Смилуйся над нами

- Зачем ты это сделал?! Больно же! Таня громко плакала от боли,Ваня старался сдержать слёзы и с ужасом смотрел на её руку. Она покраснела,по коже стекала горячая жидкость,поверхность становилась неровной,покрывалась небольшими пузырьками. Бармалей,помешивая мясо в котле,ответил: - Мне же нужно припугнуть вашего доктора. Может,так он скорее приедет. На деле,он и сам не знал,зачем это сделал. Просто ему показалось довольно забавным такое действие,которое пробило детей хоть на какие-то более громкие эмоции. А потом он уже нашёл причину своему поведению. - Это сейчас больно. Скоро пройдёт...а потом будет ещё больнее. Вас раньше никогда не жарили на костре,не так ли? Интересно узнать,как это? Дети хныкали,обнявшись. Их ожоги до сих пор зудили. Брат и сестра слышали невдалеке звон родника. Было бы так здорово,если б они могли пойти к нему и охладить в нём травмы,но кто их пустит? Если они попробуют отойти хотя бы на метр,их безжалостно застрелят. Оба ребёнка были в отчаянии. Они не глупцы и понимали,что шансов на спасение у них практически нет. Им не убежать от вооружённого разбойника,он легко убьёт их одним выстрелом,а может,так разозлится,что прострелит им только ноги,дабы сохранить их жизни для последующих пыток и более мучительной смерти. Кажется,он получал удовольствие от вида их страданий. Бармалей улыбался и тихо смеялся,когда смотрел,как Таня и Ваня пытаются облегчить боль от ожогов,растирая их и делая себе только хуже. Детям хотелось жить. Им хотелось вернуться домой,где они оставили папу и маму,обязательно попросить у них прощения и крепко обнять. Таня скучала по ощущению прохладной кожи рук матери,обнимающей свою дочь. Ваня пробовал утешить сестру,гладя её пушистые волосы. Он думал о том,как несправедливо с ними поступают и сдавленно плакал. Бармалей разлил бульон по мискам и протянул детям,себе забирая большую часть мяса. - Ешьте. Дети буркнули "спасибо" и взяли из его рук свои порции и ложки. Обед был неплохим,хотя,если честно, Таня и Ваня почти не различали его вкус,обращая всё внимание на температуру и давясь горячей жидкостью. Брат и сестра дули на миски,стараясь остудить суп. Они ели как можно быстрее,боясь,что если они станут есть медленно,Бармалей разозлится,решив,что им не нравится его стряпня. Мало ли что разбойнику взбредёт в голову? Таня испуганно вздрогнула,когда чуть не выронила миску. Она успела как-то её поймать,к счастью. Бармалей уже успел замахнуться на девочку,обрадовавшись,что нашёлся повод,но всё же опустил руку. Обжигая ладони ещё сильней,чем раньше,Танечка сжала в них тарелку. Людоед взял в руку горячую кость из своей тарелки,обкусывая с неё варёное мясо. - Растяпа. Ваня положил тарелку на песок,опустошив её. Он решил всё же по-тихому попробовать убежать,видя,что Бармалей отвлёкся на еду. Как только мальчик встал с земли,мимо его уха пролетела пуля. Таня схватила Ваню за штанину,заставив его сесть обратно,и прошептала ему,что он сумасшедший. Бармалей выглядел злым. - Ну и куда ты ломанулся? - Я просто хотел размяться. У меня ноги затекли. – Ваня потёр колено,смотря на разбойника невинными глазами. - Сиди на месте. - Ладно... Таня разглядывала Бармалея. Вдруг,девочка тихо засмеялась. Людоед посмотрел на неё с недоумением,не зная,чего это она развеселилась. ‐ Что-то смешное вспомнила? - Нет,нет...я... – она постаралась подавить смех. - Тогда чего хохочешь? Давай,расскажи,я тоже посмеюсь. – он взялся за рукоятку ножа,начав запугивающе точить его о камень. Таня посмотрела на Ваню,не зная,стоит ли говорить. Потом неуверенно ответила разбойнику: - Ты просто...так забавно ешь. Ваня тоже хихикнул. Оба ребёнка были воспитаны так,что за столом они вели себя более-менее сносно. Их учили,что тот,кто плохо себя ведёт за столом – просто смешон. Бармалей во время еды чавкал,вгрызался в кость,не скрывая свой аппетит,а бульон ел не ложкой,а выпивал,наклонив миску ко рту. Таню это немножко рассмешило. Бармалей и выглядел,как дикарь,и вёл себя также. Даже разбойнику стало как-то неловко. Он опустил взгляд,смахивая крошки мяса с густых усов и утирая губы рукавом. Людоед как-то даже не подумал стукнуть девочку за наглость,ему было неудобно,что он ведёт себя хуже ребёнка и,видимо,уже не так пугает детей,как раньше. Всё же он попробовал вернуть себе прежний авторитет. Он схватил Таню за руку и замахнулся на неё ножом. Ничего такого страшного не случится,если Айболит найдёт свою подругу без указательного пальца. Таня забилась в его хватке,пытаясь вырваться и крича: - Прости! Прости,пожалуйста! – он немного удивился,услышав извинения,но виду не подал. Ваня подскочил с места и схватил Бармалея за руку. Брат заплакал ещё громче,чем сестра: - Оставь её! Не трогай её,пожалуйста,ей больно! Не надо! Не убивай...– он испугался того,что потеряет свою сестрёнку,которая была его лучшим другом. Он вдруг уткнулся в локоть Бармалея,рыдая и пачкая его тельняшку своими соплями. Таня,увидев это,последовала примеру Вани. Она заплакала,уткнувшись Бармалею в брюхо и схватившись за его рубашку. Ваня,взглянув на сестру,обнял Бармалея за руку. Разбойник на всё это мог только удивлённо хлопать глазами. Он смотрел то на нож,то на детей,плачущих в три ручья и стоящих в мокрой из-за прошлой пытки кипятком одежде. Они прижимались к нему,не то умоляя,не то ища в нём комфорта. Бармалей попытался оттолкнуть их. - Уйдите,вы,оба! Что вы ко мне прилипли?! Дети на это только сильнее за него схватились,не давая ему уйти или ударить их. Они сбивали его с толку,ведь судя по поведению,те совсем страх потеряли. Ваня просил его: - Пожалуйста,перестань так поступать с нами! Нам же больно! Мы же совсем,совсем ничего тебе не сделали! Разве мы тебя обидели?! Бармалей тряс своей рукой,стараясь оттолкнуть от себя назойливого мальчика и погасить в себе нахлынувшее,отвратительное чувство стыда,от которого хотелось провалиться в песок. - Отстань от меня! – он пробовал ударить мальчика,когда Таня тоже начала его донимать: - Ну почему,почему ты такой злой?! Разве дети вкуснее чем утки?! Почему ты так хочешь нашей смерти?! Почему ты не добрый?!... Эти вопросы,на которых у него не было убедительных ответов, его раздражали всё сильнее. Ему удалось выхватить пистолет и Бармалей выстрелил в небо,надеясь отпугнуть ребят. Те только сильнее к нему прижались и чуть ли не хором прошептали,обнимая его: ‐ Смилуйся над нами,пожалуйста...