Часть 2

Тьма окутывала Риндо, словно желе. Вроде не так плохо, но движения сковывало.  Но в этот раз было страшно, пугающе, неприятно, но не страшно до потери сознания, ведь теперь Хайтани принял этот сон, принял всё происходящее. Размеренным шагом он отправился к лучику света, к силуэту Хару, единственным, но ложным спасением. — санзу...-голос предательски дрожал, даже если рин хотел это скрыть — риндо.. — ответы. мне нужны они, дай мне правду.-прошлый страх прошёл, есть только серьёзность и уверенность в своих силах — ответы? ну чтож.. И снова глаза, снова ангел, снова страшно, но теперь Риндо не проснулся, теперь он стоит с марионеткой Хару-он создан по воле ангела, чтоб говорить и передвигаться. Хайтани скользко пробежался глазами по марионетке: розовые волосы и ресницы, чуть красные глаза и бездушный взгляд на белоснежном лице, там же и чёрные трещины. чуть ниже шейный шарнир, как у обычных кукол такого плана, на плече броня мару-содэ, с другого плеча начинается изысканное, но достаточно короткое кимоно, цвета схожего с костюмом риндо, одна рука всегда скрыта рукавом, а рука с бронёй облачена в перчатку и бинты. Более тёмный пояс переходит в огромный бант, а в самом центре привычный глаз. Все, кто ещё более цел рассудком задаются вопросом, есть ли у куклы гениталии, но шорт под короткой юбкой точно нету. Ниже идут только тапочки и бинты на ногах.  — теперь ты узнаешь правду, отродье.-без эмоций, сухо и грубо, кукла не имела эмоций от природы, но была остра на язык — спасибо, что хоть не один..-одному было бы сложно, хотя рин даже не знает, что будет Резко марионетка Хару взяла Хайтани за руку и сознание погрузилось в туман. Некий телепорт, правда Риндо он не очень понравился:уже к концу всего, к горлу поступила знакомое ощущение и вкус желчи, недавнего ужина, как же Рин не любил это всё, тем более когда живот сжимало до невозможности, а ноги подкашивались. Стоило им остановиться, как он согнулся, опустошая желудок и падая на колени.  — вставай. -голос куклы не меняется, даже если ситуация ужасная. — да встаю я, встаю.. Действительно, встал, шатаясь, но встал и начал осматриваться, где же они находятся. — воспоминания Хару, настоящего. — так разве можно? и разве он не того? — можно, Ангел может всё. Подходя с куклой к краю, картинка всё больше становилась чёткой. Риндо вспомнил что это..это тот самый день, вот они оказываются в западне, вот рану простреливают бедро и они сдаются, вот они спорят кто должен остаться и вот санзу утаскивают — ты хочешь показать всё с его стороны? -голос рина больше напоминает голос маленького ребёнка — не я, но да, ты будешь спать, пока не увидишь всё. Пока не найдёшь искомое. — ну спасибо блять, теперь мне нахуй спокойнее Тут же щёку рина закололо. Это была пощёчина. Кукла никогда не терпела нервозов, а металлическая рука бьёт очень и очень ощутимо — имей совесть, ради тебя и так тут стараются. — понял я, понял, не бей ток, лицо мне сломаешь Наконец они подошли с самому краю, наблюдая за всем ~Тем временем в офисе Бонтена~ — Риндо! риндо блять!!-старший хайтани был напуган, пиздец как напуган. До собрания ещё час, но Ран проснулся раньше, намного раньше, когда по внутренней чуйке понял, что братика нет рядом. Начинать его искать всегда логичнее рядом с Ангелом. Бинго! первая же догадка оказалось верной. Но Риндо не проспыпался, сколько бы его не тыркали, не тискали и просто кричали в ухо, так ещё и рука Ангела на глазах брата.. — блять... пожалуйста рин.. Вырвать рина из лап Ангела просто невозможно, сколько бы ран не пытался, так что с тяжёлой душой он оставил его так, до прибытия майки посидит с братом, больше выборов нет ~Обратно к Ринке~ — какой пиздец...-перед риндо прстает не самая лучшая картина Тело хару из прошлого привязано к алтарю, да так, что выламывает руки и ноги, во рту кляп, чтоб меньше визгов было, вокруг фанатики читающие текста на каком-то нечеловеческом языке. Рядом огромный тесак нагревают на свечах, словно готовятся резать что-то или кого-то..  Действительно, скоро раскалённый тесак сначала просто опускают на грудь Санзу, а потом со всего размаху бьют, ломая грудную клетку. Но им этого было мало, за грудной клеткой начали вести всё ниже, разрезая кожу, словно это тонкая бумажка. Из-за нагретого оружия, место первого удара немного прижарилось и запах этой плоти заполнил ноздри Риндо, даже если он не рядом. Дальше началось самое мерзкое: вытащили осколки грудной клетки, а за ними и лёгкие, следующим пошли желудок, печень и кишки. их медленно-медленно накручивали, словно боялись что порвутся. Наконец наступило время сердца, с ним были намного нежнее, но дальше тем же тесаком раскрошили в мелкий кубик и добавили в какую то жидкость. Риндо со своего места видел, как маленькие кусочки сердца бились в ладошках этих уродов. Но больше его удивило другое-слезы хару, вернее текущая кровь из них — неужели он правда никогда не плакал.. Но смотреть на слёзы можно было лишь до того момента, пока в глаза Хару не были закапаны капли, возможно это та же жидкость, в которой сейчас сердце, а возможно просто белизна. Факт остаётся фактом, в эту секунду хару ослеп. Что более удивительно, то он жив..  Тело Хару поместили в тугой мешок на алтарь, прям под солнце и луну. И так уже разлагающееся тело давало запаха, но солнце только усиливало его. Неудивительно, что даже собаки обходили стороной это место за километр. Резко воспоминания помутнелись, а у Рина выпал шанс задать несколько вопросов кукле. — почему если это воспоминания Санзу, мы видим не от его лица?-самый логичный прямо сейчас вопрос — он захотел так сам рассказать, да и от первого лица ты не поймёшь.-монотонный голос робота всегда не делал ситуацию лучше. — если я уже увидел его смерть, я разве не проснусь?  — проснёшься, если сам решишь что это твоя правда.  — тогда я должен остаться ещё..я хочу найти больше информации про ангела и про настоящего Харучиё.  — твоя воля. Снова телепорт, снова тошнота, снова новая местность. Только теперь на невидимых тёмных стенах тысячи глаз наблюдают за ним — зачем я здесь?  — Ангел согласен ответить на твои вопросы за твою храбрость.  Наконец Риндо решил поднять глаза, чтоб встретиться с огромным(как три сауса) глазом, но не такой как у хару, а чёрный, пугающий до подгиба коленей.  И голос у этой твари был не как у человека, величественный, раскатистый и излучающий всем своим тембром злость, а может и ненависть. — задавай свои вопросы, смертный.