Тᴏᴛ ᴄᴀʍый ʙᴇчᴇᴩ.

Avez-vous vu la tendre rose. L`aimable fille d`un beau jour, Quand au printemps a` peine eclose, Elle est I`image de L`amour? Знаете ли вы про такую вещь как... Любовь? Очень часто её путают с симпатией или интересом. Многие путают эти три интересных чувства. Но Пушкин точно не перепутал... *** Стоял тёплый летний вечер. Бал, прекрасные дамы и вино из Франции. Могло ли быть что-то лучше? Для Пушкина — определённо... Он. Карие глаза, тёмные волосы, переходящие в каре до плеч... А как же его удивительные произведения? Он часто брал советы и помощь у Александра Сергеевича, хоть и смущался. Как его звали? Для обычных лиц — Николай Васильевич, для близких собеседников и товарищей — Николай, для матери в детстве — Коленька. Но в сердце Пушкина он был Никоша. Ника, Никоша, Коленька... Кто угодно, лишь бы это был Гоголь. Но Александр знал. Знал, что Никоша не желал романтики и интима с женщинами, а уж тем более с мужчинами... Но был ли Саша слеп любовью и некой одержимостью? Возможно. В пьяном бреду на посиделках или балах могли произойти лёгкие домогательства, флирт, нежеланные прикосновения... Один раз, после интересного сноведения, Пушкин даже смотреть на Гоголя без особого блеска в глазах. Нет, это не было что-то вроде сексуального желания, а любовь и нежность. К такому милому существу как Никоша надо иметь особый подход.. Но всегда ли это может подбодрить писателя? Нет. Никоша часто смущался Пушкина, извинялся и чувствовал себя неловко при очередной шутке... Кружась в танцах, молодые люди поднимали своих дам, мягко и мимолетно целуя их в уста, а потом опять повторяли те движения вальса. А Пушкин? Он стоял в стороне, попивая шампанское из бокала. Сегодня был не его вечер... Никоша не пришел на этот бал. Обычно, Гоголь вовремя или заранее приходил, но сегодня... Его не было. Может из-за письма на французском? Александр Сергеевич, почти что впервые пишет приглашение на иностранном языке. Было ли это причиной? Испуган или смущен был Никоша? Возможно. От этих мыслей бокал чуть-ли не треснул под напором пальцев у основания. — Александр Сергеевич..! — послышался тот самый родной голос... Никоша! — Прошу прощения, я собирал черновики для вас.. Гоголь стоял в стороне от Пушкина, держа в тонких и бледных пальцах папку с торчащими краями листов. Как же Александр любил эти пальцы и руки... Да и самого Никошу. — Никош.. — Пушкин только хотел продолжить, но резко осекся, сразу исправляясь. — Николай Васильевич, я уж испугался, что вы оставите меня здесь! Александр повел своего собеседника в комнаты, отделенные от бала. Молодые пары оставались в таких приватных комнатах для.. Сами знаете чего. И Пушкин с Гоголем знали. — Александр Сергеевич, правда ли, что вы знаете французский? — поинтересовался Никоша, садясь в кресло у камина. Пушкин сразу все организовал для приятеля: вино в бокале, огонь в камине, приятная атмосфера... И вкусный парфюм поэта, который, наверно, был дорогим. Этот запах всегда манил дам. И не только их... Гоголя тоже. — Недавно начал. Как вам мое приглашение? — сразу же задал вопрос Пушкин, который, почему то сразу же засмущал писателя... Молчание. Тот самый момент, когда вы молчите и не знаете, что сказать друг другу... Думал ли Пушкин, когда Никоша засмущался и замолчал, что сделал что-то не так? Да. — ..Вы можете его на русском прочитать? — первым прервал тишину смущенный Гоголь. Этот вопрос был для него... Не самым лучшим. Лишь из-за того, что перевод мог напугать или сильно смутить Никошу... Причем сильно. — Оно у вас собой? Я уже не помню, что писал там.. Память подводит, сами понимаете. — довольно ловко выкрутился Александр. Наверно, даже он сам этих слов от себя не ожидал.. Никоша лишь покачал головой, а щеки успокоились от того неожиданного смущения... Взяв бокал в тонкие пальцы, Гоголь увидел на столе вторую бутылку вина. — К чему второе? — спросил Никоша, так как не являлся фанатом алкоголя. Он выпивал, но очень редко, даже по праздникам. — Вы же знаете, я не пью слишком много.. — Прошу прощения. Я думал, сегодня наша беседа будет долгой и.. — Хорошо, можете дальше не говорить. — резко перебил Гоголь, что было для него несвойственно.. Обычно, Никоша молча слушал, но не сейчас. — Я выпью с вами немного больше. Для Пушкина было удивлением... Николай и выпить "немного больше"? Да невозможно! Или он все понял? — Кол.. - Александр даже хотел назвать его ласково, забывшись от удивления, но резко исправился. — Николай Васильевич, вы сегодня удивляете! Опоздали, согласились выпить... Что же дальше? — А чего вы желаете? - опять же необычная и несвойственная для Никоши шутка... Но кто же знал, что для Пушкина в будущем это будет толчком? Отпив из своего бокала пару глотков сладкого шампанского, поэт еле заметно облизнулся. То ли от капельках жидкости на устах, то ли от такой шутки Никоши... Даже сам поэт еще не понял. — Кхм... Предлагаю перейти к делу. Вы взяли свои черновики? — спросил Пушкин, залпом выпивая остатки шампанского из бокала. Та шутка Никоши была... Необычна для Александра. Подтекст в ней был, а вроде не было. — Да, конечно. Надеюсь, вам понравится. — мягко улыбнувшись, Гоголь открыл папку, доставая лист с заголовком сверху. Передав черновик Пушкину, Никоша сел удобнее, закинув ногу на ногу и взял бокал. Карие глаза писателя осматривали помещение, в котором он впервые. Пушкин уже новое место для их посиделок нашел? — Комедия? Звучит многообещающе.. — вслух размышлял Александр, читая первые строки черновых записей. Каждое слово, строчка или страница вызывали новые эмоции. Удивление, смех или ожидание раскрытия сюжета... В конце прочтения на губах была яркая улыбка, которая была выразительнее, чем до этого. — Это чудесно, продолжайте. Очень жду, когда принесете мне продолжение. — Пушкин взял свой бокал, приподняв в воздухе. Что-то вроде "выпьем за ваше произведение!" — Спасибо. — улыбнулся Никоша, в ответ делая жест бокалом. Вино Шампанское было сладкое, приятное на вкус. Для Гоголя так точно... Ведь сладкого любитель. А Пушкин? Пушкин так и сидел напротив своего собеседника, то и дело смотря на него. Красивые карие глаза, чуть-чуть пухлые розовые губы, открытые ключицы из-за упавшего ворота манжеты... Всё это было так очаровательно для Александра. Вроде близкий друг, но и любовь, вызывающая теплые и сумашедшие чувства... Мог ли Александр дальше так жить? Определенно нет. Все эти надежды и чувства были так притягательны, но так болезненно давили на сердце... Но и признаться Пушкин не мог. Что Никоша подумает? Что его друг какой-то сумашедший и зависимый придурок и.. А почему придурок? Даже Пушкин не знает, почему так думает... *** Telle a nos yeux? plus belle encore, Parut Eudoxie aujourd`hui; Plus d`un printemps la vit eclore, Charmante et jeune comme lui. Поздняя и темная ночь, комканные простыни, вздохи и полустоны... Что же могло уже произойти этой ночью? Всего лишь две бутылки алкоголя, приятная компания с Никошей и легкий флирт... Даже глупых шуток и касаний в пьянстве не было! Почти. — Александр Сергеевич.. Саша.. — Николай скулил, рвано и тихо дышал в шею Александра или просто постанывал имя Пушкина. Пальцами Гоголь зарывался в кудрявые волосы. Пока поэт делал движения, писатель мог только отдаться и получать безумное и сладкое удовольствие. Ноги Гоголя обхватили талию и таз Пушкина, а одна из ладоней лежала на простыни, пальцами сжимая и комкая ткань, держась от быстрых и настойчивых толчков... Но жаль, что это всего лишь фантазии. Пушкин лежал в своей кровати. Верхние пуговицы рубашки растегнуты, верхняя одежда вообще на стуле брошена... Брюки растегнуты, а пальцы ласкали уже вставшую плоть, плавно, но быстро передвигая ладонь. Из уст выходили тихие вздохи и полустоны, среди которых проскакивали тихие слова. — Мх.. Никоша.. — очередное представление своего друга в голове. В голове был образ полуобнаженного писателя, а если точнее — секс. Вроде тихий и смущенный, но в то же время притягательный... — Коленька... Никоша всегда был разный в представлениях Пушкина. То смущенный, то развратный.. Или вообще все сразу? Даже сам Александр путался, забываясь в этом безумном наслаждении. Этот писатель его уже свел с ума... Рука тем временем уже взяла более быстрым темп. Орган стал потихоньку пульсировать, а пальцы дрожать, что говорило о ближайшем оргазме. *** Mais, helas! Les vents, les tempetes, Ces fougueux enfants de I`hiver, Bientot vont gronder sur nos tetes, Enchainer I`eau, la terre et l`air. — Николай Васильевич, вам тут.. — сказал слуга, заходя в комнату Гоголя. Сам Никоша писал очередной черновик произведения, чтобы порадовать своего дорогого приятеля Пушкина... — А..? Да, сейчас. — Николай взял письмо, на котором была уже привычная печать Александра Сергеевича... Опять на французском. Когда слуга покинул спальню, Никоша достал с книжной полки французский словарь... Да-да, Гоголь специально стал изучать этот язык, чтобы наконец-то узнать, что пишет Пушкин... С помощью словаря, писатель переписывал перевод каждого слова на листок, чтобы прочитать уже русский текст. "Мой дорогой Николай Васильевич. Вечно в раздумьях о вас, я пишу вам эти строки, хотя, возможно, вы их не поймёте из-за французского языка. Вы для меня стали чем-то больше, чем просто другом, чем-то сокровенным, неведомым и манящим. Когда я думаю о вас, сердце сразу перестает стучать, а меня самого бросает в жар. Я чувствую в вас странное сочетание близости и далекости. Это ощущение заставляет, мысли смешиваться в беспорядочном хаосе. Бывает, что я мечусь в поисках ответа, в поисках того, как вам это сказать через свои тексты, через молчание, через взгляд. Я знал французский ещё с юности, потому и решил писать вам признания на французском. Я не знаю, что вы думаете обо мне, но могу ли я быть для вас хотя бы вашим верным любимым? Я часто думаю о нашем будущем. Думаю о встречах, о долгих разговорах, когда мы встречаемся на балах или других мероприятиях. Но эти мечты тоже полны тревоги, ведь я знаю, что ваша душа — не та, что легко поддаётся соблазну. Никоша, я не знаю, как я могу выразить всё, что творится в моей душе. И, может быть, слова здесь не нужны. Но пусть хотя бы эти строки будут свидетельством того, что вы стали неотъемлемой частью моей жизни. С нетерпением жду вас на балу Красовой Екатерины. Я хочу вас. Ваш Александр Сергеевич Пушкин." Гоголь был в полном ступоре... Как его лучший приятель и друг мог быть влюблен в Николая? Конечно, писатель много раз перечитал это письмо, в надежде, что он ошибся.. Но нет. Всё стало на свои места. Теперь Никоша всё понял. Все оговорки, эти взгляды, вечные беседы и встречи.. Всё это было не просто так. *** Et plus de fleurs, et plus de rose! L`aimable fille des amours Tombe fanee, a peine eclose; Il a fui, le temps des beaux jours! Пушкин как обычно подготавливал место для проведения беседы. Комната, вино, хорошая изоляция от зала... Даже план действий придумал! У поэта было множество планов на этот вечер: просто поговорить с Никошей и признаться... Если получится, то, может быть, будет уж очень веселый и горячий вечер.. — Где же Никошенька..? — размышлял Александр Сергеевич, идя с одного конца комнаты до другого. Гоголь опаздывал. Причем очень сильно... Настолько сильно, что Пушкин даже волноваться стал. Выйдя на балкон, поэт взял с собой бокал, выпивая оттуда вино. На улицу был хороший обзор... Около особняка Красовой стоял фантан и кареты с лошадьми. Кавалеры шли с своими дамами, а солнце уже давно село за горизонт. Примерно к полночи время... Но, Александр услышал топот лошадей и скрип кареты, а после и увидел своего долгожданного гостя этого бала... Никоша всё же приехал. Но! Пушкин заметил, что в руках у него не было обещанных черновиков, которые он просил взять в русской части письма.. Странно, не так ли? Тем более, Гоголь так бежал, будто его казнят, если опоздает еще больше... — Александр Сергеевич..! — ворвался Никоша в комнату, запыхавшись и тяжела дыша после бега. - Прошу прощения за опоздание, я.. — Никошенька..! — но даже опоздание не сломало планы поэта. Он вышел с довольной улыбкой и бокалом вина в руке, смотря на Никошу около двери. — Ничего страшного, мой дорогой. Голос был слишком протяжным и мягким, а это обращение... Очень смутило Николая. И не только смутило, а даже вызвало ком в горле. — Александр Сергеевич, подождите.. — попытался сразу объясните писатель, но его опять прервали. — Да что вы томите? Садитесь, берите вино и утопайте в нашей привычной беседе! — продолжая парировать, Александр даже не заметил, как его другу было не до разговоров.. — Нет, я хочу вас... — Так сразу? — спросил Пушкин, перебивая Гоголя. Улыбка на лице первого только расширилась... — Да послушайте уже наконец! — крикнул Никоша, не в силах бороться с этим настойчивым поэтом.. — Дайте мне минуту и я уйду! Я не намерен здесь оставаться! Тишина. Александр был удивлен... Уж слишком это странно и тревожно сказано. Что ж случиться могло? — Я прочитал ваще письмо на французском... Я уже знаю, что вы обо мне знаете. — начал Николай, не смотря на своего "поклонника". — Я не могу ответить вам взаимно. Простите... Это разбило Пушкина. Настолько, что даже огонь, который горел уже давно, наконец-то потух... Улыбка ушла так же медленно, как и осознание пришло. Это было больно. — Никоша.. — Не называйте меня так! Пожалуйста... Я просто хотел сказать, что вы мне друг. Близкий друг... И надеюсь, вы им и останетесь. После этих слов, Гоголь настолько быстро развернулся и ушел, что Александр даже не успел среагировать... Но, опомнившись, поэт резко вскочил, чтобы догнать писателя. Но смысла не было. — Николай! — крикнул расстерянный Пушкин. Он быстро выбежал на балкон, глазами ища силуэт Никоши на улице. Но, слава богу, Николай уже через пару секунд вышел с особняка. — Николай Васильевич..! — крикнул ему Пушкин с балкона, отчего Гоголь повернулся.. — Всё-таки, друзьями останемся..? Легкая улыбка, смешок, кивок... Никоша кивнул, улыбнувшись в ответ. Ситуация даже смешной вышла... А, главное, не слишком плохо кончилась. — Быть может, наша новая встреча сбудется, жизнь моя... ┈─────────── Так и закончилась полугодовая влюбленность Александра Пушкина к Никоше.