...

знаешь, я заметила случайно. правда, не вглядывалась и не разыскивала, само в глаза бросилось. оно дополнило картину, став последним штрихом. до этого я даже не пыталась собрать детали пазла, просто складывала их за пазуху, вместе с пазлами всех остальных, и несла дальше, за собой, сквозь все подземелье. это была такая же деталь, как и все остальные, не больше и не меньше. я должна была остановиться и начать складывать внятную картину, пазл, задолго, задолго до этого. что у меня с собой? о тебе - довольно немного. практически любая одежда тебе велика. спишь ты на грязном матрасе (если вообще можешь уснуть, верно?). постоянно пропускаешь приемы пищи. лампочки в твоей комнате перегорели - в люстре - и лопнули - в настольной лампе. что еще? забитый под завязку почтовый ящик. грязный, пропитавшийся непонятно чем, пахнущим металлом, комок вместо одеяла. переписка длиною в роман на "ритуальном" носке, который лежит в углу гостиной по принципиальным соображениям. в твоем собственном доме ни единой твоей фотографии. когда ты готовишь, то делаешь всегда одну порцию - и себе не кладешь. твои чертежи в подвале в массе своей скомканы, брошены на пол. у тебя, оказывается, нет другой одежды, кроме той, в которой ты всегда ходишь. ты не знаешь - и никто не знает - когда у тебя день рождения. и - веришь ли - эта деталь почему-то смутила меня больше всего. я вгрызалась в фруктовый лед, задумчиво разглядывая зимний лес вокруг, пока взгляд не остановился на очередном милом признаке жизнедеятельности. ты знаешь, я ведь всегда их ищу - детали, связанные с вами. с каждым из вас. я читаю чужие дневники, уже видела мамин и папин. я залезла к тебе в подвал, хотя ничего не поняла в чертежах - кстати, прости за вторжение. меня не останавливают синие знаки "стоп". в фильме "звонок" я бы не выжила: любопытство бы кошку сгубило. эта яркая деталь сразу привлекла мое внимание: красное на белом покрывале снега всегда заметно. я двинулась в ее сторону и обнаружила снеговика. вернее, двух снеговиков, как я поняла в дальнейшем. один из них красивый, старательно вылепленный, прямо снежный аполлон - вокруг шеи повязан обрывок алого шарфа, который и привлек мое внимание. а второго сделал ты. это и снеговиком нельзя назвать: ты просто сгреб снег в кучу, видимо, желая поддержать брата, пока тот лепил снежную скульптуру самого себя. и на этом небольшом сугробике, невероятно похожем на могильный холмик, ты написал свое имя. с маленькой буквы. помню, меня это поразило. как это - свое имя и с маленькой? для меня это было немыслимо. сама я свое имя всегда писала исключительно большими - это были не просто особенности детского неумелого почерка - да и произносила, когда представлялась, важно, значительно, стараясь выгравировать его в памяти собеседника: это - Я. запомни меня. [что для главного героя весьма ожидаемо] с этого момента я и начала складывать пазл с твоим именем. этим несознательным жестом ты меня по-настоящему заинтересовал. и - удивительно - все сложилось: бесшовно подошли друг другу другие детали, примкнули друг к другу старые вещи, которые впору выбросить, и недосып, и шутки про собственное здоровье, и разбитые лампочки, и закрашенное черным маркером твое собственное лицо на единственной фотографии, где ты запечатлен - тонкий, как спичка, мальчишка в больничной робе. и вот я стою перед законченной картиной - композицией из бесконечного количества незначительных деталей, любовно собираемых мной сквоз временные линии. смотрю на нее и чувствую себя слегка торжественно: наконец-то я поняла хотя бы малую часть тебя. не пойми неправильно: ты - все еще загадка, играешь со мной в непонятные мне игры и вертишь моим разумом, как угодно, но теперь я смогла ухватиться за эту бесконечно малую, вечно ускользающую от меня часть - и узнала о тебе кое-что наверняка. ты ненавидишь себя, не так ли?