«Перо»

Белый лебедь жил на озере, что раскинулось у самого подножия гор. Люди приходили к нему, как к чуду — гладили шелковистую грудь, кормили с рук, шептали ему свои горести. Он склонял голову, будто понимал. Никто не помнил времен, когда его не было. Пока однажды рыбак не увидел в воде черное перо. Оно плавало среди камышей, смятое, будто вырванное с мясом. Рыбак поднял его на палке, понес в деревню. — Он нечист, — сказал старейшинам, бросая перо на стол. Достаточно было одного взгляда. К лебедю пришли на рассвете. Он спал, свернув шею под крылом, когда первый крюк впился ему в спину. Птица взметнулась с диким криком, но десяток рук схватили ее за крылья, повалили на землю. — Покажи, что скрываешь! Они рвали белые перья, искали черные. Кровь залила снежную грудь. Кто-то принес нож — рассек кожу у бедра, где должно быть самое темное мясо. — Вот! В ране действительно виднелся черный пух. Ему переломали крылья, чтобы не мог улететь, даже если бы выжил. Привязали к плоту и пустили по озеру. Он умирал три дня. Люди стояли на берегу и смотрели, как алая дорожка тянется за ним все дальше. На четвертый день лебедь перевернулся вверх лапами. И тогда началось. Сначала казнили девушку, у которой нашли прядь белых волос — знак скрытой скверны. Потом старика, чья родинка оказалась слишком темной. Мать утопили за то, что ее ребенок родился с карими глазами, а не голубыми. Они рыскали друг за другом, как стая, выискивая пятна на рубахах, тени под глазами, малейший намек на несовершенство. Когда в деревне не осталось ни одного живого, последний выживший — тот самый рыбак — сидел у озера и смотрел на свое отражение. Вода была черной от пепла и крови. Он увидел в ней свои черные-черные глаза. И засунул голову под воду. На следующее утро к озеру прилетел новый лебедь. Безупречно белый. Но некому было его видеть.