Макима — прах на застывших ладонях

На пальцах кровавые капли застыли, На губах — обещанный выдох веков. В пыли коридоров сгущаются крылья, Что рвут откровенья из мёртвых стихов. Под кожей растут золотые осколки, Свинцовый их шорох царапает сны. И в шорохе этом скользят её волки, Макима шлёт их из мёртвой весны. На лестницах ломких костями трещало, На стенах записан растерянный бред. Там голоса больше не просят начала, Там вера сгнивает быстрее побед. Под масками плачет холодная вечность, Обугленные руки сжимаются в прах. Она, улыбаясь, стирает беспечность, Вплетая безмолвие в сломанный страх. Осколки желаний лежат у порога, В слепых поворотах растянутых жил. И каждый, кто шёл за её эпилогом, В руинах останется — кровь уронил. Шаги растворяются в пепельных каплях, Скелеты танцуют у затянутых рам. И шёпотом Макимы имя заплакано Падает в гул безымянным ветрам. В последнем разломе не будет прощенья, В затянутой плоти — железный замок. И каждый, кто выжил в её уничтоженьи, Останется пеплом на кончиках строк.