XXIII

      — Мне было так страшно, милый, я думала, что каждый миг последний… — задыхаясь, выговаривала Анга, пока Чигару целовал её и детей, насмерть перепуганных, растрёпанных, но целых и невредимых, в то время как Муфаса с Такой просто тяжело и хрипло дышали, упав чуть не друг на друга, а Обаси мрачно рассказывал Эше о том, как буйство природы, будто слон хоботом, подцепило нескольких буйволов, двух носорогов и одного слона и с яростью швырнуло наземь, и при этих словах у Чигару перехватило дыхание — он видел изуродованные тела погибших и понимал, что то же самое могло произойти и с ними, с его семьёй.