Часть 1

Волны разбивались о скалы, когда моторная лодка, сливаясь с темнотой, подошла к берегу. Ночь была безлунной — идеальной для вылазки. Шестеро бойцов в одинаковой черной экипировке не нуждались в словах. Они были одной кровью — пятеро братьев и их младшая сестра. Операция была обычной. Вражеский отряд укрылся в прибрежном доме, укрепленном, словно маленькая крепость. Разведка донесла — планируется взрыв магистрального газопровода. — Пять минут до берега, — сказала Лика, не отрывая взгляда от планшета. На экране — видеопоток с дрона, летящего над домом. — Делаем по схеме, — ответил Гела, старший. — Я, Дато и Саба — в лоб. Лаша — обход. Лика, веди и слушай эфир. Без тебя мы слепы. Мераб, прикрытие с лодки. Поняли? — Поняли. Высадка прошла без шума — лодка резанула берег и затаилась в тени камышей. Трое побежали по кромке скал. Лаша ушел в обход по ущелью. Лика подняла дрон выше, и в наушниках раздался ее голос: — Двое по крыше… один у окна… Она вывела на экран тепловизор: трое с автоматами, еще двое внутри. Но один… один двигался сзади, скрытно. Шел к Геле. В наушнике она заорала: — Гела, сзади! Но он не слышал — вёл бой. Лика даже не сомневалась. Она направила дрон в пике. Металлическая стрела нырнула вниз, между сосен, сквозь обломки крыши. Камера мигнула — и погасла. Таран. — Дрон в минус, но брат в плюсе, — тихо сказала Лика себе. Гела обернулся, потрясённый. Позади — тело боевика. И на земле — разбитый дрон... После боя Лика сидела на скале, смотря на море. — Знаешь, — сказал Гела, кладя руку ей на плечо. — Ты снова спасла мне жизнь. — Ты бы сделал то же, — тихо ответила она. — Конечно. Мы — семья. А семья — это шесть жизней на одном дыхании. Из моря поднялось солнце. Шестеро смотрели на него молча. До следующего приказа. *** Вечер в доме был тихим. На кухне, за большим деревянным столом, собрались шестеро: пятеро братьев и их младшая сестра Лика. На плите варились хинкали, в воздухе витал аромат свежей кинзы и чеснока. Мать, седовласая женщина с мягкими глазами, накрывала на стол, поглядывая на детей с легкой улыбкой. — Как прошли учения? — спросила она, разливая по чашкам чай. — Всё спокойно, мама, — ответил Гела, старший из братьев. — В тылу, как всегда, скучно. — Да, только бумажки и отчеты, — добавил Саба, подмигнув Лике. Лика улыбнулась, опустив глаза. Она подозревала, что мать не верит ни одному их слову. Мать села напротив, сложив руки на коленях. Она смотрела на своих детей, взрослых, сильных, с глазами, в которых отражались пережитые бои и потери. Она не спрашивала, где они были, когда приходили домой уставшие и молчаливые. Не спрашивала, почему Лика иногда плачет по ночам, думая, что никто не слышит. Она просто была рядом, готовила их любимые блюда, стирала форму и молилась. — Мама, ты не переживай, — сказал Лаша, заметив её задумчивость. — Мы в безопасности. Она кивнула, улыбаясь. Если им так спокойнее, пусть думают, что она не знает. Таков был их отец. Всегда скрывал правду, чтобы уберечь семью от страха.Он тоже "ездил в командировки". Говорил, что бумажки, учения, штаб. Он смеялся, когда возвращался, приносил шоколад, гладил Лику по голове. А потом однажды не вернулся. Вечер продолжался, наполненный смехом, разговорами и теплом. Но в сердце матери жила тревога, которую она прятала за улыбкой. Она знала, что её дети — герои. И молилась, чтобы каждый из них всегда возвращался домой.