Зарисовка 7

Когда Элли, Алан и Ян решили впервые за долгое время устроить взрослый вечер — с вином, разговорами не о динозаврах и воспоминаниями о временах до подгузников, — Чарли успешно отправили на ночевку к другу из садика а как оказалось, что вопрос с малышкой Элис встал остро. — Мы могли бы взять её с собой, — предложил Ян, уже представляя, как в ресторане звучит детский плач на фоне джаза. — Она только начала ползать, Ян, — вздохнула Элли. — А ты хочешь ужинать с пюре на брюках? К счастью, спасение пришло в лице Эммы Грант и Келли Кёртис-Малькольм. — Мы будем нянями! — воскликнула Келли, подмигивая подруге. — Лучшими в истории, — добавила Эмма с ухмылкой. Дом Элли опустел. Снаружи — покой и тишина. Внутри — начался хаос красоты. — Ты видела, сколько у Элли платьев? — выдохнула Келли, уже погружаясь в гардеробную. — Думаю, она могла бы одеть небольшой штат, — усмехнулась Эмма, вытаскивая пышное вечернее платье цвета граната. Через пятнадцать минут по коридору важно шагали две "топ-модели", то и дело спотыкаясь на каблуках, с развевающимися юбками, ярким макияжем и серьёзными лицами. На своём детском стульчике посреди комнаты сидела маленькая Элис, семимесячный судья моды, у которой в ручках были разноцветные кубики с цифрами. — Представляю вам лук от бренда "Грязные бутылочки", — провозгласила Келли, шагая вперёд, словно по подиуму. — А теперь коллекция "Убила все подушки в доме", — объявила Эмма, взметнув в воздухе шарф. Элис посмотрела на Келли... и подняла кубик с восьмёркой. — Ууу, достойно! — фыркнула Эмма. — А мне? Элис уронила кубик, потом подняла два. — Ну... спасибо, — Эмма покосилась на своё платье, которое действительно могло бы быть шторой. Следующим этапом была пицца. — Ты форму «К» умеешь делать из теста? — спросила Келли, с мукой на носу. — Умею, если «Е» может напоминать тропу улитки, — ответила Эмма. Буквы получились кривыми, начинка — наполовину съеденной, но энтузиазм был на уровне итальянских поваров. Для Элис они сделали специальную мини-пиццу в форме динозавра. Или белки. Или... существа, попавшего под паровой каток. — Это точно тирекс, просто он... растаял, — объясняла Эмма, ставя пиццу в духовку. — Белкозавр, — кивнула Келли, чокаясь кружкой с газировкой. Когда пицца была съедена, кухня в муке, а каблуки брошены, настал кульминационный момент — караоке. — Включай Лопер! — крикнула Келли. — Она нам как духовная мать, — согласилась Эмма. В гостиной заиграли первые ноты "Girls Just Wanna Have Fun", и девчонки, схватив кисточки для макияжа, превратились в поп-див. Келли размахивала воображаемым микрофоном, крутясь по полу в пижаме. Эмма подпрыгивала с Элис на руках, пританцовывая. Малышка тоже держала кисточку, смеялась и "подпевала", издавая восхищённые крики и хлопая ладошками. — "Oh girls, they wanna have fu-u-un!" — надрывались обе. — "Baby girls too!" — выкрикнула Эмма, целуя Элис в щёку. Песня закончилась, они свалились на диван, запыхавшись и сияя. — Мы офигенные няни, — сказала Келли, пряча зевок. — Лучшие, — кивнула Эмма. — И пусть Алан говорит, что мы слишком шумные. Это был шедевр. На ковре, уставшая от шоу, Элис уже посапывала, держа свою кисточку и прижимаясь к подушке. Когда взрослые вернулись — счастливые, но уставшие, — они застали живописную картину: Келли и Эмма спят, навалившись друг на друга, в странных платьях, рядом — крошечная Элис, с довольным лицом. По всей комнате — кубики, мука, блёстки и... пицца в форме букв. Ян оглядел всё это и прошептал: — А я говорил, что доверять им ребёнка — риск. — Но какой красивый, хаотичный риск, — улыбнулась Элли. — Идеально, — подытожил Алан, аккуратно накинув плед на спящих девушек.