Глава 6: «Побег»

      Они исчезли той же ночью. Туманное утро встретило их на окраине магического квартала в Провансе. Дом, который Гермиона нашла через связного из Министерства магии Франции, выглядел скромно: низкие деревянные ставни, выцветшая от солнца черепица и крошечный сад, где буйно разрослись лаванда и дикий тимьян.       – Вот и наше новое убежище, – сказала Гермиона, с усилием поворачивая ржавый ключ в замке.       Дверь со скрипом поддалась, открыв интерьер, который заставил Драко поморщиться. Тесная гостиная с камином, покрытым слоем пыли, кухня с потемневшими медными кастрюлями и единственная спальня под скошенным потолком – всё это было далеко от мраморных залов Малфой-мэнора.        – Это всё? – Драко толкнул ногой шаткий стул, который тут же развалился с душераздирающим треском.        Гермиона лишь усмехнулась и достала из расширенной сумочки свиток пергамента.        – Нет, не всё.       Она развернула свиток – «Расширяющие чары, уровень 4» – и коснулась его кончиком палочки.        – Дилатато Максима!        Стены задрожали, потолок поднялся, а комнаты растянулись, словно резиновые. В гостиной появился второй этаж с винтовой лестницей, кухня обрела дубовый стол и новую плиту, а в спальне возник камин, обрамлённый резными деревянными панелями.        – Лучше? – спросила она, смахивая со лба прядь волос.        Он пожал плечами, оглядывая скромное жилище с небольшим презрением. Она рассмеялась:        – Ты скучаешь по золотым ложкам?        Он посмотрел на неё, и вдруг его лицо смягчилось.  Он притянул её к себе и прошептал:        – Нет, – он стал снимать с неё одежду. – Но я скучал по этому.          – Ты.. просто.. ахуенная.. – он рычал эти слова между поцелуями.       Его руки были грубыми, но она не хотела, чтобы он останавливался.       Он поднял ее, не разрывая поцелуя, и она вскрикнула и обвила его ногами, когда он вошёл в неё. Драко двигался медленно, мучительно. Она впилась ногтями в его спину, чувствуя, как её тело сжимается вокруг него.        – Быстрее..        Они рухнули на грубые простыни их временного ложа. Теперь они пахли ими обоими – солью, кожей и лавандой из сада.        В ту ночь они любили друг друга с отчаянием людей, у которых нет ничего, кроме этого момента.