В чём "Моя" вина!?

В отдалённом районе Зельтбула

      Когда мир вокруг снова обрел форму, первое, что почувствовал Ичиро — боль. Голова раскалывалась, будто по ней проехался поезд попутно, роняя на его голову вагоны. Он попытался пошевелиться, но руки не слушались — холодное запах железа ударил в нос. Ичиро закашлялся и тут же заметил, что кашель его сопровождался кровью. Тело болезненно дрожало, будто годами прозибавшее на дне ледяного колодца. Холод сковывал движения, а в голове зудело так, будто соседи решили организовать рок-концерт с утра пораньше. приоткрывая глаза, Ичиро хотел отшатнуться, ведь только он успел это сделать, так сразу заметил перед собой толпу разношёрстных существ, каждое из которых, будто вышло из книг Лавкрафта. Человекоподобный паук с восьмью руками, неестественно росшими из тела, лицом, что было будто закручено в спираль с восьмью глазами, что не были похожи ни на глаза арахнида, ни на - человека и тело, что было столь длинным, что казалось будто сломается в одно мгновение и ногами, что заменяли восемь паучьих лап и брюхом, что расположилось позади них, что выглядело ещё хуже, чем само существо. Ичиро вновь отшатнулся и упав на колени, схватившись руками за стену - выблевал всё что осталось в нём за прошлый день и кровь в придачу. Страх перемешивался с отвращением, но что было хуже, чем вид того существа - знание, что позади него - орда монстров, что выглядели, если не также, то ещё хуже и общались они на ломанном языке, что напоминал ему: то ли Японский, то ли сломанный, скрученную до предела и вывернутую версию то ли английского, то ли немецкого языка. Но смутно, словно отражаясь эхом в ушах, до Ичиро доходили значения слов: - Герой? - Он и - герой? Немыслимо! - Да его тело втрое, нет вчетверо меньше нашего! - Посмотрите на него! Да он же - урод. Выглядит, как то ублюдское подобие того, что зверообразные(люди) называют - красотой. - Мне кажется, или его - рвёт? Блять, будь я на его месте - тоже сблевал бы, едва увидев его! И без того едва различимые речи существ, резко превращались в какофонию из мерзких звуков. Ичиро хотелось уйти в стену, уйти от той боли, что он испытал, очутившись здесь и от той, что он чувствовал, слушая бесконечный поток "речи", что изрыгали эти отвратительные создания. Вдруг, тело Ичиро почувствовало боль. Что-то, чьё тело напоминало: то ли льва то ли кобру, бесформенное нечто, ударило его скользкой, гибкой, но твёрдой, словно цементный блок - подобием руки. Итак прижатый в стену, Ичиро, своим телом, оставил на нём заметную трещину...Удар был невероятно сильный, в глазах Ичиро потемнело в тот момент и на мгновение, ему показалось, будто вместе с телом, он пробивает все внутренние органы и скелет вместе с ним. Стоило монстру отойти, как Ичиро согнулся в отчаянной попытке поймать ртом воздух. Ноги едва удерживали его, но дрожь в теле и страх перед неописуемым, вынуждало их - не падать. Взгляд Ичиро - метался из стороны в сторону, в отчаянном поиске возможности сбежать. "Герой" - ага, блять! Как же? Ичиро в этот момент был - кем угодно, но только не героем. Уж точно не одним из тех, о ком он читал недавно. "Смелые и сильные герои: Щита, Меча, Копья и Лука. Мужественные и сильные духом. Они бы точно не пали перед глазами этой тол...пы." - промелькнуло в мыслях Ичиро, прежде чем перед ним предстал монстр втрое больше его роста. Своим телом, он крошил потолок, и стены. Слишком большой, чтобы вместиться, слишком уродливый и массивный. Внешний вид, сочетал в себе образы: Иссохшего коня, тело его было будто бы сжатым, кожа на ногах и на торсе, была словно искусственно вшита в кости. Отвратительный вид и мысль, будто та вот-вот и отвалится, обнажив вид на гниющие мускулы и грязные кости. Торс, сочетал в себе человеческие черты, но будто состоял из многих таких. Наложенные друг на друга тела и слитые, будто слепленные тела пластилиновых фигур, вызывали отвращение. казалось, будто из под мерзейшей кожи, на него взирали высохшие человеческие лица. Кости на груди выпирали до того, что казалось, будто вот-вот разорвут её. А руки, непропорционально огромные для тела, свисали до пола, мускулистые, но такие же высохшие, из пальцев на кистях росли длинные, грязные, потрескавшиеся ногти, длинной в человеческое тело. казалось, что при желании, он мог - порвать его ими. Не разрезать, а именно порвать. Тупые, но довольно плотные и забитые грязью разного сорта. Казалось, что там было всё о чём не хотелось желать: осколки костей, мясо, земля, куски тканей, плесень и мелкие камни. Один его вид взывал к рвоте. И хотя головы существа видно не было, до самого пола спускались длинные грязные седые волосы: в них не было блеска и седой цвет едва был заметен из под грязной желтизны и болотно зелёного налёта, распускавшегося с плеч, до самого живота. Иссохшаяся кровь, твёрдым налётом свисала с его волос и, опускаясь до самой земли, Копытами он наступал на волосы, что издавали звук схожий с тем, что можно услышать во время сдавливания мяса, но более пронзительный, тягучий и будто въедающийся в разум.       Ичиро попытался уйти в сторону, но в тот же момент, рука, что была в разы больше его тела - схватила его, пресекая жалкую попытку побега. Казалось, от силы захвата - тело превратится в мясной фарм, стоящий из такой же грязи, которой было переполнено это существо и Ичиро не ошибся. Стоило ему попасть в руки этого зверя - в левой руке сначала послышался, а затем с болью последовал ужасающе громкий хруст. Ичиро издал истошный вопль, не в силах выдержать боли, что испытывало его тело, как вдруг тот же звук раздался в ногах, затем в правой руке...Всё тело сдавленное - ломалось под натиском этого зверя. Кости не выпирали, стоило им выйти, как вместе с мускулами - рвались, ломались и вдавливались внутрь. Вопль сменился болезненным кашлем ,пока не осталось едва слышимое дыхание. Лишь голова ещё не была сдавлена, но взамен, та с невероятной силой - вдавливалась в плоть, словно желая порвать остатки тела. Сознание, что давно должно было отключится не могло оставить хозяина из-за бесконечной боли, испытываемой им. Ичиро проклинал Богов, Дьяволов, этих монстров, книгу и всё своё существование за то, что оказался в подобной ситуации, и то, что не может умереть от болевого шока - потери органов, или за что бы то ни было ещё, что препятствовало его смерти. И...спустя недолгое время - в глазах - тускнеет и последние частички сознания угасают в нескончаемой тьме.

Похоже в его новой жизни, не было и толики "Света"...