Глава 20. Линия разлома

(POV: Рон) Я пришёл не к Гермионе. Я был в её башне, но не для того, чтобы увидеть её. Не больше. Что-то в нашем с ней мире изменилось. Даже если я этого не хотел, я не мог не заметить: она стала чужой. Я не мог это понять. Ведь я всё равно продолжал думать о ней. Всё равно приходил сюда. Но она... она была не той, что раньше. В её глазах больше не было того огонька, что когда-то был направлен только ко мне. Теперь она смотрела куда-то дальше, где-то за пределы. А я оставался здесь. Среди этих развалин. Я прошёл в библиотеку, где она часто сидела. Знаете, раньше я считал, что эта библиотека всегда будет для нас чем-то единым. Но теперь я сидел один, и вдруг ощущение её отсутствия стало невыносимым. Книги, с их множеством страниц и знаний, не казались интересными. Я сам по себе, без неё, как бы на старых привычках, как тогда, когда мы учились, когда всё казалось возможным. Я заметил её. Девушка, с которой никогда раньше не встречался. Её тонкие черты лица, спокойствие в глазах. Она, кажется, заметила меня раньше, чем я её. — Ты всё ещё держишь её в сердце? — спросила она, отложив книгу. Её голос был мягким, но в нём была пронзительная искренность. Он был таким, каким давно не звучал мой. Всё вокруг стало новым, но знакомым. А её вопросы звучали как те, которые я не осмеливался себе задавать. Я молча посмотрел на неё. — Кто ты? — спросил я. — Марин Эйлер. Трансферт из Дурмстранга, специализируюсь на защите от проклятий. И да, мне любопытно, почему ты сидишь один, когда вокруг все так сбились с пути. Я улыбнулся, но это была не совсем улыбка. Я понимал, что она говорит не только о Гермионе. Она говорила и обо мне. — Я… просто ждал, что всё изменится. Но, похоже, я ошибся, — сказал я. Она немного наклонила голову, её взгляд стал более мягким. — Не всё, что важно, должно оставаться рядом, Рон. Знаешь, иногда главное — это уметь отпустить. Пусть и с болью, но отпустить. Если ты не отпустишь, то, возможно, останешься в этом прошлом. Она стала частью другой истории. Я не ответил. Её слова немного задели меня. Я знал, что она права, но как-то не мог этого признать. Всё в моей жизни казалось таким неподвижным. Все перемены шли мимо меня. Гермиона изменилась. А я остался тем же, что был. — Могу я предложить тебе чашку чая? — спросила она, снова ломая напряжение. — Нам нужно поговорить не только о старых воспоминаниях. Я кивнул. Это была маленькая искра нормальности, которой мне не хватало. (POV: Гермиона) Я сидела у окна. Внизу — развалины, остатки от разрушений. Всё было покрыто пеплом. Казалось, что Хогвартс перестал быть тем местом, которое я знала. Время шло, но оно не принесло того облегчения, о котором я мечтала. Мы выиграли войну, но у нас не было мира. Всё вокруг было разрушено. И теперь вместо праздников и радости мы были обречены на восстановление, на постоянное ожидание новой угрозы. Никто не знал, когда это закончится. Когда прекратятся эти нескончаемые переживания и травмы. Мы все пережили слишком много, чтобы вернуться к тому, что было. И вот я сидела в башне, пытаясь найти смысл в том, что оставалось. Не смогла забыть про то, что снова чувствовала холод. Эту непрекращающуюся тревогу, что витала вокруг нас, как неопределённая тень. И что хуже всего — мы не могли просто снова вернуться к прежней жизни. Малфой не появился сразу. Он мог появиться и не прийти, и я бы поняла. Мы оба изменились. Я могла бы обманывать себя, но я не могла обманывать его. Он пережил столько всего. Его собственный отец был заключён в Азкабан, а он теперь носил с собой его наследие. Оставить всё в прошлом было невозможно. И вот теперь мы сидели в этой комнате, не зная, куда двигаться дальше. Когда он вошёл, взгляд его был таким, каким я его знала — скрытным и осторожным. Но в этом взгляде не было больше того ледяного презрения, которым он меня раньше встречал. — Ты должна уехать, — сказал он, не скрывая своей тревоги. — И оставить тебя? — я не могла скрыть смеха. Это было… странно, что даже в таком положении он продолжал думать, что я уйду. — Это не про меня, Грейнджер, — сказал он, его лицо стало напряжённым. — Ты не понимаешь. Он не остановится. Твой отец… он всё знает. Я почувствовала, как внутренне напряглась. Мы не говорили об этом раньше. Но сейчас пришло время. Я не могла скрыться. — Я не могу убежать, — сказала я, ощущая, как голос дрогнул. — Я устала от этого. Если он придёт за мной, я буду сражаться. Я посмотрела в его глаза, и вдруг поняла: мы не были одни. Мы были друг для друга тем, что оставалось. Несмотря на всё, несмотря на то, что было раньше. Он был рядом. И я не могла отвернуться. Он подошёл ближе, и я почувствовала его ладонь на своём плече. Погладил меня мягко, как если бы хотел успокоить. Но в его глазах была ярость. Он не мог просто позволить этому случиться. — Я не знаю, что будет, — произнёс он с отчаянием в голосе, — но если он доберется до тебя, я уничтожу всё, что связывает меня с ним. Я отрекусь от всего ради того, чтобы тебя защитить. Я подняла голову, смотрела в его глаза. Это было что-то другое. Мы не просто были вместе. Мы стали чем-то другим. Его слова не были просто обещанием. Это было решение, которое он принял — и я чувствовала, как это меняет нас обоих. Поцелуй был не страстным, но именно этот момент был важным. Он был таким, каким мы оба нуждались. Он был обещанием. Обещанием выжить, несмотря на всё. (POV: ???) — Всё готово, — прошептал голос из темноты. — Она будет одна? — Неважно. Она будет с ним. Всё, что нам нужно — это кровь. Слово уже произнесено. Тени начали двигаться, поднимаясь в воздух, как будто вселяясь в магию. Всё должно было начаться снова. (POV: Драко) В эту ночь я не спал. Я стоял у окна, за которым разгорались огни. Всё горело. Мой мир — снова разрушался. Но теперь я был готов. Я больше не мог скрываться. И я не мог отпустить её. Я встал и направился к двери. Она была готова. И если он придёт за нами, я буду сражаться. Продолжение следует…