В понедельник Владлена старалась делать вид, что не замечает Смирнова. Она всем своим отношением хотела показать, что обижена до сих пор и ждёт, когда он признает свою вину и извинится. На самом же деле, Стрелкова уже не ощущала обиды, наоборот, где-то глубоко внутри совесть подсказывала, что она была слишком груба и стоило бы извиниться и ей. Мало ли какие видения бывают, а она так вспылила. Терпение лопнуло перед последним уроком - физкультурой. Когда все начали спускаться в спортзал, девушка подошла к Смирнову. Он тоже не спешил уходить, специально долго складывая учебные принадлежности в ранец. Анатолий заметил, что Владлена направляется к нему и сказал: "Давай сбежим с физкультуры". Глаза Стрелковой расширились до невозможности. Серьёзный, каким она считала Смирнова, парень предлагает ей сбежать с урока. "Давай",- не долго раздумывая ответила Владлена. Они спустились на первый этаж, и, минуя центральный вход, вышли через запасной. Девушка резко остановилась: "Постой, Смирнов, а что же мы скажем физруку?" "Иванов что-нибудь придумает, он мастак в этом деле", - ответил парень. Владлена и Анатолий пошли в парк, выбрали самое высокое дерево и сели под ним на траву. Парень повернулся к своему ранцу и достал "Перекресток" : " Вот, ты вчера забыла..., Ленуша". Она взяла в руки книгу. "Ах, вчера, - начала девушка, - постой, как ты меня назвал?" "Ленуша, - ответил парень немного смущённо, - тебе не нравится?". Щёки Владлены вспыхнули, а серце оглушительно билось: "Нет, мне нравится, очень нравится, Толя", - нежно сказала девушка, немного оттянув последнее слово. "Вчера, - снова начала Владлена, - прости меня за вчерашнее, это видение наверное самая настоящая глупость". "Послушай, я вчера долго думал над этим, и мне пришла такая мысль: а что если в далёком будущем нам суждено тоже встретиться и то, что ты видела - момент нашего знакомства. Возможно, вселенная показала тебе его, чтобы ты задумалась об этом и решила рассказать мне и, чтобы в конце концов мы сбежали с последнего урока и сидели здесь". Владлена завороженно слушала парня. "Толя, как ты прекрасно сказал", - восхитилась девушка и опустила голову парню на плечо. "Тогда, - продолжил рассуждать Смирнов, - возможно мы и в прошлом были вместе". "Знаешь, Толя, - Владлена подняла голову с плеча парня и сказала: мне совершенно неважно, знали ли мы друг друга в прошлом и будем ли знакомы в будущем, по-моему, нужно жить здесь и сейчас". "Толя, почитай мне, пожалуйста Асадова", - попросила девушка, снова кладя голову на плечо парня. Смирнов немного помолчав, настраиваясь, начал :
"Если град зашумит дождём,
Если грохнет шрапнелью гром,
Всё равно я приду на свидание,
Будь хоть сто непогод кругом!
Если зло затрещит мороз,
И завоет метель, как пёс,
Всё равно я приду на свидание,
Хоть меня застуди до слёз!
Если станет сердиться мать,
И отец не будет пускать,
Всё равно я приду на свидание.
Чтобы ни было – можешь ждать!
Если сплетня хлестнёт, ну что ж,
Не швырнёт меня подлость в дрожь.
Всё равно я приду на свидание,
Не поверяя в навет и ложь!
Если я попаду в беду,
Если буду почти в бреду,
Всё равно я приду. Ты слышишь?
Добреду, доползу…Дойду!
Ну а если пропал мой след,
И пришёл без меня рассвет,
Я прошу: »Не сердись, не надо!»
Знай, что просто меня уже нет…"
Владлена молчала, оставшись под впечатлением от прочитаного стиха Смирновым. Слушая или читая этот стих, кровь в венах застывала, как впервые. Но Толя читал так, как никто другой. Вообще, сейчас все ощущалось по-другому, как-то более обостренно. И Смирнов, повернув своё лицо к лицу девушки и положив руку ей на щеку, совершал то, что не совершал никогда. Он целовал её неумело, немного неуверенно, как происходит это впервые, но это совершенно не портило их поцелуй, наоборот делало его особенным, первым поцелуем их бесконечной любви.