проклятая роль.

Кире кажется, что где-то сверху смыкается очередной круг. ибо её снова подселяют к хранительнице. какой уже из тысячи? счёт закончился на пятой, слёгшей от внезапного нападения нечести. с уст срывается тяжёлый вздох. всё та же книга в бархатно синем переплете, тоже зеркало, недоверчивый ангел хранитель, извечные приключения. только вот девчушка иная. на удивление необычно смелая, рвущаяся в самое пекло, отчаянно пытающаяся защитить родных. перечущая мерзким тварям в лицо, тем самым оттягивая время для прихода Пожирателя. Кира считает сие похвальным. и лишь слегка опрометчиво глупым. только вот из тени не выходит, молчаливо наблюдая. Соня — как звали девушку, не походила ни на одну из своих предшественниц. вертя её имя на языке, рыжеволосая усмехалась. всё так ей подходящее. их первая встреча, происходит при не лучших обстоятельствах. артефакты украденны, хранительница вот-вот начнёт биться головой об стену, виня себя каждую минуту. Кира вынуждена придти на помощь, показав себя. девчушка напуганна. её явно страшит факт проживания ещё одной души в собственном теле. однако не смотря на это, карамельные омуты блещут заинтересованностью. заготовленная речь срывается с уст на автомате. всё как и в прошлые разы, ей не стоит зацикливать внимание на этом. теплая девичья ладонь, доверчиво ложится в её. глупое, наивное дитя. со временем приходить на подмогу стало чем-то обыденным. Кира признаёт, что всё же прониклась неким теплом к временно замешанной в игре вселенной смертной. оставленная записка после ухода из тела, говорила сама за себя. Соня росла, и приключения тоже. нынче каждый второй охотился за девушкой, желая причинить той вред. Пожиратель неуставно заточал недрожилателей в свое царство, да вот и силы того порой заканчивались. Кира приходила нереже. каждый раз уничтожая очередного духа, она ясно осознавала развязка близка. — ты ведь понимаешь, что её настигнет та же участь? — равномерно произнесла девица, обращая на пепловосого холодный взгляд. пару минут ранее, он вовсю любезничал с Майер. лик Баку скривляется, после опомрочаясь. — то-то к прошлой своей подопечной, на подмогу ты не пришла. лёгкие трещат, покрываясь слоем инея. только вот на лице Киры, не проскальзывает ни эмоции. — ты тоже. их диалог заканчивается на этом. чёткое понятие всей ситуации давит на обоих. умолкший темноглазый хочет вымолвить нечто ещё, да вот не успевает. рыжеволосая растворяется во мгле одного из ходов сие мира, словно прежде её здесь не было. Кира отстраняется. слишком уж больно даётся тот факт, что история её уже полюбившейся девшучки — подходит к концу. всё это, она проходила. сначала слишком уж частые нападки нечести, а после бесдыханное тело хранительницы. чёрт бы побрал этих старейшин, с их временным кругом. игнорировать порывы сорваться на подмогу, становится тяжелее. но, так нужно. иначе после, будет слишком больно. слишком до той степени, чтобы наплевав на обязанности уйти в пустоту. Кира не привязывается к смертным. вовсе нет. знает ведь прекрасно, что это всё лишь временно. просто Соня, та самая по нелепости попавшая в ловушку судьбы — слишком уж в душу въелась. тем самым исключением став. той, с кем впервые прощаться не хотелось. она чувствует её беспокойство, готовое выскочить сердце из груди, слышит рой навязчивых мыслей в юной голове. а после ни с чем не сравнимый липкий страх. тот, коий по позвоночнику ледяными каплями стекает, ясность ума притупляя. янтарные омуты тускнеют с осознанием, что именно происходит там. ногти с силой вгоняются в кожу ладоней. она не должна вмешиваться. это последний этап чёртого круга. она не... «Кира...» знакомым голоском, разлившимся по телу подобно тёплому воску. янтарь скрывается за алым проблеском. к дьяволу старейшин. к дьяволу устои временного круга. она не позволит ей умереть. Соня дрожит подобно осиновому листу. её руки перепачканы кровью, как и пол, стены, мебель, капельки коей виднеются на рыжих локонах, завитках маски, линии челюсти, подле платья. стоящая пред ней, была единственной откликнувшейся на крик о помощи. та, к которой было лёгкое недоверие выдернула её из лап смерти. Кира ведёт языком по треснувшей губе. силы затраченные на чудище, били по ней слабостью. корила ведь себя, что не откликнется.. намеренно избегала лучезарную девушку, и что в итоге? в роковой момент появилась она, а не Пожиратель проявляющий больше внимания к той. ожидаемо. брать подобную ответственность на себя, духу не хотелось. как и возможный гнев старейшин. но с этим всем, рыжеволосая разберётся позже. нынче её больше волновал дрожаще-всхлипывающий «комок» — Соня.. — произносить имя кареглазой, было по прежнему непривычно сложно. с предыдущими смертными, она себе такого не позволяла. однако с теми, в пекло тоже не бросалась. — всё закончилось. — к..Кира.. — Майер заикается. её замутнённый слезами взгляд, устремляется на неё. — я..я не п.. понимаю.. девица опускается рядом. на перепачканный холодный пол. почти плечом к плечу. — прости. — первое извинение, произнесённое за пройденные столетия. — я должна была рассказать раньше. всхлипы резко смолкают, пока их хозяйка недоуменно взирает на своё второе «я». — твоя роль хранительницы, проклята. тысячи аналогичных тебе коим выпала такая «удача» — её уста скривились на данном слове — оказывались мертвыми. их никто не спасал. слёзы хлынули новой волной из карамельных омутов. только вот взгляд по прежнему смотрел лишь на неё. — но..б..Баку уверял, ч..что это с..судьба, охранять поистине в.. великие артефакты.. — голос Майер дрожал, словно наровя вот-вот исчезнуть вовсе. — это его обязанность. уверять. Соня всхлипнула. несправедливость и ложь коей её кормили всё это время, вынуждала крошиться нечто внутри. она утыкается в плечо сидящей рядом, ощущая как та млеко вздрогнула. её вообщем-то и саму крупно трясёт. Кира устало выдыхает, скользя по беспорядку воокруге. не шевелится, нет. позволяет выплакаться, и плевать что ткань предплечья промокнет насквозь. — что..что теперь? — спустя некоторое время произносит девушка, отстраняясь от удобного плеча. — для начала, восстановим гостиную, приведем тебя впорядок.— ровно начинает девица, словно и не было всего. — а после, ты вправе отказаться от книги и зажить спокойную жизнь. Соня моргает. слова медленно но верно, достигают сознания. зубы впиваются в нижнюю губу. разум анализирует обе стороны, выбирая правильное решение. Кира даже не удивляется, когда девичьи пальцы сжимают её. — я не хочу оставаться без тебя. вишнёвые уста, дрогнули в подобие улыбки. — боюсь от меня, избавиться не удастся. круг разорван.