88. Мы приедем в Прибамбасск.

      Калира согласилась слетать со мной, посмотреть на город гоблинов. Всё же ни она, ни я раньше именно города не посещали. Да, была выработка, возле которой мы утюжили дракона, но между городом и рабочим лагерем вахтовиков есть определенная разница. Так что да, мне тоже любопытно посмотреть на это.       Я бы предложила дренейке лететь вместе в любом случае, пускай отвлёчется. Я видела, как она расстроилась во время тех боёв, реакции Орды на турнир Багрового кольца. Слишком уж это напоминает ей Дренор и Орду, осаду родного города, так что она ушла порталом вечером первого же дня. Что занятно, бои на корабельной арене подобное ей не напоминают.       Разумеется, я спросила, почему. Перелёт над пустыней — занятие медитативное, долгое, во время которого ничего не происходит. Отвлечься от приборов я не могу чисто физически, картинка идёт на шлем, можно и поболтать. Калира ответила:       — Организация, то, как у нас эти турниры были организованы. Ты старалась, чтобы дренеи и орки не передрались, а потому сдерживала обоих. Я знаю, что они празднуют победу потом, на своей половине жилого блока. Но в обществе подчиняются правилам.       Не без этого. Мне могло бы быть плевать, но чтобы две разных группы разумных могли состыковаться без конфликта, нужно задать некоторые рамки. В конечном итоге мой смешанный экипаж за эти годы всего несколько раз умудрился передраться и ни разу не поднимали бунт против меня, только друг против друга. И да, я подавила их с предельной жестокостью, вне зависимости от зачинщиков. Тела в переработку, выживших зачинщиков — на опыты.       — Сейчас будет проще, когда они переселили семьи на поверхность. Хотя всё равно нужно их занять. Разумные от скуки начинают делать разные глупости.       Дренейка рассмеялась с пониманием.       — Ты говорила о королевстве… Лордерон, кажется. Это их займёт.       Согласна. Лордерон, совместный проект с гоблинами должны отвлечь их. Надеюсь, этого хватит, было бы обидно, если мир Терамора с Ордой рассыплется из-за излишне наглых орков Узжога.       — Да, на время. Мне не нравится идея, что часть команды может начать шпионить на Орду, часть на Альянс. А ведь это вполне возможно. Видит рандом, от этого корабля больше проблем чем пользы.       Калира пожала плечами.       — Всегда можно высадить экипаж и сказать, что корабль мы разбили. Или его сожгли те придурки, которые стреляли по нам из орбитальной пушки. Всё равно проверить они не смогут. Наберем новых и отправимся исследовать Пустоту, если хочешь.       Тут я вздохнула.       — С каждым днём мне хочется это сделать всё сильнее. Пока оставим, но в будущем я подумаю об этом.       В остальном перелёт прошел как и положено, тихо и совершенно спокойно. Кто бы что не говорил, Калимдор — реально большое место и география тут иная, чем в Восточных. Там — много лесов. Обычные, тропические, болота. Горы и снега тоже в достатке, но в целом — не слишком жаркий климат в сочетании с лесистой местностью, комфортное место для жизни. Хотя тут возможно дело в том, что я просто привычная к подобному.       Калимдор же имеет куда более выраженные биомы. На севере — Ашенваль, крупный лесной массив ночных эльфов, Забытый город тоже лес, но уже джунгли и горы, в которых живут йети. На юге — заросший густыми джунглями кратер Ун-Горо. Остальное по большей части или степи со столовыми горами, как Мулгор, Оргриммар, или вообще пустыни, как Танарис и Силитус. Пылевые топи — место уникальное, других таких мест на Калимдоре я не знаю. Лесной биом из-за особенностей ландшафта превратившийся в колоссальных размеров тропическое болото.       Именно в пустыню Танарис мы и прилетели. И здесь я впервые ощутила, что такое ЖАРКО. Откровенно говоря, мы, поговорив с гоблинскими патрульными на пограничной заставе, решили не испытывать судьбу и лететь ночью, ибо это просто пекло. Нет, двигатели это не убьёт, но перегрев самого «леокка» вещь вполне реальная. Нет уж, к демонам, лучше в ночной прохладе полетим.       — Как вы вообще тут живёте? — уточнила дренейка у замотанного в ткань так, что только глаза торчат, гоблина.       Тот хмыкнул.       — С удовольствием. Серьёзно, доберётесь до Прибамбасска — поймёте. Но с непривычки лететь лучше всё-таки ночью. Словите тепловой удар и хана.       Так мы и поступили. Пустыня Танарис… она большая. Реально большая. Не Сахара, конечно, но мне хватит. Всем хватит. Бело-желтый песок до горизонта, полное отсутствие ветра и стремительно падающая температура. Зато звёзды и луну видно, никаких препятствий, любую цель видно очень даже далеко.        Калира, скучающая в кресле второго пилота, спросила:       — Ты говорила, что расследованием займётся кто-то ещё. А мы будем лечить дракона, так?       Кивнула.       — Да, у нас есть чем заняться. Эрану, когда соберут торговую точку отправится за Венидан. А то что-то рога слишком задержалась в отпуске. Серьёзно, её уже сколько… почти полгода никто не забирает. В общем, вернётся Вени, она и займётся расследованием. У меня есть некоторые сомнения в методе, выбранном драконами.       Нет, логика в том, чтобы вытянуть Бездну из осколка есть… Но зачем, если есть другие варианты. Например, телепортировать осколки. Или покрыть их чем-нибудь и аккуратно вытащить. Всё равно же предлагается сунуть руку в рану. Или лезвие. Подозреваю, у драконов не особенно развита хирургия, учитывая их живучесть.       Дренейка улыбнулась.       — А какая она? Венидан.       Хороший вопрос.       — Ну… она немного легкомысленная. И раздолбайка. А ещё она два раза разбила мне корабль, что рекорд, вообще-то. Я почти уверена, что если будет возможность, она умудрится пропить свою зарплату в Прибамбасске. Но… я ни о чём не жалею.       Дренейка тут же уточнила:       — И ты думаешь, что отправлять её сюда — разумно? С такими недостатчками.       Я кивнула. Глубоко так, уверенно.       — Конечно. Не думаю, что они ждут, что вечно похмельная разбойница будет тем самым шпионом. Да и если она умудрится спустить всю зарплату, придётся думать головой, — умехнулась, — на самом деле, Венидан моя подруга, но время от времени она меня очень сильно бесит. Но я уверена — она справится.       Дренейка рассмеялась.       — Друзья, они такие, согласна. У меня был знакомый…       Так, под истории из жизни мы и летели. Иногда внизу, среди песчаных дюн обнаруживались инсектоиды, скорпионы и прочая ползучая многоногая гадость, один раз — караван из десятка грузовиков. Я же обдумывала сложившуюся ситуацию.       Вся эта эпопея с королевством Штормград и его королём — вообще не мои проблемы. Справятся сами. Неизвестный гладиатор и его команда ещё неизвестно сколько будут мотаться по континенту, обретая память и цель. После чего покатаются по морю туда-обратно, чтобы в конечном итоге вернуться в Терамор и разобраться с Ониксией.       Да, логово Ониксии находится по соседству с Терамором, но пока её дети к нам не лезут, атаковать их нет причин. Конечно, когда пышущий праведным гневом король Штормграда приплывёт к нам, это изменится.       Всё это будет потом, они вполне справятся вообще без моей помощи. По сути мой основной интерес в этой истории — сирота-разбойница Валира, которая не забывает тех, кто помог ей. Бесплатно, просто потому, что могла. Да, я та ещё меркантильная сволочь, но почему бы и нет. Плюс, я понимаю, что это глупо, но мне бы хотелось таки найти друзей моего возраста, с которыми можно творить хрень. Таковых у меня, увы, нет.        В остальном справятся сами, я процесс проконтролирую, но лезть не стану.       А вот Прибамбасск… Прибамбасск — другое дело. На этот город у меня планы. Какие? Он расположен на юге континента Калимдор. На самом юге, в пустынной местности. Западнее его есть две оооччень интересных территории. Кратер Ун’Горо и Силитус. И этот крупный город хорошо подойдёт на роль логистического хаба для отправки экспедиций и их снабжения. В полусотне километров от города есть порт, и туда можно попасть на корабле из Терамора. Или по воздуху, как мы. Но зачем нам сюда попадать?       Кратер Ун’Горо, он же «Земли Богов» — испытательный полигон Титанов по созданию и работе с биологическими организмами. Различная хтоническая экспериментальная фауна разной степени шизовости — это сюда. Динозавры, племена условно разумных зверей, уникальные виды растений и ресурсов. Мне здесь ловить нечего, это не моя специализация, но место перспективное. Разве что получится найти саму лабораторию… это не срочно, хотя и неплохо бы.       Куда важнее Силитус. Совсем скоро, через пару лет, а может и раньше, шут его знает, как оно там со сроками, может вообще завтра… В общем, начнёт шевелиться Древний Бог. Это паразитический организм бездны, размером с небольшого размера гору. Эти тварюшки прибыли на планету… очень давно. Причина их интереса — личинка бога порядка — титана Азерот. По прибытии данные создания буквально пустили корни в планету, питаясь силой титана и надуваясь в лучших традициях клеща, создав из своей плоти целую цивилизацию инсектоидов.       Уничтожить данного паразита, сосущего кровь из зарождающегося титана можно… но опасно. Паразит сплёлся с титаном так качественно, что его полная аннигиляция приведёт к катаклизмам и потенциально — смерти или аномальной мутации всего на поверхности планеты из-за запредельного уровня арканы. Титаны уже пробовали уничтожить одного такого, пришлось из получившейся раны создавать Источник Вечности. А потом, когда источник рванул, один континент разорвало на четыре, а вместо источника остался огромный водоворот, который существует уже десять тысяч лет.       Сейчас древние боги количеством три запечатаны в камерах сдерживания под надзором слуг Титанов, которые оные паразиты стремятся покинуть. Одна камера где-то на дне океана, там сидит Н’Зот. Одна — в Нордсколе, в Ульдуаре, в который я хотела бы влезть. Обитающего там древнего бога — Йогг-Сарона я уже косвенно не переношу. Его застывшая кровь, саронит, идёт на доспехи армии Плети, нежити. И его мудаки-подчинённые, порабощённые слуги титанов, прожгли дырку в моём корабле. Урон не серьёзный, но возмутительный. Я вам отомщу. Потом, как время будет.       И третья камера сдерживания — в Силитусе.       Тюрьма в Силитусе давно сломана, и древний бог, обитающий там — Ктун, вместе с армией насекомых — киражей, уже один раз пытался прорваться наружу. Его слуги — низшие силитиды и высшие — киражи, являются инсектоидами. Огромные насекомые, размером от крупной собаки до крупного носорога или даже грузовика. И это не просто звери, объединённые в единый рой, они, как минимум высшие, вполне разумны. У киражей есть свои маги, менталисты, вероятно и жрецы. И да, нерубы, некроарахниды из армии нежити — их родственники.       Эти «таракашки» в своё время дали прикурить сначала троллям, а потом и ночным эльфам. Это для нас эта пустыня — жаркий ад. Для них это дом.       Но в тех войнах киражи проиграли, им не удалось сокрущить ни троллей, ни империю ночных эльфов. И даже после раскола мира «войну зыбучих песков» они проиграли.        А так как тюрьма Ктуна была разрушена, всё, что смогли сделать ночные эльфы — создать магический барьер, так называемую Стену Скарабея, заперев и древнего бога, и его армию за периметром. И да, помогали устанавливать барьер именно бронзовые драконы, так что это не просто стенка, а что-то типа временного парадокса. На несколько тысяч лет этого хватило, но скоро барьер прорвёт.       И вот сюрприз, в той зоне нет вообще никакой инфраструктуры, кроме единственной друидской крепости. Просто потому, что это горы и пустыня, там нет ни грамма воды, только пытающиеся друг друга сожрать хищники. Даже экспедиции опасаются туда лезть, разве что друиды следят за состоянием барьера. А ведь останавливать киражей, когда оно полезет, придётся силами армии, а то и нескольких. Силитус выглядит как и Танарис — пустошь. Но — минус гоблины, обеспечивающих всех водой за деньги. Это тоже нужно исправить.       Телепортация в том районе не работает, я точно знаю, уточняла — у жуков есть свои маги, так что была установлена защита. Так что только по земле или, если получится, по воздуху. И вот именно поэтому мне нужен Прибамбасск — оценить фронт работ. Я не собираюсь впрягаться в эту войну вместо Орды или Альянса, но организовать снабжение и заработать на этом? Почему бы и да. Нужно провести разведку, наладить логистику на будущее. Если инсектоидов будет много — можно построить шагающий бронепоезд. Или колёсный. Сделаю его шипастым, покрашу в красный и научу разговаривать голосом паровозика Томаса. Шутка. Или нет.       — И когда придёт время — у Стального Солнца будет решение. Которое мы продадим всем желающим.       Дренейка, до этого тихо читавшая учебник по портальной магии, удивлённо спросила:       — Ты там что, зловещие планы разрабатываешь?       Улыбнулась.       — В некотором роде. Планирую будущие завоевания.       В этот момент раздался писк системы обнаружения. Кто-то приближается, причём весьма быстро.       — А вот и наш проводник.       Хронорму появился неожиданно — прилетел. Когда следилка засекла его приближение, я заставила «леокк» зависнуть — мало ли, какой это был дракон, где-то тут, в пустыне, находятся штаб Бронзовых. Вот только найти его нереально, это место огромное, а драконы, явно не очень любят гостей и умеют маскироваться.       Убедившись, что это таки он, откинула боковой люк десантного отсека и махнула рукой:       — Ну что, пошли встречать дракона. Заодно и посмотришь, какие они.       Хронорму дренейке понравился. Леокк завис в десятке метров над поверхностью, боковой люк контейнера открылся и мы выглянули. С той стороны завис он. Калира, рассматривая ящера, восхищенно выдохнула:       — Внушает. Я понимаю, о чем ты говорила. Он красиииивый.       Действительно, рассматривая дракона в лунном свете, не восхититься им сложно. Как и не испугаться. Хотяяяя нет, всё-таки восхищаться. После Архимонда и стенки из фэлриверов одинокий дракон уже не так внушает. После всего, что было после, бояться всего-то одного дракона… Всё равно стоит. Ему по силам отправить меня, например, в прошлое. Как показывает практика, неуязвимость — понятие относительное. И обычно она значит незнание слабостей оппонента.       Например мои слабости — в меньшей степени ментальная магия, приняв Бездну это уже меньшая проблема. Демонические клинки, потому что они в силу специфики плевать хотели на мой физический барьер, как и стихийные. И нестандартные магические школы. Например, я понятия не имею, как защищаться от попыток отправить меня в прошлое. Нет, основа там арканнная, но обычный барьер не поможет вообще ничем.       Вернулась к осмотру дракона. Всё же он очень даже красив. Переливающаяся в лунном свете бронзовая чешуя, четырнадцать метров длиной, немного больше. Шесть костяных рогов — два на носу и четыре больших в задней части черепа, причем одна пара витая, как бараньи. Длинная шея, спереди на длинной шее — цепочка шипов, соединенные шкурой, как рыбий плавник. А вот на спине нету. Глаза зеленые, в обоих формах, кстати.       — Красивый, — выдохнула Калира, — так бы и любовалась.       Я кивнула, махнув Хронорму.       — Согласна, Хроми — добро пожаловать на борт. Приземляйся и полетели дальше. Мне не жалко, но мы привлекаем слишком много внимания.       Дренейка посмотрела на дракона, на «леокк» и спросила:       — Эм, а как ты приземлишься? — удивлённо уточнила дренейка, — ты немного… великоват.       Дракон гулко рассмеялся, придвинулся ближе, нависнув над кораблём, затем его скрыло песчаной дымкой. Я на голых рефлексах вытянула руку, поймав гномку и уже её втащила на борт. Калира удивилась.       — Ой, Хронорму?       — Это я, — рассмеялась та, — идём внутрь. Давилиния права, мы привлекаем внимание. Ваша машина очень громкая, вы знаете? Гул четырех ракет это даже громче, чем большинство машин гоблинов. Мне даже не пришлось стараться, чтобы найти вас, я просто летел на звук.       Рассмеялась. Но на заметку взяла, на будущее. Нужно доработать этот вопрос.       — Знаю. Но придумать реактивным двигателям систему глушения довольно трудно, знаешь ли, плетение плохо сочетается с ракетами, поток срывает струны.       Мы вернулись в кабину. Я заняла кресло пилота, гномка и дреней поделили второе, уместившись на подлокотниках. Высокая дренейка, под два метра и метр с кепкой в этой форме Хроми.       Вообще весь полёт на Хронорму наседала Калира. Она никогда ранее не встречала дракона, так что интересно ей буквально всё. Что чувствует дракон, каково это — дышать огнём. Как живут, как взаимодействуют с другими расами. Не хочется ли Хроми нас сожрать, всё же мы для нее вполне подходящая добыча. Ящер отвечал с поистине монашеским терпением.        Когда на горизонте показался Прибамбасск, мы выдохнули. Всё же пустыня, в которой вообще нет ориентиров — это неприятно.       — А как драконы ориентируются в пустыне?       Гномка пожала плечами.       — По разному. По запаху, по магическим потокам, по внутреннему компасу. Ну и я просто хорошо знаю эту пустыню. За столько столетий выучила, я живу здесь уже очень давно по вашим меркам.       Тут вспомнилась одна важная вещь.       — Слушай, Хронорму. А что ваш Аспект намудрил в Силитусе? Четвёртый вопрос, помнишь?       Хроми улыбнулась слегка виновато.       — Секрет, причём не мой, всё же барьер ставил наш Аспект. Даже если и знаю, я не могу рассказать, извини. Но тебя интересуют более… практические аспекты? — если ничего лучше не будет, сойдёт, — ну, барьер, несмотря на то, что видимая стена всего лишь высотой метров пятьдесят, гораздо выше, и создан магией времени. Потому в том районе не работает телепортация — у киражи тоже есть свои маги, и они достаточно сильны, чтобы телепортировать через барьер армии. Так что придётся, — она пальцами изобразила ноги, — идти своим ходом. Нет, по воздуху тоже можно, но в некоторых условиях можно провалиться в прошлое… возможно далеко. Это ещё один слой защиты, многие киражи умеют летать. Так что по поверхности будет безопаснее, там только пустыня.       Калира смотрит на Хроми круглыми глазами, я же прикидываю, что дальше.       — Я поняла, спасибо.       Придётся действовать аккуратно. С приколами «бермудский треугольник, одна штука», нужно действовать осторожно. И «К звёздам и Безднам» туда не отправишь. Видимо придётся строить бронепоезд…       — Кстати об этом, — неожиданно ойкнула дракон, — нужно поговорить о твоём корабле. И это не только моя позиция, но и нашей стаи. Мы смотрели во времени… это проблема, Давилиния.       Я замерла. Нет, я догадывалась, что драконам корабль может не понравиться, но всё-таки.       — А что с ним?       И Калира со мной согласна.       — Он помог нам вернуться. И мы не используем его во вред.       Дракон кивнул, и вся весёлость рассеялась. Сейчас это Хронорму, хранитель времени на работе.       — Но сейчас, когда утечёт некоторое время, точнее скоро, это станет проблемой. Сейчас о его силе не знают, это по сути летающий город, как Даларан в будущем. Но я же права в том, что он гораздо большее, так? — я кивнула.       Корабль сейчас — по сути летающая башня мага. Каражан, но с искусственным источником энергии. Всё ли это, что он может? Да вообще ни разу. Конструкция предусматривает много возможностей для модификации. Возможность установки гаусс-пушек и ракетных турелей, например. Как небольшого калибра, так и на всю длину корпуса. Я специально оставила пустоты, «главные коридоры», так сказать, где можно кататься на технике и проводить учения команда на команду.       О том, что это не просто пустые помещения, а заготовки под установку оружия, которые не потребуют переделать половину корабля, знают немногие. Он готов к модификации, нужно только найти компоненты. Ну или создать их по уже готовым чертежам, что можно сделать весьма быстро, было бы желание.       И нет, сейчас желания нет, постройка оружия потребует нереального количества материалов и золота, которое есть куда потратить. В любом случае, ящерица права.       — Верно, Хронорму. И?       Хроми вздохнула.       — Что ты знаешь о Аэгвин, Давилиния?       Я пожала плечами, продолжая пилотировать.       — Она была Хранителем Тирисфаля. Это орден магов, сосредоточенных на борьбе с мировыми угрозами, в первую очередь — демонами. Суть в том, что маги ищут ребёнка с не просто высокой, а аномально высокой пропускной способностью, после чего вливают в него огромное количество магической энергии. Ребёнок фактически лишается возможности самостоятельно копить ману, зато, за счёт колоссальных запасов и лей-линиям, становится врагом класса «анти-армия», как и мой дредноут. Просто за счёт пропускной способности. Такой стала Аэгвин. Только она не захотела отдавать свою силу, когда пришло время и сбежала. А сила досталась её сыну, Медиву.       Хроми покивала.       — И потом бегала многие годы от всех. Это то, что ждёт и тебя. Да, сейчас твой корабль известен только как летающий город. Но когда он себя покажет, все, начиная от королей и заканчивая Аспектами, зададутся вопросом: на чьей стороне выступит оружие класса анти-армия? На стороне Альянса? А может Орды? А может, учитывая твою природу, — она указала на фиолетовую кожу, — древних богов? Или же демонов?       Калира недовольно возразила:       — Дави — не демон.       Но гномка только пожала плечами.       — Нет. Но для них — да. Вам пока везло, но любой жрец Света, оказавшись рядом, ощутит дискомфорт, некую злую ауру, давление. Использовав исцеление или очищение — увидит реакцию как на нечисть и сделает выводы. А теперь вспомни свою историю. Вспомни Луносвет и пойми — как только потребуется, поднять шум будет очень легко. Ты неуправляема и слишком многие ухватятся за повод, который ты сама предложила.       Хронорму немного изменила голос и в нем зазвучали рычащие нотки.       — Никто не поверит, что оружие такого типа всегда будет стоять в стойле. Никто не поверит, что ты не будешь его использовать, не после Луносвета, который, по общему мнению, ты сожгла со всеми выжившими. Никто не поверит тебе. Особенно, если владелец такого оружия рискует потерять рассудок из-за шепота Бездны. А если не выбирать… Поговори с Аэгвин о её опыте побега от всех в роли хранителя Тирисфаля, узнаешь много интересного. Тебе не справиться с тремя стаями, включая аспекта Магии, Ордой, Альянсом, Кирин-Тором, кругом Кенария и жречеством Элуны одновременно. Резать порождение Бездны будут всем дружным коллективом, госпожа рейдбосс.       Настала тишина, нарушаемая только гулом двигателей.       — Ультиматум, значит? — спустя несколько минут спросила дренейка, — а я надеялась, что обойдется.       Хроми покачала головой и ответила уже голосом гномки.       — Нет, не ультиматум. Я не угрожаю, а озвучиваю вероятное будущее для друга стаи. Когда ваш корабль очистит Лордерон от армий нежити, о нём, о его боевой мощи узнают все. И вопрос контроля встанет ребром немедленно. С этим нужно что-то делать, ты сама это понимаешь.       Я уточнила:       — А леди Джайна?       — Она не станет противостоять. Да, она тебе верит, но в её глазах ты — ребёнок, получивший слишком большую мощь и не готовый к ней. Кирин-Тор будет давить через неё. Волшебница молода, они найдут того, кто станет для неё авторитетом. А все остальные стороны вложат своё время в процессе. Ты же знаешь, кто такой архимаг Крас, член Совета Шести?       Я задумалась, плохо помню имя.       — Кажется, красный дракон.       — Господин Кориалстраз, супруг госпожи Алекстразы, аспекта жизни. Он знает, кто подорвал Луносвет, он прибыл на место одним из первых, вы почти разминулись. Я тоже там была, несколько часов — и вы бы встретились. И он крайне зол на ту, кто надругалась над самой жизнью.       Упс… тогда у меня сил было несколько меньше, воевать с несколькими драконами… оно и сейчас будет непросто, тогда было бы совсем плохо.       — Спасибо.       Хронорму, видя, что я прониклась, кивнула.       — Пожалуйста, но я тебе этого не говорила. Так, проблемы… Чтобы этого не случилось, нужно выполнить некоторые приготовления. В частности — бездна в твоем теле. Это проблема. Нужно если не убрать, то уменьшить концентрацию.       Тут фыркнула я.       — Мне не улыбается стать паладином. И что-то мне подсказывает, если я обращусь в церковь Штормграда — ждёт меня именно это. Вероятно с новой личностью и готовностью разносить истинную веру во все уголки Азерота.       Не засмеялся никто, видимо представили, как это будет выглядеть.       — Не обязательно паладином, — заметила дракон, — есть ещё устройства Титанов. Кузница Созидания, например.       Ага, щас.       — Какова вероятность, что на выходе получится безвольный кованный на службе Одина или Локена?       — Сто процентов, — согласилась гномка, — как и в случае паладина. Если подчинишься Локену, будет даже хуже, Узник может попытаться вырваться за твой счёт. Может получиться весьма сильный слуга, хотя я не знаю, сможешь ли ты пройти Ульдуар, тьма закрывает возможность видеть.       Тут возмутилась Калира.       — Исключено. Никаких переписываний личности. Никогда!       Судя по хмыку, дракон знает это и так. По сути эти варианты были озвучены просто потому, что может.       — Тогда альтернатива. Глаз Аман’Тула, могущественный артефакт и катализатор может преобразовывать ману. С подобным устройством сделать даже из лорда Бездны арканиста — в целом возможно, если ты не сопротивляешься. Ему подвластна магия и время. Если ты попросишь.       Ага.       — А ещё он спрятан в закрытом магическим куполом Сурамаре. И у меня большие сомнения, что мне дадут им попользоваться.       — Тебе очевидно нет, — согласилась дракон, — тебя и под купол не пустят, попытаются убить или пустят на опыты. Ну или подчинят, по методу чернокнижников. Но по поручительству одного из нас… Прорваться в прошлое, когда купола ещё нет, подождать внутри, перенестись в сейчас. Я могу это сделать. Или же кто-то из старших, всё же управление подобным артефактом требует навыков.       Не может быть все так просто.       — В чем подвох?       Не может быть, что нет подвоха. Что и подтвердил дракон.       — Очевидно, перестройкой тела и маны займемся мы. Тебе придется довериться нам. Я могу гарантировать, что личность не пострадает. И нет, это не ультиматум, решать тебе. Но помни, время идет. И насчет корабля подумай, пока он будет довлеть над всеми, от тебя не отстанут. Придется действовать, иначе твоё время закончится. А я бы этого не хотел.       На этом разговор был окончен. Калира молча хмурилась, я же прикидываю варианты. Очевидно, жертвовать своей личностью я не хочу. По довольно очевидным причинам. Но и Хронорму прав, если всё оставить как есть — будет конфликт. Дредноут, да в руках порождения Бездны… Я бы и сама была резко против. Тому же Страннику я не доверяю, понятия не имею, что им движет и чего он хочет. В Бездне друзей нет, только временные союзники или слуги.       — Придётся решать…       Допустим, с дредноутом разобраться будет не сложно. Банально убрать его, чтоб глаза не мозолил. Спрятать за луной или ещё куда. После того, как сожжем Наксрамас. Сказать, что корабль не мой, что капитан — Леонарда. Или что он слишком пострадал в бою и рухнул, или вообще уничтожен. Или взорвала станция Титанов, ощутив Бездну в реакторе. И удачи вам его искать. А Лео пусть делает что хочет. Хочет просто корабль держит. Хочет — ближайшие миры облетает, в поисках проблем на свою жопу. Всё же с экипажем тоже нужно решать.       Куда больше проблем у меня. Конечно, слабое использование бездны позволяет сохранить психику в целости, во всяком случае никто не жаловался, но…       Но первый же жрец, который применит на меня любое заклинание Света, будет очень удивлён. И тут даже браслет не поможет, тьма запечатана во мне. И если она прореагирует — плохо будет тоже мне. Для любого жреца это будет «девил триггер».        Сейчас ещё не настал момент, когда чернокнижников, потом рыцарей смерти, некромантов, потом охотников на демонов и наконец эльфов Бездны приняли в общество. Доминирующая вера — Свет. Воины элементной магии — паладины и собственно маги. Бездна, некромантия, Скверна — магия демонов и зла. А зло нужно очищать и выжигать, без вариантов.       В королевство Штормград мне лучше не соваться, да. Я могу быть сильной, но не думаю, что в одно лицо выдержу весь Кирин-Тор с архимагами или драконьи стаи с их Аспектами. Но всё равно, спарринг с Аэгвин нужно устроить. И расспросить, по совету Хроми. Дракон верно говорит, эта волшебница явно знает об этом многое.       Если бы удалось уменьшить концентрацию Бездны в организме. Ведь реактор… Реактора. Придумала.       — Есть идея.       Обе девушки отвлеклись от обсуждения чего-то своего.       — Что ты придумала? — уточнила дренейка.       — Адаптировать технологию корабельного реактора. Свет и Бездна при правильном смешивании в правильной камере реакции дают на выходе аркану. Таким образом можно, спровоцировав реакцию, перегнать часть энергии в другую форму. Потребуется машина, но я думаю, что смогу её собрать. Основные принципы знаю.       Хронорму недоверчиво заметила:       — Тебя сожжет реакцией. Тело не выдержит нагрузок и произойдёт что-то вроде «изгнания». И это в лучшем случае. В худшем — безумие или самосожжение из-за перегрузок.       Я кивнула.       — Если делать всё внутри тела — да. Но это не обязательно. Реактор по сути состоит из шести важных элементов. Два источника энергии, для Света и Бездны, в качестве одного из них выступит моё тело. Две фокусировочные трубы, чтобы обеспечить нужную плотность луча. Камера реакции, самый сложный элемент всей конструкции, так как он должен не только выдержать нагрузку, но и управлять реакцией для достижения нужного результата. И контрольный пилон, задача которого — быть предохранителем и контролировать процесс. Всё, кроме камеры реакции, я смогу сделать за неделю. С ней придётся повозиться…       Обе девушки поняли правильно.       — И ты привяжешь себя именно к камере реакции, чтобы собирать получаемую аркану без потерь. И потребуются шипы конденсаторов, чтобы точно потерь не было. Да, думаю, мы можем сделать это.       Дракон вздохнул.       — Ладно, думаю это может сработать, твоё время ещё не заканчивается. Нет, это звучит как чистое безумие, но может сработать. У кого-то вроде тебя.       Я тоже почти уверена, что сработает.       — И раз мы рядом с городом гоблинов, часть оборудования сможем купить здесь.       Хронорму посмотрел на меня скептически.       — Уверена? Это же гоблины, а гоблины — это диагноз.       Я улыбнулась.       — Именно. Продукт экспериментов кованого титанами, хранителя Мимирона, взявшего диких зверей и накормивших их найденным им веществом — каджамитом. Это крайне повысило их интеллект, превратив в живые вычислительные машины, но без новых доз каджамита их память не способна обработать всю полученную информацию. Благодаря этому механизмы гоблинов часто неполноценны, из-за того, что они забывают части конструкции. Ну и они их делают из всякого мусора, часто без соблюдения норм производства.       Дренейка поняла мою мысль.       — Значит, их проекты можно использовать, они действенны. Просто им требуется доводка. Разобрать, изучить, собрать из нормальных материалов, исправив ошибки. Как в плане материалов, так и в том, чтобы обнаружить то, что гоблин «забыл».       — Верно.       Я же задумалась о том, чтобы взять гоблинские головы, с десяток. Запитать их мозги питательной жидностью, например в колбах. Состав поможет и с охлаждением. Напитать их каджамитом. Долговременная память не нужна, вместо неё на каждой колбе будет две рунические цепочки, соединяющие головы в общую сеть. Очевидно, на Бездне, нам потребуется ментальная магия.       Первая — соединяющая головы в систему. Так они смогут коллективно обдумывать один проект. Вторая — для считывания информации, чтобы гоблин не успел ничего забыть. Головы будут дублировать друг друга, что повысит надёжность всей системы. Отдельно можно использовать несколько големов, управляемых головами с более высокой концентрацией каджамита — это позволит гоблинам строить машины, выполняя всё в точности и ничего не забывая. Или же даже проектировать заклинания, требующие ментальный элемент, такие как Бездна.       Назовём это проект «О-сознание». Общее сознание, да. Ладно, сейчас я пилотирую, потом запишу. Нужно обдумать этот вопрос.       — В общем, проект реализуемый.       — Мы подлетаем, кстати, — заметила дренейка.       Всматриваюсь в город впереди. Кроме шуток, но это первый действительно крупный и живой город. Стромгард был большим, но он полупустой. Здесь же окруженный стеной из песчанника мегаполис. Первое впечатление — Вегас, из одного из фолаутов. То есть пустыня, по которой проложены дороги, вдоль которых имеется несколько небольших поселений и аванпостов. В центре этой паутины дорог и песчаного моря — окруженный стеной город. Его жилая часть сейчас спит, и света почти не излучает. На примерно треть города светится, причем не только светом из окон, но и натуральными прожекторами, бьющими в небо.        А когда мы подлетели, стало понятно, что вокруг зданий присутствует много разумных. Город не спит.       — Спускайся туда, — Хроми указала на площадку у ворот, снаружи стены. Видимо, для разговора с охраной.       Едва открылся люк и мы ступили на песок пустыни, в нос ударила сухость. Не, не так. Нереально сухой воздух. Рядом вздрогнула Калира.       — Холодно… здесь же днём была невыносимая жара. Почему так холодно?       Ответила я:       — Здесь нет влаги, нечему удерживать тепло. Потому всё вокруг быстро нагревается, но и быстро остывает. Очень быстро.       Дренейка ещё раз вздрогнула, скрываясь внутри челнока, ища плащ и бурча:       — Нет воды, еды, только песок и насекомые, желающие тебя сожрать. Ночью невероятно холодно. Зачем вообще гоблины построили здесь город? Зачем вообще кому-то жить здесь?       Подошедший охранник гоблин, замотанный, как настоящий моджахед, рассмеялся.       — Дешевая земля, естественная защита — никто не рискнет пытаться здесь выжить. Ну и огромные месторождения металлов под песком. И не только металлов, многих химических элементов. А жара — небольшая решаемая проблема, — повернувшись ко мне, гоблин спросил, — вы главная? Цель визита, на сколько будете арендовать площадку?       Пожала плечами.       — Пока на сутки, а там посмотрим. Пока не знаю, насколько здесь задержусь.       У стены города расположились гаражи для техники и конюшни. Как мы выяснили, внутрь транспорт или грузы завести можно, но проезд стоит денег. Причем, что дешевле: нанять гоблинов или везти самому — вопрос отдельный, чиновники дерут дорого. Учту на будущее, сейчас нам это не нужно.       Отдельно заинтересовала цепочка гаражей немного в стороне. Они отдельно огорожены, подсвечены прожекторами, и поверх ангаров навешены гаечные ключи и детали машин. Явно не обычные гаражи, скорее мастерские. решила уточнить:       — А там что?       Охранник бросил взгляд в указанную сторону.       — Ха! Гонщики великой пустынной бойни! — произнёс гоблин, выделяя каждое слово, — эти гонки проводятся среди торговцев и тех, кто доставляет товары через пустыню. Гонка требует объехать все поселения гоблинов по периметру пустыни Танарис. Самые быстрые, самые дерзкие и живучие получат больше всего заказов. Проводится каждый год, от желающих отбоя нет. Выживает в среднем половина участников. Кого сжирают, кто просто глохнет, по разному.       Я тут же уточнила.       — А если я хочу поучаствовать?       Гоблин всё понял. А вот дренейка и дракон переглянулись.       — Хотите войти на рынок? Попробуйте, это не запрещено. Если сумеете выжить в пустыне, конечно же. Это — главное условие, торговец должен отбиться от опасностей пустыни и конкурентов, чтобы довезти товар вовремя. Сам, без посторонней помощи.       Я кивнула дренейке, мол, попробуем. Та нахмурилась, но промолчала. Не стоит спорить при тех, кто может продать эту информацию. Потом обсудим.       Мы же прошли через ворота в ночной Прибамбасск. Не могу не заметить — город отличается от всего ранее виденного в сторону… хаоса. «Я тебя слепила из того, что было». Это не теория, это практика. Часть построек — округлые дома из песчаника. Часть — типично гоблинские постройки из неровных сваренных металлических пластин и древесины. Надо полагать более новые дома. Ну а вдали, освещенные прожекторами, расположены совсем уж монументальные здания, но они уже похожи на бетонные. По количеству неона и прожекторов, можно сделать вывод, что самое дорогое жильё и заведения расположены там. Ну и штаб картеля, конечно же. Кроме денег гоблины обожают понты.       Я же задумалась о том, как буду прокладывать логистику. Тут два варианта: или строить свой пост, но его наверняка попытаются отбить гоблины, или использовать местные, но придётся договариваться с чиновниками, которые точно попытаются сесть на шею и содрать втридорога. Это же гоблины.       — Снаружи маловато складов, чтобы прокладывать линии снабжения в Силитус.       Гномка пожала плечами.       — Порт в помощь. Да, лишние полсотни километров, но придется платить меньшему числу чиновников.       Дренейка не поняла:       — В плане платить?       — В прямом смысле. Твоя подруга не просто так хочет запустить свою торговую компанию. Свой транспорт, с него грузы сгружаются на свои конвои и через кратер Ун-Горо идут в Силитус. Если пользоваться маршрутами гоблинов… Чиновники порта и города — это разные чиновники. Платить пришлось бы всем. Или, если построите свой порт, отбиваться от постоянных атак наёмников.       Я фыркнула.       — Вот уж не думала, что драконы разбираются в гоблинских финансах.       Мы остановились на перекрестке, пока дракон осматривается. Мимо проезжают самые настоящие машины. И да, они словно специально стараются, чтобы мотор ревел как можно громче, от личных машин грохот стоит неимоверный. А вот грузовики тихие.       Несмотря на поздний час, трафик присутствует. И да, кроме машин есть и кодо, и некоторая другая живность, но мало. Видно, что город живёт даже ночью. На той стороне улицы идёт явно банда. А в переулке орк договаривается с фигурой в балахоне. Даже не хочу знать, о чём.       — Так это ближайший к нам крупный город, — рассмеялась Хроми, — приходится привыкать, иначе оберут. Так, нам туда, к складу Пять-С.       Склады оказались не совсем складами, скорее рядами больших сдаваемых в аренду помещений, а уже хозяева используют их на своё усмотрение. Например как гаражи, мастерские. И да, дирижабли стыкуются к двум башням в черте города у края складского района. Нюанс в том, что парковочных мест всего четыре. Разумеется, за доступ к ним полагается платить. За любое действие приходится, гоблины дерут деньги при каждой возможности.       Хронорму провела нас в один из монументальных, хорошо звукоизолированных ангаров, явно повышенной надёжности и звукоизоляции. Большие ворота, в которые может пройти и грузовик и маленькая дверь, в которую мы и вошли. Внутри светло, и едва дверь открылась, раздалось хриплое ворчание.       — Вот, Ридорму. Мой раненый брат.       Брат занял собой большую часть помещения. Ничуть не меньше Хронорму в драконьей форме, ящер тяжело дышал, лёжа и расправив крылья. Видимые травмы не выглядят опасными, но едва приблизившись я услышала шёпотки. Словно кто-то шевелится, ползает. Присутствует.       — Да, я чувствую это. В теле что-то, связанное с Бездной. Фонит так, что я просто стоя рядом ощущаю это присутствие.       Дракон медленно повернул голову, выглядит он вяло. Бронзовая чешуя частично потускнела, став бордово-синей. Не кидается, и то спасибо. Он прохрипел:       — Ты. привела. Её?       Но я не слушала. Пусть Хронорму успокаивает коллегу, мне же нужно решить, что делать с осколками. Очевидно, они внутри тела. Очевидно, если бы их было просто вырезать — их бы вырезали. Так? Так. Хронорму предлагает найти осколок, просунуть туда лезвие когтя и вытянуть Бездну. Но если попробовать иначе?       — А что мешает прорезать путь до осколка и аккуратно его вытянуть?       Дракон пояснила:       — Раня, осколок напитывается кровью дракона и заражает Ридорму тьмой. Его состояние резко ухудшилось, когда он обратился в дракона и осколки сместились через его тело, прорезая его и оставляя тяжелые резаные раны. Обычный металл не причинил бы столько вреда, но эти… Раны не заживают. Он держится только на драконьей живучести.       Ага, значит, нужен щуп и покрыть осколок чем-то, что защитит тело ящера. Никогда не лечила драконов. Хмммм. Подошла, наложив на себя магическое зрение, стараясь почувствовать осколки. Хмммм. Кажется… Да, нашла. Я смогу его вытащить. Картинка сместилась, показывая, как дракон вздрагивает, тогда длинный тонкий щуп вытягивает из тела что-то, горящее как маленькая чёрная дырочка. Вздрагивает, но не атакует. И выдыхает после каждого осколка.       Да, я могу сделать это.       — Сейчас вернусь. Думаю, мы сможем решить проблему окончательно. Схожу в соседнюю мастерскую, поищу тонких трубок и тросов. И шарниров. А ещё потребуется миниатюрный манипулятор.       Дракон нахмурилась.       — Что ты придумала?       — Длинный тонкий щуп. Благодаря тросам и гидравлике просунем в рану, аккуратно покроем смазывающим веществом осколок и вытащим. Или, если осколок небольшой, затянем в трубку. Просто и не нужно жрать бездну без веского повода. Только пройдусь по мастерским за дета… Кх…       Я открыла двери ангара и ощутив вспышку в животе боли повернулась, глядя вниз. Из живота торчит светящаяся ярко-зеленым глефа. Которую держит эльф с повязкой на глазах и в чёрном плаще, под плащом видно зелёное свечение татуировок. Кажется, мы уже встречались. Хорошо, что удар прошёл неглубоко, эти глефы не очень хороши в колющих ударах, куда лучше подходят для резаных ран. Которых нужно нанести много, причиняя жертве неописуемую боль от Скверны. Садисты недорезанные.       Ледяная волна ударила, но поганец выдрал свое оружие из раны и ушел обратным сальто, приземлившись уже на лёд. Тело начала наполнять легкость от поступающей в кровь алхимии. Быстро не умру. Хорошо, что вы выбрали такое странное оружие.       — Ложись! — Команду выполнила на голых рефлексах, после Хиджала иначе никак. Над головой прошла волна жара, и я захрипела, вдохнув горячий пар от мгновенно испарившегося льда. Набросила стихийный щит, стало легче. Зато охотник на демонов осыпался кучкой костей и пепла.       — Спасибо, — в том, что это был драконий выдох, сомнений нет. Только эти ящерицы добавляют в огонь свой магический элемент. Красные могут натурально стерилизовать поверхность, причем нанося минимальный сопутствующий ущерб живым посторонним. Синие — буквально выдыхают поток маны, который могут трансформировать по собственному желанию. Бронзовый не знаю, но вероятно какой-то хроноэффект.       — Осторожно! — раздался крик Хроми.       Я же на голых рефлексах блокировала «контактной парой» направленное в живот лезвие, тихо ругаясь — скверна мешает алхимии, отравляет рану. И столь резкие движения причиняют боль. Точно садисты, те же рыцари Смерти используют нормальное оружие, а не пыточные инструменты.       Мы встретились с горящим ярко зеленым взглядом. Сладкий-сладкий-сладкий демон. Такой питательный. Давай его сьедим! Ты знаешь, что это полезно. И вкусно. Ты станешь сильнее, гораздо сильнее!       — Уничтожу! — прорычал демонхантер.       Неожиданно охотник сместился в сторону и в меня влетело живое пушечное ядро. Ростом три метра, с крыльями, когтями, рогами и копытами. Черное тело, пара клинков и горящие зеленым глаза. Иллидан? Нет, всего лишь метаморфоза, внутренний демон охотника, частичное слияние эльфа и твари, заключенной в нём. И одна из базовых способностей этой твари — буквально выстрел собой в сторону противника. Сейчас он скорее демон, чем эльф. Демонхост.       — Сильная, но лёгкая, — остановить не получилось, только на скорую руку создать барьер, в которой враг и впечатался.        От удара меня бросило через весь склад, прямо на раненого дракона. Сам же враг отлетел за пределы склада от удара призрачных когтей из желтоватого песка. Не сдох, увернулся от пары ледяных копий, разбил ударами клинков следующие, одно парировал… Но он здесь не один. На склад ворвались еще трое.       — Убить ведьму! Пусть сдохнет в мучениях!       Паразиты рассредоточились, совершая многометровые прыжки и двигаясь с аномальной ловкостью. Одного пытается прогнать Калира, второго призрачными ударами песчаных когтей — Хроми.       Проблем две. Первая — демонические клинки. Эту дрянь полностью не блокирует мана-щит, урон не физический. И не огненный, так что чисто стихийный щит тоже малоэффективен. А значит мой обычный стиль боя, через танкование щитами, здесь вообще не подходит, нужно не попадаться под удары.        И вторая проблема — паразиты слишком ловкие. Демонхантер изогнулся, аки Нео, пропуская над собой снаряды, а затем уперся рукой в пол, подбросил себя и крутанувшись вокруг оси, пропустил залп под собой, закрывшись от части попаданий крыльями. Затем совершил рывок вперед, клинки загорелись зеленым. Пришлось отгонять его магическим импульсом, чтобы не получить резаную рану на животе. ДХ взмахнул крыльями, отбрасывая себя назад, сложил их, отчего ледяные копья пролетели выше, как и арканная стрела, ударившаяся в пол позади бывшего эльфа, перекат, и вот он снова в ближнем бою. Блинк! От стрел тьмы он прикрылся крылом. Прожгло дырку, но он снова приближается!       Да такую аномальную ловкость даже Эрану не показывала! Там словно скелета вообще нет. Придется арканой, пусть она и требует концентрации. Голоса меня вполне поддерживают, дружно скандируя:       Давай, порви его. Порви этого выскочку, этого слабака! Сожрём его душу!       Арканные стрелы врага обрадовали, найдя свою цель. Не все, быстро двигающийся иллидари заставил часть снарядов кристаллизовать крышу склада. Раздался рёв — больной дракон пришиб одного из нападавших лапой и тот перед смертью вонзил в ящера клинки.       Второй иллидари замер во временной аномалии, и появиашийся за спиной Хроми силуэт дракона замер в замахе, явно ожидая, пока враг отвиснет.       Калира? Я блинком оттолкнула дренейку с линии удара, принимая замах на когти, второй рукой отправляя заряженный бездной удар в печень. Дх захрипел и отшатнулся:       — НЕНАВИЖУ! Я заставлю тебя страдать, как ты застравила страдать наших братьев и сестёр, тварь! Я подчиню тебя, демон, сделаю своей цепной собакой и ты будешь молить о плетях…       Монолог этого парня меня отвлёк, нужно же приготовить ледяную глыбу, чтобы наверняка.       Не успела. Ещё один вошедший в метаморфозу живой таран буквально на горящей зеленым пламенем ректальной ракете летит, выставив клинки. Почти успела уклониться. Почти. Нас отбросило на дракона. Меня, мои ноги и демонхантера.       Дх самонасадился грудью на «контактную пару» и мгновением позже лишился головы от удара дракона. Остался один. Чародейская вспышка отбросила убитого и его живого собрата. Я даже не сразу поняла в чем проблема, почему не могу встать. А потом посмотрела вниз. И пришла боль. Неописуемая боль, чувство того, что ноги должны быть, что там должны быть конечности. Но их нет.       На мгновение контроль ослаб, и разум затопили видения смерти. Охотник на демонов не спешил. Отрезал конечность за конечностью, оставлял раны, заставлял кровь кипеть. Пытал. Я в ярости отбросила видения, вспомнила ухмыляющуюся рожу того урода, ощутила слабость от потери крови.       — Я уничтожу вас.       Мысленным приказом отключила браслет. И выпустила бездну. Мир резко стал абсолютно понятен. Враг невероятно предсказуем, ведь каждая точка движения создает путь, каждая цепочка создает красную зону. Шаг первый — выживание. Конечности заволокло тьмой, из которой вытянулись щупальца. В обе стороны, чтобы заблокировать рану. Короткое жжение, холод решил проблему. Потом это будет проблемой. Сейчас — не важно.       Я выбросила щупальца вперед, от которых враг ожидаемо уклонился. Ледяные шипы. Не атака, блокировать вход. Кристаллы перекрыли двери на манер зубастой пасти. Шипы засветились фиолетовым, отливая Бездной. Не прорвёшься. Враг не атакует, против нас он не выстоит. Трус! Сражайся и сдохни!       Я ощутила предвкушение. С каждой секундой вектора, вероятные пути сжимались, всё меньше вариантов действий, всё ближе закономерный финал. Смазанная картинка стала чётче, ему некуда бежать. Негде спрятаться. Теперь ты — моя жертва! Твоя смерть предсказана, осталось отрезать нить.       Арканные стрелы и сферы тьмы. Демонхантер не смог уклониться от всего. Он слабеет. Скоро!       Неожиданно ледяная приграда взорвалась белой вспышкой. Враг? Нет, драконье пламя. Враг осыпался останками. Ворота — ржавой пылью. Мы злы! Мы обернулись и осознали\восприняли\ощутили\проявили:       — Мы могли допросить пожрать его!       Хронорму язвительно уточнил:       — Так допросить или сожрать? Определись.       Я замерла, вырастив на щупальце глаз и обозревая пространство. Хроми в норме. Калира ранена, несколько глубоких порезов, в руках алхимия, жить будет. Раненый дракон пытается выковырять светящиеся зеленым глефы из лапы.       Склад частично разрушен. Стены покрыты выбоинами, частично окислились от энергии бездны. Стена с воротами буквально рассыпалась от старости до состояния ржавых хлопьев металла. Снаружи собираются рабочие и охрана. Нападавшие мертвы. Выживших нет.       Я… Отдельно лежат ноги, из них вытекает кровь. И щупальца. Я… Покрытый энергией гуманоидный силуэт с горящими ярко-фиолетовым глазами, в руках которого две фиолетовые сферы, по телу скачут молнии. Из стены и ног растут щупальца. С одного из них смотрит глаз. Я. Не мы, я. Вздох превратился в скрип.       — Я себя контролирую, — подумав, добавила, — пока придется так. Ноги.       Дракон кивнула. Дренейка уточнила:       — Мы же склад разнесли. И тьма…       — Мелочи, — прохрипел раненый дракон, — просто оплатим ущерб. Обычная разборка ночью на складе. Тут есть строители, для которых штукатурить дырки от пуль источник постоянного заработка, наймём нескольких. Лечение важнее. И мне, и твоей подруге нужно лечение.       Лечение. Да, лучше в моем нынешнем виде дракона не трогать.       — Купим в мастерских металлические трубки, тросы, трубки резиновые, длиной метров тридцать, шарниры и манипуляторы для тонкой работы. Маленькие, да, да, для тонкой работы. Еще мне понадобится новый склад, трубы метрового диаметра, биологическая капсула, провода, питательная жидкость, парочка големов…       Возвращаться в Терамор в таком виде нельзя, лечение Светом не поможет, свет сожжет нас! А значит, будем работать на месте. Часть куплю здесь, часть привезем через Леонарду. У меня есть план, просто нужно кое-что построить, и раздавить ничтожеств, что помешают нам.       — Мы пришьем тебе новые ножки. И опять побежишь по дорожке… А может механические сделать? Плоть слаба и все такое. Скажется на магическом потенциале. Или нет… Хммм.       А может руки? Металлические. Четыре…       — Генерал Кеноби, кхе-кхе.       Так, возьми себя в руки. Я должна взять себя в руки. У меня есть план, как всё исправить. Да. Но насчёт киборгизации нужно подумать.