усталость

Сегодня, несмотря на приближение зимы, первый выпавший снег, минимум съемок и интервью, я все равно в ужасном настроении. Не понимаю, что не так: и пробежку с утра выполнил, даже свой прошлый рекорд побил, и поспал достаточно неплохо, учитывая загруженный график. Но даже Банчан заметил, что мое привычно отстраненное или задумчивое лицо стало более.. злым? Нет, скорее мрачным. Как будто кто-то умер, близкий для меня, а я сейчас стою здесь, не в силах приехать даже на похороны. Но это не так, совершенно. Ладно, может, просто взяла вверх обычная усталость. Может, я брал на себя слишком много на этой неделе? Может, сказывается ухудшающаяся погода, хотя я люблю зиму? Может, я недостаточно сегодня провел время с Ханом.. Стоп. Я же его почти весь вечер обнимал – как заграбастал в начале съемок для влогового канала, так и просидел все эти 40 минут позади всех мемберов. В своем уютном, маленьком мире. Чувствуя только тепло Хана, его мягкую кожу – просто чувствуя его рядом. Надеюсь, никто из ребят это не заметил. Конечно, они понимают всё, вопросов лишних задавать не станут. Но кто знает, что у них в голове. - Так, дети мои, время позднее, пора ложиться отдыхать. Завтра отправимся куда-нибудь, развлечемся, - Банчан хлопает в ладоши, подгоняя парней. Все начинают вставать, прибирать гостиную. Сквозь большие окна видна веранда, частный дворик – на нем чистым, нетронутым слоем лежит снег. Сверкающий от лучей фонаря. Вдалеке виднеются горы – сходить бы снова в поход, в тот раз было весело. Мы с Ханом разлепляемся, встаем. Я шутливо провожу пальцем по его спине, ответная реакция не заставляет себя долго ждать – он вздрагивает, наклоняется вперед, оборачивается ко мне с осуждающим взглядом. Казалось бы, он недоволен. Но улыбку сдерживает еле-еле. Так что больше испугался моего выпада. Я изображаю глупое выражение, хлопаю ресницами и отворачиваюсь. Только свиста не хватает, якобы не я. Хан хлопает меня по плечу и двигается на выход из гостиной. - Минхо! Передашь мне телефон? Он на тумбочке лежит, - Сынмин тычет пальцем на тумбочку. Я беру его телефон, в отражении экрана вижу свои усталые глаза. Будто не сплю сутками, но продолжаю усердно работать. Отдаю телефон Сынмину, тот кивает и моментально утыкается в него, что-то активно ищет. Я пожимаю плечами, выхожу из гостиной. Добираюсь до спальни на втором этаже, Чанбин и Йе Ни уже готовят постель, болтают о предстоящих планах. Я присаживаюсь в единственное кресло в комнате, откидываю голову назад. Почему же так тяжело на душе? Все прекрасно, никто не болен, планы не рушатся, погода красива за окном. Может, я заболел? Не должен был, я же не зря бегаю по утрам. В спальню заходит Хёнджин, потягивается. Полотенце на его мокрых волосах слегка покачивается, он зевает и буквально падает на свободную постель. - Эй, Минхо, - голос Хенджина звучит приглушенно из-за подушки. - М? – отзываюсь я. - Не знаешь, чем Сынмин внизу занят? - Внизу? Я думал он в соседней спальне, - двигаю плечами, наклоняю голову то в левый бок, то на правый. Легкая разминка перед сном не помешает. - Да не, за компьютером в кабинете сидит, похоже будто монтирует что-то, - Хенджин переворачивается на спину, тянет руки кверху. Сжимает, разжимает пальцы. - Возможно, он монтирует видео для своего влога. Я ему телефон передавал, походу снимал нас с иного ракурса, - я пожимаю плечами. Ничего удивительного, Сынмин любит снимать влоги лично для себя, как и Йе Ни. Как и другие ребята. Интересно, что он там наснимал? Его телефон стоял на тумбочке.. рядом со мной и Ханом. Буквально рядом. Да, Сынмин тоже находился в той части, но в кадр могли и мы попасть. Если это разлетится по интернету, то будет в разы больше всевозможных роликов, с нашими вырезанными объятиями. Резко соскакиваю с кресла, потираю шею. Надо бы удостовериться, что нас нет в кадре. Ни меня, Ни Хани. Хани.. я больше о нем беспокоюсь, чем о себе. Но все равно я продолжаю смущать его своими прикосновениями. Что я за человек тогда? Покидаю спальню, заглядываю в противоположную комнату. - Сынмин не у вас, случайно? - Нет, он вроде остался в кабинете, сказал, что монтирует видео для влога, - отвечает Феликс, расчесывая волосы. Банчан и Хан играют в какую-то карточную игру, из-за угла не видно. Ну, вроде всё спокойно. Чего я вдруг всполошился? Как будто нам не привыкать к этому. Киваю Феликсу, бросаю последний взгляд на профиль Хана – такой задумчивый, поджимающий губы, - и спускаюсь вниз. Нахожу Сынмина в кабинете, свет он приглушил, его хитрое лицо освещает только экран монитора. - Что делаешь? – я подхожу к нему, заглядываю в монитор. Кажется, он меня увидел – даже не вздрогнул, продолжая неустанно щелкать кнопкой мыши. - Да вот, решил заснять небольшой клочок влога к себе на канал, - Сынмин не отрывает свой взгляд от мельтешащих картинок на экране, то ускоряет, то замедляет видео. Удаляет ненужные, на его взгляд, фрагменты. Мой взгляд выхватывает буквально мимолетный кадр, но знакомый. - Назад отмотай, - наклоняю голову вбок, жду сиюминутной реакции. - Зачем? Ты что-то увидел? – Сынмин поднимает на меня глаза, встречается с моими – возражений и вопросов они не потерпят, потому Сынмин лишь вздыхает и отматывает назад. - Ого, ты с Ханом весь вечер так сидел? А я даже не заметил, - парень чешет нос и снова смотрит на меня. Будто ждет реакции. Вроде не Йе Ни, а рожа хитрая, как у лисицы. Глазками стреляет, прищуривается. Как быть? Мы, всё-таки попали в кадр. Оставить как есть? Я же по какой-то причине пришел сюда, смотрел эти молчаливые отрезки, потребовал показать эти кадры. Почему Хенджин спросил именно у меня, что делает Сынмин? Ну остальные ребята были заняты, обычное любопытство, неужели он не мог со мной поболтать на эту тему? Просто так, ради чистого любопытства, по-дружески? Не знаю. Мне итак не нравится, когда Хенджин повторяет мои прикосновения к Хани. Я плохой человек, надо себя контролировать. - Вырежи эти кадры, - в голове разом стало пусто. Бросаю взгляд на Сынмина, жду выполнения. Его бровь приподнимается, он смотрит на экран, обратно на меня, снова на экран. - Уверен? Кадры получились хорошие. Да и толку, если твои фанаты все равно умудрятся вычленить эти секундные записи для собственного удовольствия? Тебе ли не без разницы на это? Больше комплиментов о том, какой же ты завидный мужчина, хаха, – Сынмин усмехается, чешет затылок. Снова поднимает взгляд на меня, но его лицо сменяет свое выражение – теперь он больше напуган, брови слегка сводятся к носу. Я, вероятно, смотрю на него тем самым убийственным взглядом, который не терпит пререканий со мной. Ни один мускул не дрогнул на лице. Я с нажимом повторяю свой указ. - Ладно, ты неисправим. Я их вырежу, сложу в отдельный файл и отправлю Банчану. Потому что он предложил отснять нас с разных ракурсов, поэтому все вопросы направляй к нему, хорошо? – Сынмин несколько раз щелкает мышью, кадры исчезают из ленты видеоролика. - Извини, я просто не в духе сегодня. Не знаю, чего вдруг взъелся на тебя, - пожимаю плечами, прячу руки на поясницу и выпрямляюсь. Махнув ладонью, покидаю кабинет и останавливаюсь у дверей спальни. Кажется, ребята еще не спят. Присоединится? Не стоит, пойду лучше отдыхать. Захожу в спальню, переодеваюсь и молча заваливаюсь в постель. - Минхо, будешь с нами играть? – Чанбин тасует колоду карт в своих руках, Йе Ни залипает в телефоне, а Хенджин тщательно высушивает волосы феном. - Не, я пас. Устал за сегодня, - отворачиваюсь к стене и закрываю глаза. И отчего я так разозлился на Сынмина? Наверняка в интернете полным полно разнообразных видеороликов с нашим участием. Раньше я не особо на такое реагировал. Дело в Сынмине. Не хочу, чтобы мы с Хани попадались на кадрах других мемберов. Все-таки, они для себя и своих фанатов их снимают. Мы с Хани заберем все внимание, не хочу обижать ребят. Вот бы чаще обниматься с Хани, но, боюсь, я и без того достаточно много это делаю. Ладно, давай засыпай, а то половину ночи сейчас впустую пролежу. И под приглушенные разговоры ребят, я медленно, но верно падаю в сон. К сожалению, без сновидений. А снег по новой начал сыпать с неба, накрывая частный дворик коттеджа слоем белоснежного одеяла. На вид мягкого, но прикоснись – замерзнешь. Кого-то мне это напоминает.. Не себя ли?