Свет сквозь тюль

"Странное чувство пустоты, вызываемое всяким «после»." Эрих Мария Ремарк.      Раннее утро. Лучики рассветного солнца, щекочущие стенки и шкафы, наконец добираются до маленького пятилетнего мальчика, беззаботно спящего на раскладном диванчике. Нога его была закинута на скомканую белую простынь, которой он укрывался ночью. На улице было уже довольно жарко, поэтому в качестве ночной одёжки на нем была растянутая майка и трусы. В глаза все сильнее начало бить солнце, легко преодолевая преграду в виде тюля на окне, и мальчик неохотно открыл глаза. Зажмурившись и немного поёжившись, он медленно спустил ноги с дивана, едва доставая ими до пола. Погрузив их в плюшевые тапочки, малыш, перебирая ногами пошлёпал на кухню. Переступив порог, мальчик очень настороженно подошел к маме, и оторопел, взглянув на ее лицо. Ее кожа была почти белой, а выражение лица было явно напуганным, растерянным и безнадежно убитым. По щекам текли слезы. Мальчик, набравшись смелости, спросил: – Мам, ну что там с Лизой? Я скучаю по сестренке, поскорей бы ее нашли! - мальчик мило наклонил голову вбок, вопросительно глядя на маму голубыми глазками. – Вадим, почитай сам... - мама протянула ребенку немного комканую по краям газету, явно неоднократно сжатую от нервов. Мальчик взглянул на титульный лист - в глаза сразу бросились две фотографии, напечатаные рядом друг с другом. Слева - фотография старшей сестры, а справа... мерзкое, уродливое и выражающее злобу лицо на фоне полосатой стены - ростомера. Взгляд падает на заголовок. "Серийный убийца найден после нового преступления". Вадим, в силу возраста, не осознает всей серьёзности ситуации, но понимает, что дело серьезное, и кажется, ему больше никогда не удастся поиграть с сестрой. Мальчик разочарованно отдает маме газету, обнимает и начинает тихонько всхлипывать, заливая мамин халат своими слезами. И вдруг, резко, будто через ткань реальности, слышится задорный голос: – Просыпайся, Казак, атаманом будешь! Или как там говорится... Вставай короче, дурень. Дембель проспишь. Понимаю, конечно, что сегодня всей ротой до 2 ночи сидели балдели за чайком и байками, но сегодня особенный день, поэтому алёрт! Земля зовет! - за этой пламенной речью последовало пару похлопываний по плечу, после чего Вадим все таки неохотно продрал глаза, ошарашено оглянул Деньку, что так усердно его тормошил, и уселся, смотря в одну точку. – Че тухлый такой, Вад? Неужто приснился серенький волчок? - Денис нагнулся и легонько ущипнул того за бок. Вадим дернулся. – День, ну не надо... – Да что стряслось то? – Да так, из детства момент приснился... – ААА, ты про эту... Лизу что ли? Припоминаю вроде – Слушай, помолчи, а? Иди на кухне помоги лучше, я сам вещи соберу. - Вадим растерянно и несколько раздраженно посмотрел на сослуживца. Тот театрально поднял руки, и, выпучив глаза, вышел из двери спиной вперед. Вад раздраженно цокнул, нехотя встал с кровати, заправил ее наскоро и принялся проверять вещи, которые выдали накануне. Воздух и атмосфера в практически пустой казарме были совершенно иными, чем обычно. Веяло неким спокойствием, свободой, а в душу понемногу прокрадывалась какая то радость, что все наконец закончилось. Единственное, что добавляло ложку дёгтя - нахлынувшие воспоминания после сна. Вадим погрузился в них, пока застегивал пуговицы на рубашке своей уже далеко не свежей формы. Перед взором всплыл выпуск новостей, который они смотрели всей семьей в тот же вечер, как маленький Казаков узнал судьбу своей сестры. Молодая женщина из экрана телевизора обеспокоенно вещала "Стали известны подробности в деле о пропаже четырнадцатилетней жительницы города Калининград. К сожалению, поиски завершились трагически: девочка, числившаяся пропавшей в течение недели, была найдена мёртвой. Как сообщает следствие, тело обнаружено в лесном массиве, недалеко от места предполагаемого исчезновения. По предварительным данным, к преступлению причастен ранее не судимый двадцатидевятилетний мужчина — Краснов Данила Васильевич. Он был задержан в собственной хижине в том же лесу. По версии следствия, подросток отправилась в лес за грибами и ягодами и не вернулась домой. Сейчас по делу проводится комплексная психиатрическая экспертиза подозреваемого, продолжаются следственные действия. Правоохранительные органы заверяют: в данный момент угрозы для жизни и здоровья граждан нет.". Вся семья испуганно смотрела на экран и будто не верила в то, что говорят по ту сторону. Отец семейства в тот же день собрал всех, и они направились в полицейский участок, разбираться и пытаться добиваться информации о деле дочки. ***      Вадим помотал головой, пытаясь отбросить воспоминания, и наконец закончил одеваться. Скооперировшись с парой сослуживцев, он наконец направился на завтрак. Последний завтрак в этом месте... Вроде и радостно, но с другой стороны - накатывало жгучее ощущение пустоты и непонимания дальнейшей жизни. Этот год все было так просто, все придумано за тебя - время подъема, завтрака, форма, действия. Вся программа существования. А теперь что?       Попытавшись выкинуть тревожные думы из своей головы, парень уселся на свое место в столовой. Вокруг все оживленно галдели, шумели и веселились, вспоминали истории со службы, смеялись, хлопали друг друга по плечам. Перед носом стояла тарелка с теплой овсяной кашей, от которой уже воротило. Сухая, вязкая и такая осточертевшая... Но выбор небольшой, никуда не денешься. Из такого, несколько подавленного состояния, Вада выбивает резко перелетевший через скамью и плюхнувшийся рядом Денчик, который моментально воодрузил свою довольно мускулискую руку на плечо нашего Пьеро. В голову Арлекино пришла шальная мысль, от которой тот сразу же широчайше дал лыбу, схватил ложку, зачерпнул кашки и поднес ее ко рту Вадима. – Ааааам! Ну давай, ротик открываем, за маму, за папу, м? - Вад поморщился и немного раздраженно забрал ложку с армейским хрючевом, отправив ее в открытый рот. Денис, так усердно пытавшийся растормошить товарища, закатил глаза и крутанул головой - Святые угодники, да ну Вад, ну хотя бы фальшивенькую улыбку натяни, ну пожалуйста. Могу предложить после завтрака смотать за казармы, дам тебе сигаретку, пойдет? - Денчик умоляюще наклонил голову, жалобно смотря на Казакова – Ладно, уговор - Вадим капельку ожил, подняв голову, и даже немного улыбнулся краешками губ. - Садись нормально, дурень, тебе бы тоже не помешало заправиться - дружелюбно заявил тот. – Ну наконец то! Как оказывается тебя легко купить, а, Вадик? – Сейчас обратно замкнусь, хочешь? – Ладно, ладно, извини, извини. Все, приятного аппетита. - заводила принялся уплетать свою порцию каши за обе щеки. – И тебе приятного. - другой последовал его примеру. ***      Как можно быстрее позавтракав, двое отважно смотались из столовки, добежав до места, к которому у главачей не было обзора. Прислонившись спинами к одиноко стоящему домику, парни сели на корточки, и Денчик достал из какого то секретного кармана зажигалку и аккуратный портсигар, добыв оттуда две сигаретки. Протянув одну товарищу, он поджег сразу обе, поудобнее уселся, задумчиво дымя, и вдруг резко ожил. – Вааад, а знаешь чем отличается пустой портсигар от сироты? - по лицу заводилы явно распласталась улыбка в предвкушении смешной шутки. Собеседник с серьезным лицом затянулся, выпустил дым, и подняв голову, повернулся на Дена, спросив – Ну, и чем же? – Портсигар - без папирос. А сирота без папи рос и без мами рос. - Денис глупо улыбнулся, кривя губы в попытке не улыбаться, но глаза выдавали его неподдельное довольство своей шуткой. Вадим же ухмыльнулся, похихикал, покачал головой и продолжил курить, улыбаясь и изредка похмыкивая. ***      Пройдя еще пару этапов темоготины, а именно фотки на память, построение и официальное увольнение, уже не солдаты наконец побежали в казармы, переодеваться в увольнительную форму. Им наконец довыдали оставшиеся гражданские вещи, поэтому все было готово к возвращению домой. Переодевшись в дембельскую форму, Вадим оглядел свою железную двухэтажную кровать, на первом уровне которой одиноко лежал рюкзак цвета хаки. Все казалось таким пустым и более не одушевленным... Еще вчера в казарме чувствовалась жизнь - валялись грязные вонючие носки, одеяла были перекинуты через бортик вторых этажей на манер ширмы, одним словом все было так по человечески, что ли. Теперь же стояли только голые кровати. Пора. Пора идти, ступать в новый этап, в новую жизнь.       Сослуживцы начали потихоньку вытекать из казармы, чьему примеру и последовал Казаков. Найдя глазами товарища, тот примкнул к нему и как то грустно посмотрел на того. Денис же хлопнул друга по плечу. – Да ну не вешай ты нос, а? Дай номер свой, кстати, найду тебя в соцсетях, спишемся если чего. - Ден извлек из кармана старенький сенсорный телефончик, и, поспешно открыв контакты, вручил его Ваду. Тот послушно кивнул и набил свои цифры. – Это хорошо конечно, но все равно как то грустно, что ли... Ладно, ладно. Все таки не по разным материкам разъезжаемся. Встретимся если что, взрослые люди уже. - Казаков ожил от своей же мысли и продолжил движение на выход, уже чуть более решительно. На улице, рядом с выходом из части, все начали обниматься, трепать друг друга по волосам, а некоторые, особо эмоциональные, даже пустили скупую мужскую слезу. Но толпа потихоньку редела, разбредаясь по транспорту. Вот и Вадим, окончательно простившись с Денисом, уселся в маршрутку, которая тут же заполнилась еще довольно большим количеством сослуживцев, которым надо было в ту же сторону. Вадиму по волшебной случайности удалось урвать место у окна, тот благополучно сел, поставив рюкзак в ногах, и облокотил голову об окно, жадно наблюдая за миром, от которого он уже отвык. Маршрутка тронулась, пейзажи по ту сторону начали сменяться все активней, а голова периодически постукивала по стеклу в моменты кочек.       Спустя порядком получаса, Вадим добрался до остановки, ведущей к родительскому дому. Выйдя из транспорта, парень набрал отцу, сообщив ему о том, что приехал, на что получил утвердительное "Хорошо, мы тебя ждем". Дыхание немножко сперло, он уже давно не видел родителей - те его не навещали на службе. Идти было порядка 10 минут, и парень решительно направился в столь знакомое и родное место, попутно впитывая облики знакомых локаций, некоторые из которых успели видоизмениться за год. И вот оно - знакомое, довольно современное здание, на фоне соседних. В животе все скрутило, ощущения смешаные. Наконец парень решился и позвонил в калитку небольшого жилищного комплекса. Охранник, после пары вопросов, открыл. Вадим, окрыленный счастьем и пришедшим к нему ощущением свободы, позвонил в нужный подъезд. Как его дверь открылась, сразу взлетел по лестнице на третий этаж и остановился у двери на секунду, глубоко вдохнул и нажал на звонок квартиры. Вот оно. Это свобода. Это жизнь, в которой он сам волен решать свою судьбу. Сейчас же все будет хорошо, ведь так? Вероятно. Дверь перед носом парня щелкнула и распахнулась...