Однажды в падике

Я сидел в университетском кафе и пытался выглядеть знатоком сложных философских концепций. Но проблема была в том, что я ничего не понимал. В голове крутилась одна мысль: «Надо было учиться… Хотя бы теперь я знаю, кто такой Саске Учиха». Напротив сидела она. Её образ был словно сошёл с картины Врубеля, если бы он изображал ангелов с алмазными глазами. Её взгляд прожигал меня насквозь, оставляя в моих мыслях одну фразу: «Боже, какой же ты тупой». — Ты знаком с Лаканом? — спросила она, поправляя очки. Я вспотел. В моей голове пронеслось: «Если сперма прыгнет обратно в хуй — это камбэк?» Но вслух я произнёс: — Ну… это типа… психоанализ, да? Она посмотрела на меня так, словно я предложил ей разгадать кроссворд про клитор. — Ты в музеях и университетах просто меметичный крокодил, — вздохнула она. — Всё, что ты говоришь, безумно банально. Я кивнул, хотя даже слово «банально» казалось мне сложным. — Может, пойдём выпьем кофе? — выдавил я, пытаясь сменить тему на что-то менее рискованное, например, «Какого цвета твои трусы?». — Кофе? Серьёзно? — она подняла бровь. — Ты даже не спросил, как я отношусь к постструктурализму. — А… а как ты относишься к постструктурализму? — спросил я, заикаясь, чувствуя, что я проигрываю даже по очкам. — Какой же ты тупой… — прошептала она, но в её глазах мелькнула жалость. Мы вышли на улицу. Я понял, что у меня нет шансов, но всё же сказал: — Если я сейчас упаду на колени и буду умолять, это будет дискурс? Она рассмеялась. Впервые за вечер. — Нет. Это будет просто жалко. Я кивнул и побрёл домой, понимая, что единственное, в чём я действительно разбираюсь, это Наруто и русский рэп. И то лишь потому, что он тоже страдал из-за девушки, которая была умнее его.