Глава 2 Новые Знакомства

Понедельник. 6:01 утра Сегодня погода совсем не радовала. Дождь с грозой — не самое приятное начало недели. За последние девять месяцев в катании Лены изменилось лишь одно: теперь её всё бесило. Тренеры давили со всех сторон, создавая атмосферу, в которой не было ни радости, ни лёгкости. Утро Лены началось, как обычно: чистка зубов, завтрак, одеться — и вот уже можно ехать. До катка 40 минут пути. Главное — успеть к 7. Ледовый дворец. 7:15 Войдя в раздевалку, Лена поздоровалась с девушками и, переодевшись, сразу же приступила к разминке. Сегодня её ждала утренняя тренировка на льду. В восемь началась основная тренировка. Страшно представить, сколько раз Лена падала с 3,5 акселя, не говоря уже о четверном сальхове. Флип она пока не решалась делать. Ещё недавно она с лёгкостью выполняла все эти элементы. А что сейчас? — Лен, подъедь сюда! — позвала тренер Аида Кузьмина. — Да? — Лена подъехала к тренеру, стараясь не выдать раздражения. — Ты помнишь, о чём мы с тобой говорили? — спросила Аида, взглянув на неё серьёзно. Вторник прошлой недели — Лен, ты понимаешь, что я не могу тянуть тебя за уши, если тебе это не нужно? Смотри, если до понедельника не восстановишь аксель — отдам в парное на восстановление. У нас как раз есть хороший мальчик. — Да, помню, — ответила Лена, чувствуя, как сердце начинает бешено биться. Лена думала, что тренер шутит, и молилась, чтобы так и было. Её не покидала мысль: Да как она могла вообще подумать, что я не справлюсь? И вот, стоя перед ней, Лена почувствовала гнев. Это её злило. Злило настолько, что хотелось что-то разбить, на кого-то накричать. После тренировки Как и договаривались, Лена пошла к тренеру. Она всё ещё обижалась, до конца не веря, что это правда. Вот она — Аида Кузьмина, и рядом с ней сидит какой-то парень. Голубоглазый брюнет, белый как стена, с каким-то взглядом, который Лена даже не понимала. Заметив Лену, парень встал. И, кстати, какой-то гигант! Ну куда ей с её 154 см? Он явно был намного выше! — Елена, знакомься, это Николас. Николас, это Лена, — представила их тренер. Лена взглянула на него с высока, чувствуя, как её сердце затрепетало. Какой-то он странный... У таких парней, как правило, есть уже свои парни. Она не могла поверить, что её теперь познакомили с этим странным типом. И что самое ужасное — он, похоже, должен стать её партнёром.Тем не менее, они всё же пожали друг другу руки. Этот Николас смотрел на Лену как-то напряжённо, будто что-то хотел понять или прочитать по её лицу. Но Лена старалась не обращать внимания — не её дело, в конце концов.* --- Поговорить им не удалось. Лена избегала Николаса как только могла: поворачивалась, уходила, делала вид, что не замечает. Если они и пересекались в коридоре — игнор. Полный. А самое ужасное — с сегодняшнего дня им предстояло тренироваться вместе. Теперь избежать его уже не получится. **16:35. Тренировка** По разрешению тренера арава фигуристов выходит на ледовую арену — в числе прочих и Лена с Николасом. — Можно... — начал было Ник, но Лена, даже не обернувшись, тут же отъехала в сторону. — Да подожди ты! — бросил он ей вслед уже громче. Она услышала. Конечно, услышала. Но снова промолчала. — Может, ты хотя бы что-нибудь скажешь? — голос его был не злым, скорее усталым. Он явно не понимал, за что такое отношение. Лена резко развернулась: — Хватит лезть ко мне! Я не просила партнёра, ясно? Ник на секунду задержал взгляд, потом медленно отвёл глаза на лёд. Он ничего не ответил.Конечно, вот исправленный и немного улучшенный вариант: --- Остаток недели прошёл так же. Лена полностью игнорировала все попытки поговорить с Ником, а кроме того, она всё ещё злилась на тренеров, и от этого Николас бесил её ещё больше. Теперь к этому добавились новые элементы, которые казались невероятно сложными. После тренировок всё тело болело, а ещё и этот... Это было самое ужасное чувство — начинать всё с нуля. Правда, не совсем с чистого листа, но ничего не получалось, и от этого становилось только обиднее. Воскресенье. 17:38 Мама размешивает сахар в горячем чае. На улице уже стемнело, лишь только лай соседской собаки вырывал из тихой дремы. Лена отрезает себе дольку лимона, а затем и маме, и садится за стол. — Как дела на работе? — спрашивает Лена, глядя на своё отражение в чашке. — Вполне нормально, скоро зарплату дадут... Как там твой Николас? Подружились уже? — спрашивает Ира, её мама. — Ага, тут подружишься... — сухо отвечает Лена, делая глоток чая. — А что случилось? — пристально спрашивает Ира, смотря на дочь. — Да... что-то он мне не нравится. Какой-то слишком... идеальный, что ли. Как будто с журнала для плей-боя. — с грустинкой отвечает Лена. — Да? И чем же он такой идеальный? — спрашивает Ира, потирая переносицу. — Голубоглазый брюнэт, прям как в рекламе зубной пасты! — пытается подшутить Лена. — Аж прям такой? — подлавливает её мама. — Ну а что, правда... Что он тебе такого плохого сделал? — Лена заглядывает в окно, и правда — что? На самом деле он ничего ей не сделал. — Ничего такого... — тихо отвечает Лена. — Так что ж ты тогда его так возненавидела? Не нравится — скажи тренерам. — мама спокойно тянет. — А я обиделась. Пусть теперь сами бегают. — твёрдо отвечает Лена. — Тяжёлый случай... — с иронией протягивает Ира. — И долго ты собираешься так обижаться? Я вижу, ты парню спокойной жизни не дашь. — говорит мама, отворачивая взгляд в сторону, как бы мол "погляди". — Ну так пусть сам за тренерами бегает, если что-то не нравится, а я не собираюсь! — Лена хлёпает ложкой по чашке с чаем. — Ну и характер... — вновь тянет Ира, задумчиво наблюдая за дочерью. Лёд. 17:50 Прошел месяц. Лена всё ещё избегала Николаса, будто между ними пролегла невидимая стена. Он, похоже, понял: она не собирается оставаться рядом надолго. И всё же — что-то у них начинало получаться. Иногда, в удачные моменты, движения складывались в почти идеальную гармонию. Но как же тяжело было удержать каждый элемент, когда внутри буря. Вечерняя тренировка подошла к концу. Остальные спортсмены уже покинули каток, и только Лена с Ником оставались на льду. Задержка ей явно не нравилась — она устало сошла к бортику и направилась в раздевалку. — Лена, — окликнул он. Она обернулась, остановилась, опёрлась спиной о бортик. Голос её был холоден: — Чего тебе? Николас, не отводя взгляда, медленно подошёл и встал рядом, тоже опираясь на ледяной барьер. — Куришь? Вопрос прозвучал спокойно, почти буднично. Лена моргнула, не сразу поняв, к чему это. — Что? Конечно, нет! — она вскинулась, нахмурившись. Он, видимо, обратил внимание на её серую толстовку, которая уже давно впитала запах табака, и на обожжённую дырку на рукаве. Но Лена не курила. Никогда. Даже не пробовала. Просто… она всегда донашивала одежду за старшим братом. А вот Марсель — тот да, курил, и немало. Где он только умудрялся так ушатывать вещи, одному Богу известно. Каждая футболка или кофта, которую он отдавал сестре, выглядела так, будто прошла круг ада. После этой реплики они больше не разговаривали. Лена не хотела его видеть, а Нику было неловко. После той фразы между ними будто натянулись струны — тонкие и болезненные. --- Три месяца мучительных тренировок. Потом — внезапная новость о соревнованиях. Подготовка. Тренеры откровенно сомневались в новоиспечённой паре, но кого-то всё равно нужно было отправлять. Работа шла, но сказать можно было одно — у них не получалось. Совсем. Ни прыжки, ни синхрон, ни поддержки. Всё будто противилось их тандему. И вот — день Х. Подкрался незаметно и, как назло, совсем не вовремя. --- Кухня. 7:30 Папа уже ушёл на работу, оставив за собой немытую кружку с остатками кофе. На кухню вышла только что проснувшаяся Лена — с сонным, напряжённым лицом. Завтрак был простой: овсянка, свежий огурец и хлеб с маслом. — Спасибо, мам, — пробормотала она, едва взглянув на тарелку. — Удачи тебе там! — мама уже надевала пальто у двери. — Спасибо... — еле слышно отозвалась Лена. --- Раздевалка. 9:00 Прическа готова. Платье на ней сидит идеально. Макияж — как с обложки. Партнёр тоже на месте. Всё вроде бы как надо. Но даже несмотря на привычку к стрессу, Лена была на взводе. Руки дрожали. Она чувствовала, как застывает изнутри. Теперь я опозорю не только себя, но и его, — с горечью думала она. --- Лёд. 9:36 Считанные минуты до выхода. Шестиминутная разминка ничего не исправила. Прыжки не шли вообще. Вращения срывались. Выбросы — в молоко. Лена только и могла, что представлять катастрофу, которая их ждёт. И вот — объявляют их имена. Пора. Прокат летит в тартарары. Первое падение — на тройном тулупе. Второе — на выбросе. Третье — прямо перед поддержкой, которую в итоге они и вовсе пропустили. После последнего аккорда они склонились в поклоне и ушли со льда. Горло сжимало так сильно, что хотелось выть. Лена уже знала: они не попадут даже в первую двадцатку. Так и оказалось. 24 место. Почти на дне. Она сидела с потухшим взглядом, едва не плача. Николас рядом сжал её плечи, мягко поглаживая. — Ты в порядке? — тихо спросил он. Лена всхлипнула, но не отстранилась. Это удивило Николаса — и обрадовало. — Тсс… успокойся, — прошептал он. — Дыши. Просто дыши. --- На награждении стояли молча, как чужие. Потом разъехались по домам. И всё же… несмотря на провал, на лице Лены задержалась лёгкая улыбка. Едва заметная, но настоящая. Что-то в этот день всё-таки изменилось.