Часть 1

      Скрип двери робко прорезал полотно тишины, когда Грейнджер осторожно открыла её. Драко склонил голову, болезненно зажмурился и попытался взять себя в руки.       - Драко…       Он нервно сглотнул, осознавая, насколько сильно он сейчас роняет свое лицо перед ней.       - И долго ты будешь делать вид, что всё нормально, а? Грейнджер?       Гермиона зашла и закрыла дверь за собой. Весь её напор куда-то улетучился, как только она уловила нотки боли в словах Малфоя.       - Драко, да, всё ненормально. Но я-то рядом. Просто поговори со мной.       - Зачем? Чтобы вернуть мне всё то дерьмо, что я тебе причинил? Чтобы смеяться надо мной с твоими Поттером и Уизли? Чтобы унизить меня?       Драко истерично выплевывал слова, не решаясь взглянуть на Гермиону. Он очень долго держал все в себе, и сейчас все его мысли уже неслись со скоростью Хогвартс-экспресса.       - Ты полагаешь, я буду тебе за что-то мстить?       - Грейнджер, думаешь я не понимаю, какой триумф ты сейчас испытываешь, когда мой отец оказался в тюрьме? Когда я абсолютно один, когда все мои школьные так называемые друзья вмиг исчезли после смерти Винсента, полностью наплевав на меня… когда наша семья стала изгоем в магическом мире… когда ты явилась к нам, чтобы демонстрировать своё великодушие и втаптывать меня в грязь, раз за разом показывая мне, какой я ничтожный…       Драко задыхался в своей истерике, судорожно глотая воздух, сжимая зубы и вновь до боли в пальцах стискивая деревянный подоконник, будто это хоть как-то могло облегчить его эмоциональные страдания. Он всё ещё не смел взглянуть в эти карие глаза, полные какой-то тошнотворной жалости к нему. Глаза, в которых отражался он истинный, и это отражение вызывало у него самые мерзкие чувства.       - Ты хочешь, чтобы я забыл о том, что я сделал и кем был? Сколько раз из-за меня вы рисковали быть убитыми, покалеченными, пойманными… Как ты можешь просто стоять здесь и молча принимать то, что я сам никогда не смогу принять?       - Драко, я признаю, что когда-то сердилась на тебя, но никогда по-настоящему не ненавидела. Да, ты был козлом, не отрицаю. Но ты думаешь, мои мальчишки не заставляли меня плакать? - она чуть усмехнулась.       Грейнджер в несколько шагов преодолела расстояние между ними и встала рядом с Малфоем.       - Ты знаешь, как умер Питер Петтигрю? - лицо Гермионы стало удивительно спокойным, она едва шевелила губами, будто боялась спугнуть хрупкую бабочку, сидящую на ее ладони.       Драко молча помотал головой, на удивление не отстранившись от девушки, когда она коснулась его плечом.       - Питер вернул Гарри его доброту, он пощадил его, отказавшись убить, когда легко мог это сделать. Он вспомнил, как Гарри просил оставить жизнь Питеру, и рука… та самая рука, что Волдеморт подарил ему вместо отсеченной, убила его. Даже самый гнусный, мерзкий, бездушный человек, предавший родителей Гарри, оказался способен испытывать благодарность, сочувствие, и совершить хотя бы один правильный поступок в своей жизни.       На деревянную поверхность капали горячие слёзы Малфоя, в душе которого разыгрался дикий необузданный ураган. И в центре урагана, абсолютно непоколебимая, стояла она.       - Ты не такой как он, или как твой отец, или как тёмный лорд… ты мальчик, у которого не было выбора. Ты рос в определённой среде, подчинялся своему отцу и должен был соответствовать представлениям о своей семье и социальном положении. Если я не разделяю этих взглядов, это не значит, что я не понимаю, как это работает… Разве у тебя был выбор - становиться или не становиться пожирателем смерти? Я видела страх в твоих глазах, когда в мэноре хозяйничала Беллатриса. Твой дом стал домом Реддла, вопреки твоему желанию. Истинное зло лишь прикрывается идеями, использует их так, чтобы извратить и удовлетворить свои низменные потребности в насилии. Ты не такой. Сколько бы ошибок ты ни совершил, они все уже давно прощены. Ведь ты спас нас, вернув палочки. Твоя мама не выдала Гарри, когда могла.       Драко слушал молча, глотая слёзы. Серебро его почти прозрачных волос запутанно слепило глаза.       - Так скажи мне на милость, за что я должна ненавидеть тебя и мстить? Ты сложный человек, но ты умён. Думаешь, я не замечала твоих успехов в школе? Хах… Драко, я практически сутками поглощала книги, чтобы быть лучшей, до умопомрачения зубрила материал. В то время как ты не слишком отставал от меня, но напрягался гораздо меньше. Магия у тебя в крови, ведь многочисленные поколения твоей семьи были магами - и это всё в твоих генах. И твой ум, твоя смелость, твое сочувствие - делают тебя таким, какой ты есть. И этот парень мне на самом деле нравится.       Она почти дотронулась до его руки но, понимая, что нужно дать ему время, отпрянула, чтобы направиться к выходу.       Гермиона едва сделала шаг к двери, когда его рука сомкнулась на её кисти.       Драко дышал тяжело и прерывисто, будто всё внутри него сопротивлялось тому, что он сейчас услышал. Её нежная рука под его пальцами была такой тёплой, бархатистой, вены под кожей едва ощутимо подергивались, и он сжал её сильнее.       - Постой… - его хриплый голос прокатился вдоль её позвоночника.       Гермиона замерла, не произнося ни слова. Малфой был подавлен и разбит, и она не знала, как повлияют на него все сказанные ею слова. Ей просто хотелось вдохнуть в него жизнь. Вытащить из бездны.       - Драко…       Он встал сзади, не отпуская её руки. Его подбородок коснулся её затылка, и она зажмурилась, окутанная необъяснимым волнением. Сердцебиение ускорилось. Малфой вдохнул глубоко и медленно, позволяя аромату Грейнджер заполнить его легкие.       Тончайший шлейф её духов… Нотки лаванды, надежды, лесных ягод, сладких слёз и безграничного, безусловного принятия.       Это редчайший ингредиент…       Тишина, будто их личное убежище, была такой правильной. Гермиона прижалась к Драко спиной, а его вторая рука скользнула по её плечу.       - Повтори…       Сердце Драко билось в отчаянном порыве проломить грудную клетку. Она так близко. Так глубоко внутри него. Она снаружи. Она в его сознании. Её голос успокаивает, дает надежду… Её тело согревает его. Она сама прижимается к его груди, повернув голову, и эти странные объятия поселяют в обоих сердцах надежду.       - Ты нравишься мне.       Драко едва способен удержать хриплый стон, облизывая пересохшие губы. Эта девушка ворвалась в его жизнь ураганом. Она играючи раскидала все элементы его брони и теперь танцует на них, превращая слёзы в алмазы. Страдание в томительную негу. Одиночество…       - Нравлюсь тебе… Грейнджер, ты безумна.       Его руки продолжают исследовать её, он целует её в макушку, и по затылку рассыпаются мурашки. Ледяные и одновременно горячие.       - Драко…       Он притянул её ближе за талию и прижался губами к её шее. Медленно… осторожно… чтобы не спугнуть её.       - Грейнджер, я ведь не отпущу тебя.       Прикосновение его губ, как электричество, обожгло трепетную девичью шею. Драко уткнулся в неё носом и тихо спросил:       - Ты это понимаешь?       Высокий, худой, колючий и суровый молодой мужчина, в чьих жилах бежит чистая кровь волшебника, изо всех сил держался за эту хрупкую ведьму. Ему было наплевать на её происхождение. Он устал. Устал бояться, ненавидеть, унижаться и унижать. Волдеморт больше никогда не вернется, и остатки пожирателей смерти скоро все понесут справедливое наказание. Мир Драко был разрушен до основания, и он бы погряз в попытках найти себя, искупить вину перед обществом. Он бы не выдержал.       - Я и не хочу, чтобы ты отпускал меня.       Он простонал, выдыхая ей в затылок, и его тело стало внезапно тяжелым. Осознание того, что Гермиона до сих пор не отстранилась и не выскользнула из его рук, яркими вспышками пронзило его разум.       Она повернулась к нему, глядя снизу вверх на его отстраненное холодное лицо, но глаза выдавали его. Малфой пропал. Полностью. Он долго сопротивлялся тому, что чувствовал к этой девушке, будто чувства были ржавчиной, постепенно разъедающей его жизнь. Или живительным кислородом, от которого кружилась голова, будто он долго не мог всплыть и наконец вырвался из томительного морского плена.       Она очень внимательно и нежно изучала его, чувствуя полную безопасность в его руках. Драко согревал её в своих объятиях, будто хрупкую фарфоровую куклу, мысленно обещая убить любого, кто хоть пальцем тронет её.       - Ты нужна мне… - он чувствовал себя уязвимым, но полным необъяснимой силы. Тело реагировало на прикосновения, и это было так естественно… так прекрасно…       Гермиона провела пальцами по его спине, отчего волна удовольствия прокатилась по телу Драко. Он даже не представлял, что может быть столь чувствительным к таким невинным прикосновениям.       - На твоем месте я бы ненавидел меня… презирал… но ты…       - Драко, я люблю тебя.       Вот и всё. Серые глаза на миг вспыхнули тысячей искр. Драко болезненно выдохнул.       - Гермиона?       Боже, боже, боже, да…       Они оба ощутили непреодолимую силу, влекущую их друг к другу. Драко назвал её имя. Впервые в жизни.       Она открыла ему свою душу. Впервые в жизни.       Он наклонился к ней, в неверии отчаянно вглядываясь в теплые, бесконечно прекрасные карие вселенные.       Драко не ответил. Он притянул её к себе так быстро и жадно, что Гермиона не успела опомниться. Придерживая её затылок, Малфой вовлек ее в глубокий поцелуй, наслаждаясь её губами. Он будто хотел забрать себе только что произнесенные слова, запечатать их внутри себя, напиться ими.       Я люблю тебя…       Их вынужденная дружба незаметно для обоих стала жизненно необходимой. Он хотел видеть её, касаться её, спорить с ней, смеяться с ней, бросать миру вызов… Лишь бы она не покидала его. Руки Драко, привыкшие к тонкой аккуратной работе с зельями, были сильными и нежными. Пальцы зарылись в её копну, лаская затылок, и Гермиона обхватила его шею, лаская его в ответ.       Малфой хотел видеть, как она трепещет в его руках, пока он целует её. Язык ворвался в девичий рот и принялся изучать его, отчего пульс подскочил ещё сильнее. Грейнджер простонала, когда его рука опустилась ниже, и он обхватил ее задницу, чуть наклоняя голову в сторону. Его зубы прошлись вдоль трепетной женской шеи, и осознание пронзило обоих – бороться с чувствами и импульсами тела невозможно.       - Идём… – тихо прошептал Драко, глядя на неё. Если они сейчас не доберутся до его комнаты, он набросится на неё прямо здесь. Напряжение в штанах катастрофически сильно давило на мысли.       Стоило двери его спальни закрыться за ними, Драко оперся на неё спиной и закрыл глаза. Гермиона и не думала сбегать, хотя он почему-то был уверен, что она передумает. Трудно было поверить в происходящее.       - Малфой… ты… ты в порядке?       Он болезненно улыбнулся и с нежностью посмотрел на неё. Сердце должно было успокоиться.       - Грейнджер, скажи ещё раз.       - Я люблю тебя.       Она подошла к нему вплотную, пытаясь дотянуться хотя бы до его подбородка, встав на носочки, и что-то ледяное кольнуло её сердце.       - Малфой… ты гораздо лучше, чем думаешь. Мне действительно хорошо с тобой.       В Драко боролись два зверя – неистовое желание припечатать Грейнджер к стене и завладеть её телом, и желание сбежать от самого себя, ведь так трудно было столкнуться лицом к лицу даже с призрачным намеком на счастье. Что это вообще такое? Как понять, что это оно? А вдруг она передумает и уйдёт, хлопнув дверью?       Гермиона хмурилась, медленно осознавая, что все её слова отрикошетили от Малфоя. Он будто замер, схлопнулся. Его взгляд было невозможно прочитать.       Распахнутые ореховые глаза впитывали происходящее, и в голове пульсировала мысль – вот и всё. Драко сейчас выставит её из своей спальни и будет избегать её до конца дней.       - Малфой… скажи хоть что-нибудь. Прошу тебя…       Гермиона была на грани… ей хотелось расплакаться.       - Я… я люблю тебя… Чертов ты придурок…       Он смотрел на неё, не понимая, как справиться с эмоциями. Но он совершенно не знал, что делать.       - Ты вообще в своем уме? Почему ты играешь со мной? Хочешь растоптать мои чувства? Сначала целуешь меня, а теперь и слова не можешь мне сказать? Я… я думала… о, боже, думала, что что-то значу для тебя…       Я идиот…       - Грейнджер, я люблю тебя.       - Что?       Она стерла мокрые дорожки с лица и в недоумении уставилась на него.       - Я. Люблю. Тебя. Ты нужна мне.       Он медленно оттаял и притянул её к себе, проклиная себя.       - Прости… я не знаю, что со мной. Я никогда никого не любил раньше. Мне…       Мне страшно.       Она всхлипнула и уткнулась в его грудь, жадно вдыхая его запах.       - Драко, я обещаю, что никогда не сделаю тебе больно… только ты тоже… Пожалуйста… не делай больно мне…       Он простонал и взял её лицо руками, внимательно вглядываясь в её огромные зрачки.       - Никогда.       Пожар вспыхнул с новой силой. Драко целовал её почти яростно, кусая её губы, жадно вбирая её язык и выдыхая стоны прямо в девичий рот. Каждая клетка его тела стремилась к ней. Малфой ощущал жизненную потребность слиться с этой ведьмой душой и телом, воображение подбрасывало ему варианты, как именно он будет срывать с неё одежду и владеть ею без передышек. Гермиона вскрикнула, когда Драко подхватил её на руки и донес до своей постели.       - Грейнджер, ты необходима мне, – он прикусил её шею, опускаясь ниже с поцелуями. Драко расстегивал свою рубашку, стремительно отбросил её в сторону и принялся за брюки. Предвкушение было похоже на агонию. Гермиона сбросила с себя кофточку и расстегнула джинсы, стараясь не отводить взгляд от Малфоя.       Рельефные мышцы на худом торсе выглядели четкими, будто на скульптуре. Драко нервно дышал, нависая над Гермионой, и её желание с каждой секундой лишь усиливалось. Он стянул с неё джинсы и наклонил голову, любуясь её видом в черном белье. Она стыдливо сводила ноги, будто они не собирались сейчас увидеть друг друга полностью обнаженными, и Драко наклонился к её животу, не отрывая взгляд.       Он закрыл глаза, касаясь губами её тёплой нежной кожи. Желание барабанило в висках. Члену стало нестерпимо тесно в плену ткани, и Драко ухмыльнулся. Сегодня он сделает её своей. Сегодня он много раз покажет ей силу своей страсти. Грейнджер – его ведьма.       Его язык скользнул вверх к груди, и невербальная магия помогла избавиться от лифчика по щелчку. Дуновение легкой прохлады по коже. Малфой запустил руки под её спину и заставил изогнуться. Он медленно обвел соски языком, наслаждаясь их твердостью, и прикусил каждый по очереди. Стоны Грейнджер распалили его лишь ярче, он самозабвенно кусал девичью грудь и обжигал её своим тяжелым дыханием. Дракон крепко держал её в своих руках и не планировал отпускать. Никогда.       Грейнджер запрокинула голову, извиваясь в руках Малфоя, она текла как никогда в жизни. Его умелый язык терзал грудь, а затем Драко хитро уставился на неё и размашисто лизнул от груди до шеи, сопровождая это действие полустоном-полухрипом. Грейнджер дрожала. Ей нравилось, как он ласкает её, удерживая в своих руках, и как смело изучает её тело.       Пока она задыхалась от ощущений, Драко осторожно избавил её от трусиков и переместился выше, наклоняясь к её губам. Своё белье он также скинул невербальной магией.       Драко целовал её, устраиваясь между ног, и скользнул рукой вниз, разводя половые губы пальцами. Грейнджер призывно текла, ёрзая под ним и едва справляясь с сильнейшим возбуждением. Она была на грани.       - Драко… Пожалуйста…       Его левая рука обхватила запястье Гермионы, в ответ она лизнула его губы, дразня и глядя в глаза.       - Грейнджер, расслабься.       Она кивнула, прикусывая свои губы, и развела ноги чуть сильнее. Член, направляемый рукой, медленно вторгался внутрь.       Глаза в глаза.       - Я люблю тебя… – Драко почти силой заставлял себя не торопиться. Всё, чего ему сейчас хотелось – это грубо толкнуться и погрузиться на всю длину. От головки по всему члену прошлись острые импульсы удовольствия, затем оно прокатилось по всему телу.       - Я люблю тебя… – ответила Гермиона, чувствуя его медленное скольжение внутри себя. Твердая и горячая плоть раздвигала стенки влагалища очень бережно, но даже несмотря на это было немного больно. Он действительно был крупнее среднего, и как бы осторожно Драко ни двигался, он заполнял её лоно невероятно плотно. Ощущение необходимости, жажды принадлежать ему заставляло всё её тело дрожать. Драко осторожно куснул мочку её уха и двинул бёдрами уже гораздо смелее.       Протяжный стон, полный наслаждения, сорвался с губ Драко. Он зажмурился, обхватил второе запястье Гермионы и застыл. Ей необходимо было привыкнуть, а ему успокоиться. Был огромный риск потерять контроль над собой, она была такой желанной и влажной, такой ароматной и сочной, такой нежной и трепещущей, что Драко мог сорваться в пропасть и начать толкаться в неё с удвоенной яростью. Его тело кричало и умоляло об этом. Член подергивался и источал капли смазки, пока её мышцы невероятно сладко смыкались вокруг него.       Их губы слились, и под тяжестью тела Драко Гермиона ощутила сильнейший приступ вожделения. Клитор посылал обжигающее удовольствие в каждое нервное окончание, и Грейнджер неосознанно начала двигаться под ним, стараясь насадиться сильнее.       Её пробила дрожь от нетерпения, она извивалась и почти плакала. Малфой с наслаждением ухмыльнулся и лизнул её щеку.       - Грейнджер, скажи, если ты готова.       - О черт черт черт черт… Малфой… Пожалуйста… сделай это… я не выдержу этой пытки… Прошу тебя…       - Люблю, когда ты просишь.       Он вынул член наполовину и нежно толкнулся снова.       Стон Гермионы, будто опиум, разлился по его венам. Хотелось больше. Хотелось ещё. Хотелось грубо и жестко. Он хотел слышать её крики, пока насаживает её на себя, хотел разогнаться и излиться спермой прямо внутрь.       Малфой прищурился и наклонился ближе, с огромным трудом отвлекаясь от своих мыслей. Необходимо было сделать так, чтобы Гермиона получила контроль.       - Грейнджер, я слишком сильно хочу тебя… и держусь из последних сил, так что… тебе придётся кое-что сделать…       Он перевернул её, удерживая на себе, хоть и немного неловко. На лице Грейнджер промелькнуло сомнение, но затем она с нежностью прильнула к нему, вкладывая в поцелуй максимум нежности.       - Ты прекрасна, Грейнджер…       Его руки с силой впились в её бёдра. Гермиона сделала круговые движения тазом и выпрямила спину, дразня Малфоя исключительно медленными покачиваниями из стороны в сторону. Драко распирал её изнутри, заполнял самое средоточие её наслаждения и почти безболезненно упирался в матку.       Драко в любой момент был готов зафиксировать её над собой и с силой начать трахать, но он лишь расслабленно любовался Гермионой, будто завороженный. Взгляд Малфоя скользил по её телу, задерживаясь на раскрасневшихся щеках, на зацелованной шее и искусанной груди. Гермиону будто обмакнули в чистое возбуждение. Она утонула в нём, впитала его, источала его. Испарина на груди и животе позволяла бликам изящно облизывать её тело.       Грейнджер приподнялась и насадилась на напряженный рельефный член Драко, пронзая себя им снова и снова. Клитор трепетно дрожал от микроимпульсов удовольствия, и некоторое время Гермиона сохраняла медленный ритм. Драко стонал, не в силах удержать внутри свой восторг. Он был готов на всё, лишь бы это длилось вечно. Упругая, нежная и скользкая вагина обволакивала его, стискивала и ласкала, даря незабываемый истинный кайф. Животное наслаждение.       Полузакрытые карие глаза затягивали в бездонный океан страсти, и у Малфоя возникло сложное, неописуемое чувство – именно так и ощущается истинная любовь. Это не просто секс. Он мог поклясться, что в момент слияния тел их души тоже становились единым целым.       Я схожу с ума… что ты со мной делаешь, Грейнджер…       Его руки бережно касались её груди, то сжимая её, то обводя соски пальцами. Сбивчивое и рваное дыхание ведьмы, сопряженное с нежными стонами, приближало его к разрядке неумолимо и неизбежно. Грейнджер вцепилась в его плечи и ускорилась, усиливая напор и амплитуду.       - Давай, принцесса, не сдерживайся…       Принцесса?       Грейнджер закатила глаза и отдалась ощущениям, привыкая к телу Драко в комфортном для себя темпе. Насаживаться на него было исключительно приятно, по пояснице пробежали мурашки, и грудь покачивалась в такт её движениям.       Раскрепощенная, открытая, такая свободная и нежная…       Драко улыбнулся, помогая ей двигаться, притягивая её уверенно, но нежно. Она должна кончить первой. Дело принципа.       Скольжение по стволу вверх-вниз, он погружается в неё так глубоко и плотно, что успевает прокатиться по всем самым чувствительным точкам внутри её влагалища. Драко стонет, почти рыча от невероятного удовольствия. Он хватает её соски и сдавливает их пальцами, когда она ускоряется и судорожно двигает бёдрами.       - Драко! Драко… Драко!!!       Оргазм пронзает всю её, опрокидывая в пропасть. Тело и сознание летят в пустоту с бешеной скоростью. Мимо проносится целая галактика - смазанные скопления созвездий, будто фейерверк, вспыхивают в разуме и тут же гаснут, рассыпаясь ослепительными искрами. Мышцы трепещут, сокращаются и сжимают член Малфоя, пока он жадно поглощает глазами её экстаз.       Я должен продержаться ещё немного…       Надрывный крик срывается с её губ. Гермиона никогда ещё не кончала так долго. Пульсация прокатывается по всему организму и превращается в покалывание мурашек на коже. Слишком сильные ощущения.       Едва отойдя от оргазма, Грейнджер обнаружила себя уже лежащей под Драко. Глаза в глаза. Сейчас он продлит её удовольствие, возвращаясь в игру.       - Принцесса, мне необходимо кончить в тебя…       Малфой сходит с ума от того, какая она вкусная. Её запах, упругое тело, узкая и мокрая вагина, космически глубокие глаза, её нежность и страсть… ее возбуждение, стекающее по бедрам… Драко зарычал и закинул ее ноги себе на плечи, размашисто вгоняя себя в неё.       - Драко… - она беспомощно хватается за покрывало, пока он трахает её, полностью возвращая себе контроль. - Драко!       Он очень крепко удерживает её на себе, с силой толкаясь изнемогающим членом. Стоны и крики наполняют пространство, запах секса витает в спальне, и двое не могут оторваться друг от друга, требовательно лаская и даря наслаждение.       Малфой закатил глаза, продолжая вколачиваться в податливую сочную плоть. Всё, что есть в этом мире – исчезло. Осталась лишь эта спальня и они двое, влажные и возбужденные, жаждущие друг друга с невероятной силой.       Член пронзает её вновь и вновь, яйца громко колотятся о её тело, напряжение достигает максимального накала…       Драко прижимает её бёдра к себе, высвобождая громкий утробный стон. Член яростно пульсирует внутри, исторгая струи спермы в Гермиону. Оргазм хватает Малфоя за горло и вытряхивает из него последние капли сознания, в то время как Гермиона ловит очередную безжалостную волну экстаза и кончает на его члене.       На её глазах проступают слёзы, а вагина буквально горит от неистовых фрикций Малфоя.       Последние капли внутрь неё.       - Это лучший секс в моей жизни, Драко…       Он улыбается и падает на неё, почти обессиленный и счастливый.       - Принцесса… - он целует её, обхватывая её ещё крепче, и с наслаждением зарывается носом в её волосы.       На губах Грейнджер осела счастливая улыбка. Пальцы сами тянутся вырисовывать узоры на его теле, пока Драко восстанавливает дыхание и нежно целует её шею, покусывая и тут же слизывая боль.       - Почему принцесса, Драко?       - Потому что я твой дракон.       Драко сжал её в своих объятиях и перевернулся на спину, позволяя Гермионе удобно прильнуть к нему.       - Мой дракон...       Драко удовлетворённо ухмыльнулся и скользнул рукой вдоль её спины. Сегодня он обрёл то, чего ему не хватало всю его жизнь.       И он больше никогда не отпустит её.