Спокойствие

      Среднюю группу детского дома снова вывели на прогулку. С того момента не прошло и пяти минут, как по всей территории раздался протяжный крик, больше похожий на рычание. Никто не реагировал — все привыкли. Все уже знали, что кричал Сережа, которого наверняка снова обижали сверстники, но, кто такие воспитатели, чтобы в это вмешиваться? — И своих проблем по горло! — Из раза в раз повторяли воспитатели.       Мальчик был слабее и худее остальных, что давало им возможность толкать, пинать и всячески оскорблять мальчика, не волнуясь о последствиях.  — Ну что же ты кричишь, Сережка, я же еще ничего не сделал! — Пиная уже лежащего на земле Разумовского, рявкал сверстник.        Мальчик прикрывал лицо руками — так было безопаснее. Потому он не видел, кто конкретно бил его, но знал, что помимо обидчика были еще зрители. Эта компания не давала покоя Сереже уже пару месяцев: забирали его еду, унижали мальчика, били его, зная, что никому не будет дела до него. И это правда.  — А ну разошлись! — Прозвучал детский голос над Сережей. Он не был похож ни на один, из тех, которые постоянно его допекали. — А ты самый умный тут? Тоже прилечь захотелось? — Прозвучал ненавистный голос. — Силы не хватит. — Видно, что прибывший собеседник был незаинтересован в разговоре. Дальше был слышен звук веток и тяжелое дыхание рядом. — Вставай. Или тебе лежать нравится? — С безобидной усмешкой сказал мальчик. — А вы че вылупились? Я непонятно что-то сказал?       Интерес компании к Сереже пропал, и они, закатывая глаза в знак скуки, пошли в другую часть двора. — Что сложного в том, чтобы постоять за себя? Почему ты даешь обижать себя? — Протягивая руку, спросил защитник. — Я не знаю…Оно само так выходит. — Принимая помощь, говорит Сережа. — Не давай им столько воли. Ладно, проехали, Я Олег. — Я… — Мальчик не успевает договорить, как его перебивают. — Я тебя знаю. Про тебя много говорят, что ты странный, но мне так не кажется. Будем знакомы. Я с параллельной группы, живу на третьем этаже в двадцать седьмой комнате. Заходи, когда будет время. Я побежал, нас уже собирают. Бывай! — Сережа не успел вымолвить ни слова перед тем, как новый знакомый скрылся в толпе ребят. Кто бы мог подумать, что именно так выглядит начало крепкой и многолетней дружбы? ***Стук. — Кто там? — Кричит Олег, лежа на кровати, а в ответ — молчание. — Сань, достал со своими прикола…А, Господи, это ты, Сереж, проходи. Что-то случилось? — Нет, зашел передать, что воспитательница снова жалуется на тебя, потому что ты поставил фингал мальчику из нашей группы. — Со смешком сказал Сережа.  — Переживут. Странно, что они заволновались о благополучии детей только сейчас. А не тогда, пару тройку лет назад, когда ты визжал на всю территорию детского дома из-за того, что тебя били толпой. — Не уподобляйся им. Решать проблемы кулаками — последнее дело. — Уже серьезно сказал парень. — Ладно, постараюсь. Больше ничего? — Нет, больше ничего. Я, пожалуй, пойду.— говорит Сережа, разворачиваясь и шагая к двери.       Сереже больше не нужно было никого бояться: с Олегом он был, как за каменной стеной. Чувство безопасности не покидало его и было настолько спокойно, из-за чего порой появлялся страх, что всё хорошее может кончится. Он больше не боялся спать в окружении обидчиков, хоть Олег и жил на другом этаже. Теперь никто ни только не отбирал у него еду, но иногда отдавал свою. Сейчас ему стало так хорошо, как, наверное, никогда не было.