Части пути

      Когда он впервые встречает Ривер Сонг, это неподходящее место и время, но так всегда с Доктором. Огромная, хищная библиотека, пленившая разумы миллионов в попытке спасти. И глаза напротив, которые знают о нем все.       Доктор не привык быть голым. Не подготовленным. Чего-то не знать — это не о нем. Силы, способные поставить его на колени, существовали в далёком прошлом и умерли вместе с его наивностью, умерли по мановению руки, которую он поднял.       Другая рука — рука, касающаяся его нежно. Проводящая по щеке прикосновением, содержащим знание, способное испугать Доктора.       Он смотрит на нее так, будто не понимает.       Вся эта история — от начала и до конца.       — Профессор Сонг! — говорит он в их следующую встречу с узнаванием, способным поразить звёзды.       Вид ее, целой, живой, зажигает в нем часть сердца, отвечающую за потери. Он знает, что будет. Он знает, что будет — он вооружен. Все равно она его обезоруживает.       — Так я стану профессором? — лукаво, флиртуя.       Доктор затыкается.       Эми впериваатся в него взглядом. Доктор хочет носиться, нервно постукивать ногой. Вместо этого он переводит тему, когда она задаёт поразительно точный вопрос.       Кто вы друг для друга.       Доктор бы хотел знать. О, Доктор бы хотел знать, как хотел когда-то познать внутренности черных дыр, ядер планет. Как он хотел постигнуть каждую часть истории с начала времён. Желание, сидевшее между двух его сердец, как полагается Таймлордам. Знать, чувствовать время, двигаться в нем, как рыба, пользуясь сущим, как дорогой.       Ривер похожа на захватывающее приключение, которое ему ещё предстоит.       Он думает об этом так — поначалу.       Он знает, что это будет трагедией.       Он изучает ее, когда она не смотрит. Она внимательна, она комментирует его взгляды. Наблюдать за ней, как за химической реакцией. Конечно, Доктор ей не доверяет. Что бы она не говорила, он встретил ее только что. Чтобы она не думала о том, кто они друг для друга, ему знать лучше. И ему же — расхлёбывать свои развешенные уши, когда она всё-таки окажется злодеем этой истории.       Невольно, он подпускает ее ближе.       Сначала — в качестве меры защиты. За ее намекающими словами, хитрыми уловками он рассматривает сердцевину тайны, из которой она состоит. Слой за слоем, пока с него не снимают пиджак. Пока они не целуются, раз, другой. Пока его руки не скользят по ее талии впервые, а глубина их увлеченного соприкосновения не заставляет его забыть обо всех звёздах, вселенных и целом мире. На мгновение, на одно целое спасительное мгновение.       — Доктор никому не принадлежит, — с горечью говорит она за пределами их первых и последних встреч.       В месте, которые отметится на их карте точкой, в которой они почти счастливы. Почти люди. Почти нормальные. В месте, где они притворятся, что у них есть будущее.       — Доктор — это космос. И я была рада быть частью этого пути. На одно мгновение, — в ее глазах блестят слезы, — Он не принадлежит мне. Никому. Это же Доктор.       Доктор сглатывает. Ему кажется, что боль поглотила его целиком. Задела каждый нерв, зажгла каждый импульс. Когда он думает о том, в какой ужасной, иллюзорной несправедливости жила Ривер, думая, что...       — Этого не может быть, — говорит она.       Доктор стоит перед ней, раскрывший себя, не зная, как объяснить лучше. Он любит ее всем своим существом. Она никогда не поверит.       Тогда он дарит ей ночь.       В его бесконечной жизни, похожей на водоворот, эти годы становятся сверкающим, драгоценным временем. Наконец вырванные из потока, они купаются друг в друге, они лениво наслаждаются. Они стараются ни о чем не думать и прежде всего — Доктор. Потому что он знает, каким следующим, окончательным и душераздирающим, будет ее путешествие.       Он целует Ривер со знанием, со всей любовью, которое его сердце способно в себя уместить. А способно оно много. Оно многое пережило и переживет. И он держит ее лицо в руках, будто баюкает.       — Ты никогда не перестанешь меня удивлять, — говорит он просто так. Не потому что она что-то сделала, не потому что они в середине схватки и она в очередной раз спасла ему жизнь.       — Ты меня балуешь, дорогой, — говорит она в шутку. А он думает: такие юные, юные глаза.       Когда он впервые встречает Ривер Сонг, это неподходящее место и время, но так всегда с Доктором.       Они бегут, бегут, будто реальность кусает за ноги — и иногда это действительно так.       Каждое ее слово, каждый взгляд на него порождают в нем новую трещину, которую он никогда не излечит.       — Кто мы. Кто мы друг для друга, скажи мне, — умоляет он, наблюдая за тем, как она приводит свой самоубийственный героизм в действие.       — Ты же... ты знаешь мое имя, это значит... значит...       — Ш-ш-ш, — перебивает она со слезами на глазах, улыбаясь так, будто здесь и сейчас — это все, что ей нужно, — Спойлеры.