что он себе позволяет! - Завтра в 12 я зайду за тобой. Будь пожалуйста дома. Гермиона не знает, что ответить. Его слова, как снег на голову, жарким летом. Неужели он думает, что она поберушка? Ей не нужны от него подачки. Даже в виде квартиры. Но она не успевает ничего сказать. Дверь со скрипом открывается. Гарри, Джинни и Рон входят с улицы. - Куды вы пропали? Я думал ты аппарировала Малфоя в Мэнор. - сказал Поттер. - Я хотела. Но потом передумала. Пришлось открыть ему наше жилье. Гермиона так и стояла. Троица друзей прошли в дом, подозрительно посмотрев на новоиспеченную "пару". Поттер ничего больше не стал спрашивать, лишь кивнул Малфою и ушел. Поттер явно был растерян. Уизли младшая молчала и ушла на кухню, следом за возлюбленным. Рон смерил блондина гневным взглядом. - Убирайся, Малфой. И скажи спасибо, что второй раз Герми вытаскивает тебя из дерьма. Рон плюхается на кресло и подзывает бокал и бутылку огневиски. Гермиона смотрит на блондина и рыжего. Малфой похоже кипит от злости, но не оскорбляет Рона. - В 12. И приди одна.- С этими словами Малфой выходит на улицу. А Гермиона оставляет Рона и бежит к подруге. Ей нужно поговорить. Попросить совета. Во что я вляпалась? - подумала она и пошла на кухню, где Джинни с Гарри готовили закуски и вино к сегодняшнему маленькому празднику.