Гнойный ринит

*** Май, шмыгнув носом и оттого закашлявшись, заходит в кабинет. До звонка ещё минут пятнадцать точно. На нем белая рубашка, на деле чуть сероватая от времени, немного мятая, но не теряющая своей эффектности. Особенно, если учитывать, что все остальные в классе одеты в худи и джинсы разных цветов. Он подходит к своей парте, ставит сумку на стул и долго роется в ней. Наконец выуживает классического синего цвета папочку. Выпрямляется, резким движением головы откинув назад чуть отросшие кудрявые волосы. Он стрижет их сам, от того прическа его выглядит как минимум странно: пряди подстрижены неравномерно, все они разной длинны. В момент, когда он наконец усаживается на стул учительница поднимает голову от каких-то бумажек, разбросанных по столу. - Базаров. - она делает движение рукой, прося подойти. Май вновь встаёт, преодолев расстояние в пару шагов опирается рукой на учительский стол и смотрит в упор, не отрываясь, в глаза литрички. - тут пришло положение о конкурсе, задача написать сочинение про твоего прадедушку, участвовавшего в войне. - я не пишу военные темы - силится отчеканить он, но звук выходит гнусаво. О том, что родители его давно сторчались и не удосужились рассказать ему даже о самых ближайших, Май предпочитает промолчать. В детдоме просто не принято говорить о прошлом. - пиши не по военной, пиши по патриотической - мягко усмехается учительница. - больше некому, в классе только ты хорошо пишешь, а отчёт надо сдать уже завтра. Напиши, пожалуйста, будь добр - Базаров дёргает уголком губ вверх, будто улыбаясь, но только одной стороной лица. Кивает и возвращается на место. *** Частицы пролетают поименно вверх, ускоряются и летят ещё быстрее. Взгляд вниз - там лишь темнота, не просвечивающая ни на долю миллиметра. Пустая, бархотно-черная темнота. Частицы пролетают поименно вверх, ускоряются и летят ещё быстрее. Вверх - там блестит небольшой, размером с покерную фишку, проблеск света, но и тот отдаляется становясь всё меньше и меньше. Частицы стоят на месте. А он падает. Падает всё ниже, ближе в объятия тьмы. Куда-то в забвение. Свет сверху исчезает из виду, оставляя его наедине с взлетевшими к верху органами внутри до одурения медленно сгнивающей мягкой плоти. *** Девушка дышит тяжело. Взгляд цепляется за вздымающуюся грудь, приоткрытую порванной горловиной майки. Ниже - оголённые бедра с краснеющими следами пальцев - Скорее всего, останутся синяки - на внешней стороне, и стекающейя смешанной с кровью, спермой на внутренней. Он возвращает потерянный, будто он сам только что нашел её такой, взгляд к покрасневшему от рыданий лицу. Желтые, почти волчьи глаза девушки заволокло пеленой слез так, едва ли она в состоянии сейчас видеть что-то дальше своего носа. Май аккуратно, с ярко горящей болью укуса, рукой поворачивает её лицом к себе. Она откидывает его руку, вновь отворачивается. - Котик... Посмотри на меня - он говорит это слишком жёстко, но тихо, практически шепотом. - Отстань - так же шепотом, но каким-то надломанным, хриплым, просит она. "Чтоб ты сдох" - душераздирающим криком остаётся в мыслях. *** Учитель в классе отсутствует вот уже десять минут. Ученики ждут ещё пять. Белая рубашка Мая немного помята, но заправленна идеально ровно. Черные, классические брюки со стрелками - Май вообще единственный в классе, кто носит брюки. Аккуратно убранные назад пшеничные волосы. На красивом лице парня особенно ярко выделяются большие черные, под уголь, глаза. Заходя в класс он тут же цепляет взгляды других учеников. Май садится на свое место, аккуратно достает и сумки какую-то папочку, у него красивые, почти музыкальные руки. Но до чего же уродливая рожа. *** И май мой уходит, Обливион в мыслях, В мыслях забвение. Терпишь тишиною, Терпишь, смотришь в солнце, Терпишь и получится