Израненная душа и теплота объятий

– Оставлю вас ненадолго, – девушка, что сидела между двумя парнями, поднялась с дивана, и увлеченная своими мыслями – покинула помещение. – Она красивая, – один из парней, – синеглазый шатен, – проводил её взглядом, улыбаясь уголками губ. Это было несвойственно, потому он поторопился надеть на лицо ту же гримасу, с которой ходил с момента возвращения в монастырь. – Ты говорил ей это? – рядом с ним, – насколько он помнил, сидел лучший друг девушки, с которым по совместительству он был в таких же близких отношениях. Шатен опустил голову, помотав головой в знак отрицания. – Раньше я часто признавался ей в этом? – пристыженный, он поднял голову, надеясь увидеть на лице напротив сидящего одобрительную улыбку. От этого парня веяло добром, потому синеглазый непрекословно ему доверял. – Ты говорил ей это чуть ли ни каждую минуту, – брюнет хмыкнул, обнажив зубы для самой ободрительной улыбки, которую только видел шатен. – Расскажи мне...– он замолчал, немного подумав, но почти сразу продолжил: – Как она себя чувствовала, после... после нашей с ней битвы? Улыбка болезненно превратилась в грустное, кое-как контролируемое выражение. Шатен мгновенно понял, что чувствовала она себя, мягко говоря, отвратительно... – Ты не должен винить себя за это. Потому что она не винит, и не видит в тебе виновного, – настала очередь брюнета опустить голову и отвернуться. Что-что, а вот смотреть в глаза синеглазого во время рассказа ему хотелось меньше всего. – Я знал, что она не спала ночами и до этого, но после битвы она начала ещё больше пренебрегать сном, постоянно засиживаясь в библиотеке, или в гараже, в поисках информации, чтобы найти тебя. Обычно с ней сидел Кай, но в какой-то момент Ллойду становилось всё хуже, и он переменился к нему. Я каждую ночь следил за Нией, чтобы знать, чем она занимается. Наверное, она знала, что я слежу за ней без её ведома, потому однажды ночью она окликнула меня в пустоту, находясь в гараже, пока я наблюдал. Но в скором времени она нашла информацию, и они с Каем отправились на твои поиски, – Коул замолчал, обдумывая, стоит ли шатену знать больше. С него хватит. В любом случае им самим нужно разобраться в своих отношениях. – Что насчёт физических травм? Я ни раз замечал, что в какой-то момент она начинает тяжело дышать, чуть ли не задыхаясь, – его любопытству не было предела. Ему нужно было знать всё. – Это началось ещё задолго до слияния. Я не знаю, с чем это связано. Она никому из нас об этом не рассказывала, – «кроме тебя» хотелось сказать ему, но он сдержался. Он должен сам об этом вспомнить. Брюнет снова одарил друга взглядом, и пока тот собирался с силами, чтобы задать ещё один вопрос, за рамками помещения послышался болезненный крик. – Ния, – утвердительно произнёс одними губами кареглазый, прежде чем оказаться за дверью игровой. Шатен поддался примеру брюнета, также быстро сорвавшись с дивана. Солнечные лучи устремились ослепить вышедших из монастыря парней. Привыкнув к свету, черный ниндзя наконец обнаружил подругу. Рядом с ней стояла розоволосая девушка, придерживая ту за плечо. – Что случилось, Сора? – он подбежал к девушкам, рассматривая обеих на наличие травм. – Тренировочный мостик был не закреплен, – Сора указала на деревянную конструкцию, которая теперь лежала на земле, – я встала и потеряла баланс. Но мне повезло, потому что Ния была рядом и поймала меня. Но эта деревяшка задела её плечо, – девушка жалобно глядела на сенсея, в надежде, что все не так критично, как кажется. – Только не говори, что это было правое плечо, – брюнет опустился на корточки, всматриваясь в лицо девушки. Она закрыла глаза, не показывая, как ей тяжело. В прошлый раз Зейн сказал, что эта травма может дать осложнения, и любое, даже самое маленькое воздействие на него может привести к более тяжёлым последствиям. В надежде, что ученица скажет про другое плечо, он дожидаясь глядел на неё. – Если бы я только знала... – Ты ни в чём виновата, Сора, – наконец подала свой голос брюнетка, хлопая девушку по плечу. – Это моя обязанность – проверять, закреплены тренажёры или нет. Отдохни пока, я скоро вернусь, – Смит подняла подбородок девушки, и подмигнула ей. Обйдя их, она направилась в монастырь. Коул последовал за девушкой. Взайдя по ступенькам к сёдзи, он полубоком осматривал двух стоящих на тех же местах людей. Остановив свой взор на розоволосой, он неоднозначно кивнул в сторону шатена. Та без слов поняла его просьбу, губами произнося слова благодарности. Он знал, куда пошла подруга. Он знал, что она не хотела совершенно никого видеть прямо сейчас. Он знал, как ей тяжело. И он знал, что она сделает первым делом, только входя за порог своей комнаты. Её комната была чуть ли не самой последней по коридору. Подойдя, он легонько постучал: – Позволь мне войти. Я хочу помочь и заодно поговорить. – Я прекрасно справлюсь сама, Коул. Не первый раз травмирую плечо и не первый раз перевязываю, – она ненароком замолчала на пару секунд. – Сама. – Извини, – тут же он оказался в её комнате. Она стояла к нему спиной. Её грудь, спину и руки окутывали бинты. Один из них свисал с руки. Только он знал, как она справляется со своей душевой болью. И только он каждый раз отнимал у нее острые предметы, чтобы больше не наблюдать за такой картиной. – Где на этот раз ты взяла это лезвие? – Коул подошёл к девушке, осторожно взяв её руку. Умоляющим взглядом он вынудил у нее остриё. – Почему ты здесь? – Коул знал, что нынешняя Ния больше любит отвечать вопросом на вопрос, а не давать ответ без перевода на другую тему, как она делала это раньше. Он скучал по той Ние. – Я переживаю за тебя, – он потянулся за пачкой салфеток, которые мирно лежали на тумбочке рядом с её кроватью. – Джей в последнее время всё чаще интересуется тобой. Мне кажется, совсем скоро он придет к тебе, чтобы поговорить. – Ты сейчас просто хочешь отвлечь меня? – брюнетка подняла голову, встретившись взглядом с другом. Она надеялась, что он говорит правду, а не пытается усыпить её бдительность. – Он начал замечать твои проблемы с дыханием. Спрашивал, причастна ли ваша битва к этим осложнениям, – покопошившись в кармане изношенных спортивных штанов, он наконец обнаружил тюбик с дезинфицирующим средством. Он носил его всегда и везде, чтобы при случае помочь Смит. – Где лежат бинты? Девушка подбородком указала на шкаф. Коул снял с её руки бинт, сразу после усадив подругу на кровать. Она беззвучно застонала, почувствовав боль в плече, осторожно отведя его в сторону. Зейн был прав. Боль с каждым разом становится все сильнее, и с каждым разом она все быстрее оказывается у точки невозврата. Коул вывел девушку из раздумий, осторожно похлопав по её ноге. Она сфокусировала зрение, наконец заметив перед собой сидящего на корточках Баккета. – Сначала разберёмся с ранами, а потом я зафиксирую твоё плечо, – брюнет требовательно оглядел лицо девушки, надеясь обнаружить на нём хоть какую-нибудь настоящую эмоцию. Она нашла то, что искала на протяжении нескольких лет, взамен потеряв себя. И ему это не нравилось. – Как долго ты ещё собираешься закрашивать синяки под глазами и резать своё тело? – его безумно тревожило состояние девушки. Он хотел помочь, но совершенно не понимал, как именно он должен поступить в этой ситуации. – Не думала об этом, – наплевательски произнесла та, прикусив губу. Единственное, чего она хотела – это довести себя до изнеможения и, возможно, наконец попрощаться со своей жизнью. Но она слишком любила своих друзей. Она слишком любила своих братьев. Она любила Сору, Арина и Вайлдфаер. Она любила того, ради которого и довела себя до такого состояния. Но любил ли он её? – Коул, – она сглотнула, сдерживая комок, – Джей сможет полюбить меня вновь? Брюнет кропотливо обвязал бинт вокруг десятка красовавшихся на левой руке ран. Конечно, он не знал наверняка, но чувствовал, что всё скоро вернётся на круги своя. – Я уверен в этом, Ния, – теперь поднявшись, он стоял напротив Смит, возвышаясь перед ней во весь свой немалый рост. Он уже ни раз помогал ей с плечом, но как и впервые, боялся сделать больно. Теперь ему нужно быть в разы аккуратнее из-за критического состояния кости. – Нам нужно дать ему чуть больше времени. Он сосредоточился на регулировке и перевязке, лишь моментами слушая еле доступные его ушам хрипы и стоны девушки. Он никогда так сильно не мечтал о её улыбке. – Думаешь, если бы Джей узнал о твоём саморазрушение, он бы поддержал твои действия? – Коул знал ответ. И Ния знала. Но она руководствовалась вовсе не мыслями о нём прежнем. Она руководствовалась мыслями и чувствами о том Джее, которого встретила несколько месяцев назад на арене турнира. – Он сказал, что ненавидит меня. Какая ему разница? – Это сказал Джей, с которым ты дралась на арене больше полугода назад. Ты же прекрасно знаешь, что он потерял память и был под влиянием разрушения, – Коул присел рядом, приобняв её за плечо. – Сегодня он интересовался твоим самочувствием, вчера спрашивал про твою любимую форму имени. А ещё раньше уточнял, любишь ли ты до сих пор розы. Он вспоминает и я чувствую, что совсем скоро наш Джей снова будет дома. – Это были не все успехи Уолкера. Он постоянно говорил и спрашивал о Ние. Он задавал вопрос и тут же самостоятельно на него отвечал. Его воспоминания возвращались к нему, хоть этот процесс и был не быстрым. – Спасибо, Коул, – девушка положила голову на крепкое плечо брюнета. – Мне так повезло, что у меня есть такой друг, как ты. – Когда началось слияние, Мастер Ву сказал Ллойду: «Семья – это ключ», помнишь? – наклонив голову к Смит, и почувствовав кивок, он продолжил: – Тебе не нужно переживать все сложности самой. На то тебе и были даны мы. Каждый из нас готов побыть с тобой в сложный момент, тебе лишь нужно попросить. Пожалуйста, прекрати наносить себе вред. Я очень переживаю, – он осторожно потрепал её по макушке. – Мне нужно потренировать Сору, – девушка выбралась из объятий, вставая с кровати. – Нет уж, сиди и восстанавливайся, – Коул опередил её, и теперь она снова сидела на кровати. – Я позабочусь о ней. Девушка поматала головой, раскрепощая улыбку. Она тихонько хихикнула, позволяя одинокой слезе исследовать щёку. – Спасибо тебе, – брюнетка глубоко вздохнула, набираясь сил, – по дороге, если встретишь... В седзи постучали. Девушка прервалась. Она перевела дыхание, в надежде увидеть человека, про которого хотела сказать. – Я прошу прощения, если помешал, – за дверью кто-то прочистил горло. Его голос и вправду возмужал. – Я бы хотел... поговорить. Коул повернулся сначала на голос, что раздался вне комнаты, а потом на счастливое, учащенное дыхание девушки. Он понимал о ком она хотела сказать. Баккет позволил накинуть девушке кимоно поверх своего измотанного бинтами тела, прежде чем открыть седзи и увидеть смущённые взоры, которые Смит и Уолкер посвятили друг другу. Джей выглядел измученным: его лицо обрамляли отросшие копна волос, которые раньше ему помогала стричь Ния, подбородок и щеки покрылись яро бросающейся в глаза щетиной, глаза больше не светились жизненной радостью. Он больше был похож на мученика, чем на мужчину, от которого всю жизнь веяло позитивом и надеждой. Ния выглядела не лучше. Но она скрывала всё под тонной макияжа и слоями бинтов, что жили своей жизнью под кимоно. Но смотря друг на друга, они заново начинали жить. Жить с мыслями, что ещё не всё потеряно. Баккет незаметно ухмыльнулся. – Не буду мешать, – торопливо произнёс он, пропуская Джея в комнату, – буду нужен – зовите! – он скрылся, закрыв за собой дверь. Джей стоял у входа, любуюсь девушкой. Он прекрасно понимал, что Коул не рассказал ему и половины о ней, но ему это и не нужно. Он всё узнает и вспомнит сам. Он почувствовал, как его уши заливает жар, когда девушка оказалась рядом с ним, разглядывая его лицо. – Как твоё плечо? – он в ожидании ответа перевёл взгляд на её руку, в самом деле беспокоясь о её состоянии. Смит все также смотрела на его лицо. Она так давно не пересчитывали его веснушки. В последний раз она насчитала 47. – Я...всё хорошо, спасибо, – она невольно улыбнулась, когда снова встретилась с ним взглядом. – Ты так красива, – ему нравилось иметь с ней зрительный контакт. Никто другой так долго не задерживал на нём своего взгляда. Он чувствовал, как сжимается его сердце, когда она внимательно рассматривает каждый сантиметр его натуры. – Спасибо, – она смущённо отвела взгляд, осматривая его с ног до головы, – я рада этому. Повисла тишина. Ния чувствовала себя не в своей тарелке каждый раз, когда Джей награждал её молчанием. Но если такие случаи и случались, с ним приятно было и молчать. – Ты хорошо сегодня спал? – поинтересовалась она, покусывая внутреннюю часть щёк. Ей хотелось, чтобы он был здесь всегда, чтобы больше никогда не уходил. – Да. Наконец привык, – больше он не промолвил ни слова. Наверное, не хотел расстраивать её. Брюнетка помялась. Она ощущала пропасть, образовавшуюся между ними. И она сделает все, чтобы оказаться на его стороне. – Ты выглядишь уставшим. Очередной кошмар? Я могу выслушать, если ты можешь поделиться. Его кадык вздрогнул. Он был счастлив, что кто-то поинтересовался его самочувствием. Всем так давно было наплевать. Но теперь у него есть она. Девушка, при виде которой он ощущает себя самым счастливым человеком на земле. Девушка, которая вызывает у него столько эмоций. Девушка, деловшая из него живого человека, а не гниющую изнутри плоть, коей он ощущал себя в обществе с другими людьми. – Да, кошмар, – он запрокинул руку за голову, ощущая лёгкий тремор в пальцах. Он сделал вид, словно чешет затылок, хотя на самом деле просто пытался скрыть весь страх и боль, – в основном связанный с Расом. – С минуту он помолчал. – И с тобой. Он увидел, как ладонь её здоровой руки сжалась в кулак. Для неё это и вправду очень тяжёлая тема. – Коул рассказал мне, что...– он замолк. Ладонь девушки покоилась на его лице. Большой палец двигался по траектории щеки, «задевая» каждую веснушку и шрам. Её глаза засияли от наворачивающихся слёз. Он чувствовал себя паршиво. Его мысли переплетались между собой. Ему срочно нужно было придумать, как успокоить её и дать понять, что всё это в прошлом. Ему нужно быть рядом, и не задевать её за рану, которую он сам и нанес. Мозг подсказывал лишь одно. – Закрой, пожалуйста, глаза. Она непонимающе взглянула на него из-под наворачивающихся слез, но всё же послушалась, полностью доверяя стоящему пред ней мужчине. Он не раздумывая наклонился, поцеловав её веко. Немного отстранившись, он взглянул на губы, дурашливо дыша прямо в них, сразу после оставив поцелуй на втором веке. На её губах показалась улыбка. – Ты снова учащённо дышишь, – его переживающий взгляд переместился на её вздымающуюся грудь. Она открыла глаза, немного поникнув. – Это ерунда, я уже привыкла, – она неоднозначно пожала здоровым плечом, собираясь перевести тему. – На твоей груди все также красуется тот зелёный шрам? – девушка вздрогнула. Если он знает про это шрам... – Откуда тебе известно? – решив уточнить, она надеялась, что получит ответ, который бы позволил ей жить с неугасающей надеждой на то, что они ещё в силах вернуть ему воспоминания. – Вчера меня посетил кошмар, после которого я не мог уснуть всю ночь. Всё время своего бодрствования я думал, что бы все это могло значить. Я не совсем помню всех моментов, но запомнил точно: джинна и тебя, падающую на мои руки. Ты была одета в свадебное платье, на груди которого разместилось огромное зелёное пятно. Тогда меня осенило...– он вздохнул, сняв её ладонь со своего лица и обхватил её своей рукой, – этот джинн, кажется, его звали Надакан, – шатен почувствовал, как его ладонь в ту же секунду сжалась под напором со стороны девушки, – он хотел иметь безграничные желания, но для этого ему нужно было сыграть свадьбу. Его любовь умерла ещё давным давно, и по какой-то несчастливой случайности ты была похожа на неё. А я...я был так баснословно влюблен в тебя, что даже не чувствовал меры...я мечтал быть с тобой и при первой возможности загадал желание, что позволило бы мне чуть сблизиться с тобой, – шатену было тяжело продолжать. А ещё тяжелее ему было видеть объятый трепетом и болью взгляд девушки. – Мне стоит продолжать говорить дальше? – Это воспоминание о котором не помнит никто из ребят, кроме нас двоих, – её пальцы разжали ладонь мужчины, и теперь покоились меж его пальцами. – Если ты вспомнил его, то я обязана выслушать. – Я расскажу, но сначала задам вопрос, который меня интересует, – он вновь наклонился чуть ближе к ней, вглядываясь в её глаза. – Ты дышишь так с того самого дня на крыше после победы над Надаканом, да? Он получил утвердительный кивок, на что закрыл глаза. Если бы он узнал, во что выльется его первое желание... К его шее прижалась голова брюнетки. – Спасибо, что спас меня, – её губы коснулись его кадыка, – спасибо, что не отказался от меня после всех моих выходок. Синеглазый промолчал, наклонив голову к её, оставив поцелуй на макушке девушки. – Я люблю тебя. Брюнетка затихла, не издавая и звука. Она отстранилась, с недоверием смотря в его глаза. – Что...что ты только что сказал? – озадаченный взгляд девушки ничуть не смутил шатена. Он знал, что именно такой будет её реакция на эти слова. – Я. Люблю. Тебя. – вновь произнес он, специально делая временные промежутки между каждым словом. Её губы содрогнулись. Взгляд забегал с угла в угол комнаты, а потом резко возвращался на Уолкера. Она не верила ничему, что сейчас происходило. Дав волю эмоциям, она свалилась вниз, упав на колени. Её рыдания гулом раздавались о стены, сердце играло в этом же театре одного актера, исполняя свою симфонию. Смит почувствовала, как шатен осторожно поднимает её, пересаживая на кровать. Он опёрся на спинку, располагая девушку на своих ногах. Его рука теперь покоились на её макушке, лёгкими движениями успокаивая брюнетку. Он шептал ей все признания, о которых хотел сказать ещё на днях. – Теперь все хорошо, Ния. И я буду делать всё, что поможет тебе стать счастливой. – Просто... просто будь со мной, хорошо? – сквозь слезы произнесла она, чувствуя себя самой счастливой в этих объятиях.