Часть 2. Каникулы

26 декабря 1988. Дом Колдвеллов Рождество прошло отлично. Трина, как всегда, получила множество подарков от родителей, брата и бабушки с дядей. Вот настал день, когда девочки договорились устроить ночёвку у Колдвеллов. – Трина, спускайся, к нам Дора приехала! – крикнула с кухни Элианор. – Иду, мам! – сказала Трина и побежала на первый этаж. – До-ора! Я так соскучилась! – радостно воскликнула она. – Так всего же два дня не виделись, – удивилась Тонкс. – Вот именно, это целых два дня! – А меня она даже после полугода разлуки так не приветствует! – обиженно протянула Элианор, – И как это понимать, мисс Колдвелл? – Ма-ам! – Ладно-ладно, я шучу. Давайте садиться за стол, пирог уже почти готов.

***

За столом к их компании присоединился отец Трины – Лукас, который только что трансгрессировал с важной встречи в Ирландии, чтобы поужинать вместе слюбимыми женой и дочкой. – Папа, ты вернулся! – подбежала к нему Трина, – Надолго? – Миссис Колдвелл, пирог – просто объедение, из чего Вы его готовили? – спросила Тонкс у Элианор, пока Трина общалась с отцом. – Дорогая, я очень рада, что он тебе понравился. Я обычно кладу туда лесную ежевику и малину, а мороженное сверху добавляю сырно-сливочное. Это так,на случай, если захотите приготовить, – рассказала мама Трины. – Здорово, нужно маму попросить также сделать, спасибо большое, это очень вкусно! – На здоровье. Передавай маме с папой привет. Надеюсь, они меня ещё помнят, столько лет прошло! – Мама много о Вас рассказывала. Говорила, что в жизни не встречала человека более открытого, умного и воспитанного, чем Вы! – Надо же! Мне очень приятно это слышать, особенно от Андромеды, она просто чудо! – Спасибо большое, мам, мы пойдём на каток с Дорой часика на два, а потом я покажу ей наш район, можно? – спросила Трина, вставая из-за стола. – Да, конечно, только постарайтесь вернуться до семи, чтобы не опоздать на ужин и успеть искупаться. – Хорошо, мам, до встречи! – сказала первокурсница и они с Тонкс отправились на каток.

***

На катке   – Ну рассказывай, подруга, что тебе подарили на Рождество? – спросила Нимфадора. – Мне мама подарила амулет, смотри! – сказала Трина и вытащила из-под воротника серебряную цепочку с подвеской в виде хрустального кролика. – Ух ты! Тебе нравятся кролики? А он волшебный? – воодушевлённо спрашивала Тонкс. – Мой патронус – светло-серый кролик, поэтому мама попросила знакомого артефактолога сделать именно такую форму, – объяснила первокурсница. – Катрина Колдвелл, ты вообще не перестаёшь меня удивлять! – воскликнула Тонкс. – Это почему же? – Во-первых.. мой патронус тоже – кролик, я итак поняла, что мы с тобой похожи... Но вот то, что ты умеешь вызывать патронуса на первом курсе, весьма впечатляет! Вот же повезёт твоему будущему работодателю! – не переставала восхищаться она. – А, ну да, прости, я не сказала тебе, я только недавно научилась. Кстати держи, мама передала такой же для тебя! – сказала Трина, протягивая подруге точно такой же амулет. – Вау, Трина! Да он выглядит роскошнее, чем сокровище из музея! Я даже не знаю, как отблагодарить твою маму. – Она сказала, что ничего не надо, это подарок. А теперь я отвечу на твой второй вопрос, да, они волшебные, по ним мы всегда сможем найти друг друга, где бы мы не были, даже на другом конце света. – Триночка, да ты сама – уже подарок, а теперь мы ещё и не потеряемся с тобой! – Да обычная я, а вот ты – правда подарок, я вообще не думала, что смогу с кем-то подружиться так хорошо на первом курсе, а получилось так, что моя подруга аж на пятом! – Наш возраст – всего лишь незначительные цифры, дорогая. А ты вовсе не обычная, ты – идеальная. – Ладно, ладно, я верю тебе. Дора, слушай, а ты точно умеешь кататься? – спросила Трина, глядя на Тонкс, которая чуть не упала уже пятнадцатый раз за полчаса. – Всё норм, я просто неуклюжая, а так я на коньках хорошо стою, – отмахнулась та. – Ха-хах, ладно. – А ты где так научилась кататься? Да ещё и трюки делать? – У меня бабушка по маминой линии живёт в Союзе в Карелии, и мы с двоюродным братом Киром у неё часто на зимних каникулах оставались, а соседские дети учили нас ездить на коньках, на лыжах и так далее. – Здорово, так ты получается наполовину русская? – На четверть, в остальном я британка. – Круто. Слушай, может ну этот каток? – спросила Тонкс, которая чуть не упала уже в двадцатый раз, – Предлагаю погулять, а потом пойти слепить что-нибудь около вашего дома. Меня папа учил строить отменные снежные замки. – Отлично, я только за! – согласилась Трина и они отправились гулять по зимнему городу.

***

30 декабря 1988. Дом Тонксов   – Дора, переобувайся быстрее, не заставляй нашу гостью долго ждать! – сказала Андромеда, встречая свою дочь вместе с подругой, – Ой, а кто это у нас тут приехал, какая же ты милашка! – воскликнула она, с умилением глядя на Трину. – Здравствуйте, миссис Тонкс, я Трина Колдвелл, приятно познакомиться, – сказала девочка, сдержанно протягивая руку. – Зови меня просто Андромеда, ни к чему все эти формальности, – ответила миссис Тонкс, пожимая её руку, – Ой, надо же, ты так похожа на маму! Мы с нейучились на одном потоке, она – на Пуффендуе, а я – на Слизерине. Мы даже дружили. – Да, я помню, мама мне про Вас рассказывала, она говорила, Вы – самая замечательная ученица Слизерина, которую она только знала. – Эли в своём репертуаре, всегда найдёт что-то хорошее, чтобы сказать. Не стесняйся, будь как дома, если что-то понадобится – обращайся, мы всегда поможем. – Спасибо, Андромеда, Вы очень добры, я обязательно обращусь, если мне что-то будет нужно, – поблагодарила её Трина. – Конечно, детка. Дора, покажи нашей очаровательной гостье дом, мойте ручки и давайте за стол. – Хорошо, мам, мы быстро, – сказала Тонкс и они пошли на эксрурсию по дому.

***

– Как тебе моя мама? – спросила Нимфадора с улыбкой, вытирая руки. – Она и правда замечательная! Я бы никогда не подумала, что она училась на Слизерине, там обычно... ну такие, – сказала честно Колдвелл. – Я тоже была в шоке, когда узнала. Но мама действительно другая, совсем не такая, как её глупые сёстры, которые помешаны на чистоте крови. Или моябабушка, или дед, или мамина тётка – Вальбурга, они все – чок-ну-ты-е. – Как жалко, твоей маме, наверное, было тяжело расти в такой семье. – Ага, не то слово. Но не всё было настолько ужасно. У неё есть кузен – Сириус Блэк, она его любит, он нормальный, а ещё он учился на Гриффиндоре и у него были хорошие друзья... – Были? – Да, это Римус Люпин, Питер Петтигрю, Лили и Джеймс Поттеры, у которых в итоге после смерти остался годовалый сын. Слышала о том, что произошло в 1981? – Это их убил Волдеморт тогда? – спросила с грустью Трина, – А что сейчас с этим мальчиком? И куда делись остальные друзья? – Да, это на них было нападение тогда. Гарри – их сына – отдали родственникам-магглам, он через три года поступает в Хогвартс. А остальные… Римус куда-то уехал, а Питер... этого я не знаю, но вообще, по официальной версии министерства, его убил Сириус, за что сел в Азкабан. – Что!? И ты говоришь, он нормальный? – Да, но мама отказалась в это верить, говорит, уж сильно был привязан к своим друзьям Сириус, его даже сделали крёстным Гарри. – Жалко его, всех их жалко. Глупый Волдеморт, мама говорила, он помешан на каком-то пророчестве и поверил, что какой-то мальчик сможет его убить. – А у него и правда почти получилось… – Как? – Ты же слышала, что Волдеморт вроде как умер? Не умер, конечно, но сильно ослаб, его теперь не воскресить без посторонней помощи. – Да. Разве это не дело рук мракоборцев? – Нет, это Лили своей магией защитила Гарри от убивающего, а сама умерла. Заклятие отскочило как-то, и в итоге у мальчика остался шрам, а этот псих сгинул. – Жесть, – заключила Колдвелл. – Не то слово, ну ладно, нас мама уже долго ждёт, пойдём, не будем её злить. – Конечно, тогда нам надо поторопиться.

***

– Вот вы где, а я уже хотела искать вас! – воскликнула Андромеда, когда девочки зашли на кухню. – Прости, мам, мы просто заболтались, – сказала виновато Тонкс. – Ладно, ничего страшного. Садитесь скорее, – сказала Андромеда и девочки сели за стол. – Трина, расскажи нам, тебе нравится в Хогвартсе? Какие предметы самые любимые, какие не очень? Кто из учителей больше нравится, а кто нет? – Мне всё нравится, Хогвартс – невероятное место, – ответила Трина, поедая запечённую индейку, – Лучше всего у меня получается ЗОТИ, ведь, как Дора говорила, Хелен Макдугал проводит встречи дуэльного клуба, я хочу туда вступить, поэтому должна производить хорошее впечатление. Но вообще больше всего я обожаю трансфигурацию, я метаморфомаг и у меня уже есть неплохие результаты. А вот что касается зельеварения... это просто ужас, я не понимаю вообще ничего! Я вообще в шоке, как Дора это всё запоминает, там столько нюансов! – Да брось, Стебль мне по секрету сказала, что Снейп тебя очень хвалил, говорит, ты всегда знаешь ответ, что бы он не спрашивал, – утешила её Тонкс. – Правда? Ну тогда я спокойна, я правда очень стараюсь. Так, ну ладно, тогда зельеварение – хороший предмет. Что же мне ещё не нравится? А! Знаю! История магии! – Фу-у! – воскликнули хором Дора, Андромеда и Тед Тонкс, который до этого сидел молчал. – Да, я рада, что в следующем году мне не придется терпеть эту нудятину! – обрадовалась Тонкс. – Везёт тебе. А мне еще пять лет на ней сидеть… – Ладно, давайте не будем о ней пока вспоминать, расскажи про учителей, Трина, – сказала Андромеда. – Хорошо. Больше всех я люблю Минерву Макгонагалл, она справедливая, добрая и очень хорошо объясняет материал. А вот Снейп мне совсем не нравится, и не потому, что он декан Слизерина, он никогда не ставит мне честную "Превосходно", может он и не злой, но меня это раздражает. – Да он со всеми так, кроме своих, не переживай, дорогая, – поддержала её Андромеда, – А вот МакГонагалл действительно хорошая, она столько раз помогала мне, когда я училась, не сосчитать. – Мне Минерва тоже нравится, она прекрасный учитель. А Снейпу мы с тобой ещё повзрываем котлы, ты не волнуйся, – уверила её Тонкс. – Нимфадора! – прикрикнула на неё миссис Тонкс, – Всегда можно просто поговорить. – Мам, прости, мы не сильно напакостим, но его правда разговорами не убедить. – Ладно, только чтобы мне потом Стебль не написывала гневные тирады! – Договорились, мам, – сказала Дора, – Ну всё, мы пойдём в мою комнату собираться, нам сегодня ещё на концерт нужно успеть. – Хорошо, повеселитесь там.

***

– Ну, показывай, в чём ты сегодня будешь очаровывать окружающих? – спросила заговорщицки Тонкс, параллельно доставая свой наряд из шкафа. – Я как-то и не думала об этом. Я хотела надеть что-то обычное, а какой дресс-код? – уточнила Трина. – Ха-ха! Его нет, ты можешь идти в чём захочешь, почти… – Почти? – Да, подруга, я не позволю тебе пойти в чём-то невзрачном, но я сомневаюсь, что у тебя такое есть, так что скажу, что ты обязана надеть юбку или платье. – Дора, так не честно! Я их почти не ношу и мне будет неудобно! – Трина, ну пожалуйста! Ну ради меня, я помню твоё шикарное платье на балу, там даже у меня челюсть чуть не отвисла, не говоря уже о твоих однокурсниках. – Ладно, я тебе это припомню, – сказала Трина с хитрой улыбкой. – Что? Почему так ты улыбаешься? – Я вспомнила тот бал и могу сказать, что ты произвела не меньший эффект на своих однокурсников. – Трина, я ничего такого не заметила, выкладывай, что ты там видела! – Ну я всех, конечно, не знаю, но я видела, как на тебя весь вечер смотрел какой-то блондинчик со Слизерина, вот он прям запомнился, потому что пялился прямо в открытую, а ещё какой-то брюнет, тоже со Слизерина, он тоже едва оторвал глаз, когда я на него посмотрела, и, наконец, какой-то светловолосый парень с Когтеврана, кажется, ты назвала его "Льюис". Это всё, что я помню, остальные смотрели, но не так пристально. – Так, ну когтевранец сразу мимо, он мой давний друг. – А остальные? – Да уж, Катрина, из тебя информацию добывать весьма проблематично. Ты ведь даже ещё толком никого не знаешь. Слушай, а если я тебе их покажу, ты вспомнишь тех, кого назвала? – Конечно, легко. – Вот, это уже другой разговор, а теперь вернёмся к платьям, смотри, в чём иду я, – сказала Тонкс и достала платье длиной чуть ниже колена светло-сиреневого цвета с рукавами-фонариками и открытым декольте. – До-ора, ты будешь, как принцесса, тебе оно так подходит! – восторженно сказала Трина, – А вот моё, смотри! Девушка достала из чемодана длинное тёмно-синее платье с пайетками, с рукавами длинными рукавами и закрытыми ключицами. – Это просто шедевр! Я уже не могу оторвать глаз! Откуда оно? Почему ты не сходила в нём на бал? – Спасибо, мне его бабушка на Рождество прислала. Мне так нравится этот цвет! – У твоей бабушки отменный вкус! Что ж, с нарядами решили, теперь давай макияж делать. Ты умеешь? – Ура! Конечно, я умею, меня мама научила. Ты же дашь мне себя накрасить? – В таком случае, да, но тебе нужно успеть за два часа, у нас ровно столько осталось до концерта. – Пф, да легко, можешь засекать, я справлюсь за полчаса.

***

Концертный зал в Лондоне   – Я не поняла, а почему тут столько волшебников? – недоумевающе спросила Трина, – Я как минимум половину видела в Хогвартсе. – Так и есть, здесь почти все из Хогвартса, некоторые уже выпустились, некоторые просто с братьями и сёстрами пришли, ну как тебе? – Пока всё нравится, ой, смотри, к нам идут какие-то люди, по-моему, пятикурсники. – Разберёмся сейчас, что они хотят. – Здравствуйте, леди. Не хотите с нами выпить? – спросил блондин с аристократичной внешностью. – Мы таким не балуемся, но за предложение спасибо, – ответила Тонкс. – Ну, как знаете, Байрон, а ты куда собрался? – Тайт, там… – А, понял, иди к своей Яксли, а мы с Майлзом составим компанию прекрасным дамам, вы же не против? – спросил блондин. – Трина? – Я не против, всё равно скучно. – Отлично, – воскликнул блондин. – Пойдёмте наверх, мы забронировали места с видом на парк, – сказал второй, которого назвали Майлзом. – А там есть, где посидеть? Я уже устала, – спросила Трина. – Разумеется, следуйте за мной, и всё увидите сами, – ответил блондин и девушки пошли за ним. – Дора, – обратилась к ней Трина шёпотом. – А? Что такое? – Это тот самый парень, про которого я говорила сегодня. – Что-о? Ха-хах, этот Трэверс? Хочешь сказать, он на меня пялился? От него вообще-то без ума почти вся женская половина Слизерина. – Да, я уверена. Ну, что думаешь? – Я не знаю, его обычно не интересовали полукровки, он же, как все слизеринцы, помешанный. – Да ладно тебе, может он не такой помешанный, твоя мама же тоже Слизеринка и вон какая хорошая. – Не знаю, не знаю, я, конечно, пообщаюсь с ним, но не думаю, что из этого выйдет хоть что-то. – Он тебе нравится? – В целом – да, он воспитанный и с хорошим чувством юмора, нас иногда в дуэльном клубе в пару ставят. – Вот и всё, тогда у вас есть шанс на счастливое будущее, – сказала Колдвелл и засветилась. – Трина, вот ты вроде малявка ещё, а говоришь так, будто гуру-психолог. – Я? Да я просто говорю, что первое в голову приходит, в общем – решай сама, надо тебе это или нет, я не привыкла с советами лезть. – Хах, спасибо на этом. Концерт прошёл отлично, вид с их столика открывался просто чудесный, только Трине было немного скучно, ведь Дора была занята общением со своим"поклонником", поэтому первокурсница решила спуститься и взять себе что-то перекусить. Пока она сидела, к ней подошло около десятка парней спредложением выпить и пойти с ними погулять после концерта, но из разумных соображений, Трина всем отказала. Они серьёзно не видят, что мне одиннадцать? Подумала она, как к ней сверху спустилась Тонкс и села рядом. – Трина, я тебя обыскалась, почему ты ушла? – Да так, поесть захотелось, ну что, как разговор проходит? – Хреновый из тебя гуру, Трина Колдвелл, этот индюк абсолютно такой же, как и все, знала бы ты, сколько раз за вечер он сказал "грязнокровки", ты бы поняла, о чём я. – Ну прости, откуда мне было знать, мне же хочется верить, что мир ещё не до конца испорчен. – Да ладно, ты не виновата. Слушай, концерт закончится скоро всё равно, может уйдём пораньше? – предложила Тонкс. – Да, я не против, пойдём. Девочки провели весь вечер за увлекательной беседой, гуляя то по одной улице, то по другой. Погода, к счастью, выдалась сказочная, а впереди их ждало ещё много дней зимних каникул.