Глава 6 Читая между алых строк

Капля крови, алая и теплая, соскользнула с бледной кожи, повинуясь тяжести. На миг она замерла на кончике пальца, дрожа, словно не решаясь сорваться вниз. Но вот — слетела. Чернильная гладь встретила ее беззвучно, даже без всплеска. Кровь тонула, растворялась, пока не исчезла вовсе, оставив легкий багровый отблеск.

Прошел месяц с тех пор, как я оказалась в этом месте с Ритой. Кое как, но у меня стало получаться просыпаться по режиму — хоть и с большим трудом. Каждое утро — это борьба с желанием остаться под одеялом, с неприязнью к пробуждению и последующему лицезрению недовольного лица капитана. Я, правда, ненавижу это до глубины души. И Рита по утрам выглядит так же уставшей и раздраженной — по ее лицу было видно: она тоже терпеть не может эти ранние подъемы. Был один случай, который запомнился мне особенно ярко. Мы проспали — очень сильно проспали. Позже Петра рассказывала, что она уже собиралась идти за нами, чтобы разбудить или хотя бы проверить, как мы там. Но ее остановили. Тогда капитан решил иначе. Он приказал всем оставаться на месте и не предпринимать никаких действий. «Не хватало мне еще, чтобы из-за каких-то лодырей сорвалась тренировка, а о побеге они пока и не помыслят» — говорил Леви тогда со строгим выражением лица. Мы проснулись только днем, осознавая всю неизбежность бытия. В столовой мы не хотели показываться: кто в здравом уме решился бы появиться перед недовольным капитаном, который как-то раз пообещал тебя убить? Конечно же, никто. Но пришлось… Когда мы вошли в столовую и сели за общий стол, старались не смотреть в сторону Леви. Он был молчалив — создавалось впечатление, что все забыто. Но это было только иллюзией: он отыгрался на нас во время тренировки. Этот человек постоянно становился нашим спарринг-партнером — и я даже молчу о том, что он справлялся с нами обеими одновременно… Это было похоже на избиение малолетних, хотя я пока что таковой и являлась. До лазарета нам помогли дойти Эрд и Петра, за что я им безмерно благодарна. Старик, который был местным врачом, обматерил капитана чуть ли не до хрипоты. Осмотр прошел быстро. Приятным сюрпризом стали три дня выходных. Забавно, наверно, выглядело, когда мы уже собирались уходить, а он, посмотрел на нас так же строго и откашлявшись, сказал — «А вы остаетесь здесь и нечего глаза таращить». Позже мы узнали зачем. Когда Леви пришел за нами, ему дали отворот-поворот — криков было много! Но этот старик был крут и держался хорошо, выдержав натиск Аккермана. Но что-то я отвлеклась… Давно пора было написать кое-кому письмо. Рита сейчас как раз ушла помогать Петре с уборкой в столовой. Интересный факт: после ночных посиделок за чашкой чая Ралл сама предложила устроить их еще раз! Естественно, мы согласились. Подумать только: Петра так старается соблюдать правила… а тут сама вдруг предложила их нарушить! «Кажется, мы на нее плохо влияем» — невольно ухмыльнулась этой мысли. Так вот, теперь о письме. Наверное, капитан уже задумывается съездить и осмотреть дом. Параноик… Почему нельзя просто поверить лжи? Вот и пришлось садиться за стол и брать бумагу с пером и чернилами. Привет, мой дорогой друг. Давненько мы не виделись. У меня есть к тебе небольшая просьба. Мне уже давно не четырнадцать, но и не двадцать, однако я все же попрошу тебя об этой маленькой, незначительной вещи. Надеюсь ты зайдешь ко мне в гости, когда у меня будет свободное время. Думаю, ты помнишь, что я живу справа от внутренних ворот Шиганшины. Не заблудись и уж тем более не слови этих гадких клещей. Оденься более закрыто, а то трава там высокая. Твой друг, Дарья Каэде. P.S. Надеюсь письмо дошло до тебя Фух… Сколько проблем от пера… Благо однажды уже писала им. Неудобно от слова совсем. В этот момент дверь аккуратно приоткрылась. Медленно повернулась на этот звук, закрывая собой лист бумаги. На пороге стояла Рита. — Ты что-то рано — сказала я ей, заметив, как подруга тяжело выдохнула. — Быстро управились — ответила Рита, открывая шкаф и начиная искать что-то внутри. Пока она не смотрела, я быстро убрала письмо, не хотелось, чтобы кто-то случайно его заметил. Она закрыла дверцу шкафа, в руках у нее была баночка мази — нам ее однажды выдал старик из лазарета, когда мы зачистили к нему с мелкими травмами. — Я пойду, зайду в комнату Петры, а потом отнесу ей ее одежду, а заодно и нашу мазь — Рита повернулась ко мне с усталым выражением лица. — Зачем? — спросила я, уже полностью развернувшись и внимательно глядя на нее. — Один придурок толкнул ее и заодно облил грязной водой. Петра пошла в душ, а дальше отведу ее в лазарет, она шла прихрамывая. Чем быстрее используем мазь, тем лучше будет. — Поняла. Передать капитану, что ты опоздаешь? — спросила я. — Не, это же не займет много времени — ответила Рита и стала уходить из комнаты, но вдруг остановилась — Ах, да… Гюнтер просил передать, что ему и тебе приказано помочь отнести бумаги из кабинета обиженки. — Окей. Где находится кабинет нашего капитана, я помнила. Один раз уже были там, когда убирались. Четвертый этаж, а там дальше по Гюнтеру, если что, определю. Эх, надо управиться с этим до вечерней тренировки. Еще и так не хочется этих спаррингов, но даже если и будут они, то прошу! Только не Леви! Хватило прошлого раза. Честное слово, то избиение будет еще долго аукаться синяками. Так у него еще личные счеты с Ритой, как сказала Петра. Только почему еще и мне достается? Ирод! Накинув куртку, из-за которой становилось только жарче, быстро сбежала вниз и отдала письмо, а потом направилась к Леви. Преодолев лестницу, прошла до кабинета, как и думала, перед ней стоял Гюнтер. Как только я подошла к нему, парень постучал в дверь. — Войдите — послышался голос изнутри. Зайдя внутрь, я увидела нашего капитана за работой с бумагами: он был погружен в кипу документов. — Вы долго — сказал он без особого интереса — Вам нужно отнести эти бумаги Эрвину — он указал на стопку справа от себя — А те — передать Ханджи. Эрвину вручить лично; он должен быть в кабинете. Документы очкастой просто занесите и положите ей в лаборатории. — Есть, капитан — ответил Гюнтер и отдал честь, вытянувшись по струнке. — Капитан, простите, что отвлекаю — добавила я — Петра, скорее всего, повредила ногу и не сможет прийти на тренировку. — Откуда такая информация? — устало спросил он, прикрыв глаза, и, потирая переносицу. — Рита рассказала. Она говорила, что Петру случайно толкнули, поэтому она упала, и получилось так, как получилось. — Ладно — махнул он рукой — Идите. Мы с Гюнтером решили отнести документы сначала Ханджи. Оказалось, ее лаборатория находится в подвале здания. Когда мы подошли к двери лаборатории, нас встретил парень по имени Моблит. Он открыл дверь и помог нам пронести стопки документов внутрь: стол был настолько завален всякими бумагами и вещами… даже ностальгия нахлынула… У меня дома был такой же заваленный стол! Да, сочувствую тебе, Ханджи. Тебе придется много времени убить на то, чтобы разобрать его. Вернулись к кабинету капитана за оставшимися документами для Эрвина. Но их было много — придется идти еще раз за остальной частью. Значит, еще раз пройдемся через весь этаж — кабинеты находились довольно далеко друг от друга. Гюнтер еле-еле постучал в дверь. Ему повезло — нас сразу же впустили. Спасибо тебе, Эрвин, хотя и не от всей души. — Куда ставить? — спросил шатен. — На стол — Эрвин оглядел другие стопки бумаг на своем столе. С его стороны послышался тяжелый вздох. На выходе из кабинета заметила, что Эрвин хотел что-то сказать мне, но почему-то не решался. Встретившись с ним взглядами, чуть приподняла брови. Он же в свою очередь улыбнулся легкой улыбкой и покачал головой. Гюнтер все это время продолжал стоять почти рядом и придерживал дверь для меня. Пожав плечами, я вышла из помещения. В тишине вернулись обратно, где меня ждало маленькое огорчение, все-таки придется делать часть работы самостоятельно. — Гюнтер — произнес капитан, как только мы вошли — Держи эту бумагу. Нужно, чтобы на ней поставил подпись Дита Несс, вернёшь мне. Еще сходи на склад и помоги остальным разгрузить ящики с провизией. И, наконец, сходи в медпункт и узнай о состоянии Ралл, нечего верить словам чужачки — потом Аккерман перевел взгляд на меня — Сама донесешь оставшуюся часть бумаг. Узнаю, что ты что-то читала или украла, и ты знаешь, чем для вас это закончится. Последнее пропустила мимо ушей, просто кивнув, но вот слова про чужачку, чутка задели. Я вообще-то о Петре тоже беспокоюсь, и какой резон мне врать про ее состояние? Или он посчитал, что это я могла ей навредить и не договариваю? Ха… — Так точно, капитан — просто отдала честь и взяла стопки бумаг. Гюнтер тихо смерил меня подозрительным взглядом, чутка задев плечом. Это уже начинает вымораживать. Что ж раз я теперь осталась одна, то просто закончу с работой поскорее. Как и в прошлый раз, меня встретил Эрвин у двери. — А где твой помощник? — спросил он тихо и с легкой, но навязчивой улыбкой. — Его отправили на помощь другим — положила последние документы на стол и собиралась уходить. В этот момент меня остановили. — Каэде, есть вопрос. Я остановилась. Значит, все-таки проверяют. Ну и ладно. Там все равно нет ничего серьезного, так что ничего не обнаружат. — Какой? — спросила я, чуть приподняв бровь и скрестив руки на груди. — Когда следующая встреча? — он смотрел на меня так внимательно, словно пытался прочитать мои мысли. Ну что же, подыграю, может быть, тут смогу немного поиграться. — Командор, вы что, забыли? Я недавно говорила — через день. Видимо, вы слишком сильно заработались и забыли об этом — улыбнулась в ответ самой невинной из всех улыбок. Боже, дайте мне «Оскар» — тут умирает талант. Он немного задумался и взял со стола какие-то документы. — Наверное, ты права — сказал Смит спокойно — Передай их Леви. Только мои пальцы коснулись листа, как кисть перехватили и потянули на себя. Мужские пальцы медленно и аккуратно огладили бинт на моем пальце. — Где же ты успела пораниться? — спросил блондин внимательно смотря мне в глаза. — О бумагу — как ни в чем не бывало ответила ему — Столько листов носила, вот и порезалась. Ничего такого. Эрвин продолжал еще пару секунд внимательно смотреть мне в глаза, а потом опустил мою руку и протянул документы, который предназначался капитану. Я забрала их и вышла под все такой же пристальный взгляд голубых глаз. Блин сейчас вернусь и сто процентов что-то ещё подкинут. Открывая дверь, я столкнулась с новым недовольным взглядом капитана. Даже не удивилась. — Что это? — спросил он, смотря на документы в моих руках, прижимаемых к груди. — Командор просил передать. -Тц. Тогда чего встала столбом? Положи на стол и иди помоги с уборкой на третьем этаже. Я знала! Я, черт возьми, знала! Может, стоило просто протиснуть листы через дверную щель или передать через кого-то еще? Эх, ладно… Кивнула и быстро отдала честь, хотя на меня даже не смотрели. Побыстрее справлюсь с этим делом — не хочу больше опаздывать на тренировку. Все же на личном опыте убедилась: пропуск или опоздание на тренировку — означает потерять много нервных клеток и получить достаточно много синяков. Кстати, на самой тренировке я узнала: Петра действительно повредила ногу. Растяжение — поэтому две недели точно будет отдыхать от любых нагрузок и соблюдать постельный режим большую часть времени. Надеюсь, быстро восстановится и снова сможет радовать нас своими улыбками, по-настоящему добрыми. И ещё, Гюнтер, когда отчитывался, почему-то виновато на меня поглядывал, как и после… Неужто чувствует вину за недоверие?