⧖ Пляж ⧖

      Тихо шумела вода, волнами накатываясь на берег и превращаясь в белую пену. Разбиваясь на мелкие капли и опадая на песок. Так неспокойно, танцуя у самого берега более широкими гребнями и всё же отступая назад. Туда, где ей достаточно места, дабы разгуляться. Где шумный поток меняется на спокойную водную гладь и так до самой линии горизонта. Далеко на север.       И небо, покрытое румяными облаками и лёгким туманом, которое расстилается где-то наверху, едва переливаясь алыми и синими разводами. Но всё ещё остающееся золотистым, тревожным, просвечивающим звёзды и луну сквозь истончившуюся атмосферу. Словно кто-то разлил бензин во время дождя, размывая его по воздуху и заставляя наблюдать эти радужные разводы. И даже их прятал за собой этот туман, окрашенный в золото восходящего солнца.       Солнца в застывшем мире, которое всё ещё заставляло время идти, сменяя день на ночь и помогая ветру трепать листву в опустевшем мире. И это небесное тело — злая шутка самого времени, медленно выглядывало с левой стороны, освещая пляж, туман и воду своим светом. Заставляя сердце под скафандром трепетать, разгоняя обычно спокойную кровь.       Его пальцы коснулись пластиковой столешницы, которая была слегка занесена песком — ещё одно подтверждение, что время сломано не окончательно. Ещё одно подтверждение, что его хотят доломать…       Ступая ближе к кромке воды, Тадмавриэль оглянулся и магией притянул к себе один из шезлонгов, раскладывая его и после той же магией перетаскивая стол и раскрывая зонт над ним. Повелевая всем одной рукой и смотря с пафосом на мир. Так высокомерно, пусть этого и не было видно за затемнённым стеклом скафандра.       Даже если у него не осталось последователей и врагов. Тех, кто лицезреет его величие и не важно на какой они стороне были бы.       Но никого не было. Перестал появляться даже Смотрящий, который то и дело пытался заставить чувствовать себя некомфортно, беспрерывно глядя в глаза и прожигая своим холодом. Но даже “гляделок” со временем эльфу не хватало.       Ему нужен был кто-то, кто смог бы его обожествлять, поклоняться. Кто-то, свидетелем чьей истории он мог бы стать, сражались бы они или бы этот некто склонил свою голову перед его величием… А тот бы склонил, обязательно…       Но сейчас есть только он, пляж, море и гигантское солнце, которое смотрит на него своим большим золотым глазом. И всё.       Садясь на шезлонг, тихо вздохнул. Возможно, было бы можно отправиться в живую ветку, если бы он смог рассчитать координаты той, где у него ещё не было прямой конфронтации с его собственным эго. Возможно, но не сейчас. Пока что он умещается в неудобном скафандре и смотрит на море, прикрывая глаза. Осознавая, в каком на самом деле положении оказался и понимая, что обречён так жить вечность, если не придумает, как заполучить живую ветку и не появятся какие-то новые переменные, которые разнообразят его однотипный план действий.       Вечность в безвременье, без свободы, без власти.       — Жалкий конец, однако кто сказал, что я буду сдаваться? — усмехнулся мужчина, хмурясь. — Впрочем, даже так… Если не учитывать этих надоедливых мошек из Организации — весь мир, как на ладони. Вся мультивселенная принадлежит исключительно мне.       Тихий смешок. Растворяющийся во внешней тишине как и его собственные слова. Оглушающей, затянувшейся на долгие годы, в которой он постепенно начинал всё больше и больше искать музыкальные пластинки, отдавая предпочтение старому доброму винилу. Даже среди микросхем и кодов программ. Звук виниловой пластинки всё ещё был лучшим.       Но сейчас ни проигрывателя, ни пластинки под рукой не было, оставляя бессмертного наедине с природой. Волнами, ветром.       Властью над всей мультивселенной в его собственной ветке. Мёртвой ветке.       И это всё уже давно не имело никакого смысла.       А волны продолжали шуметь, ударяясь о берег и постепенно приближаясь всё ближе. Намекая на скорый прилив, который достанет и до его собственных ног. Смоет песок под шезлонгом, медленными волнами пропитывая последний своей влагой всё глубже. А ему лишь останется встать и уйти. Медленно, сложив руки за спиной, прекрасно осознавая где именно летают дроны и как можно пройти, дабы без проблем и усердий их избежать.       И он встаёт, когда приходит время. Ощущает, как золотистый туман медленно меняется на зелёный, заволакивая всё вокруг лишь сильнее. Проявляет куски концентрированного времени, собираясь в силуэт девочки с совочком и ведёрком, которая усердно строит замок; юную девушку, что загорает на солнце, лёжа на песке и аккуратно убрав лямки лифа со спины, дабы загар вышел более ровным. А у самой воды стоит старушка, склонившись над водой и помогая двухлетнему мальчику, который был едва ли не голый, искать ракушки.        И всё же — призраки. Бестелесные, безвольные. Такие же, как и другие, заполнившие этот город. Такие же, как и те, которые стоят около его бункеров, машины.       Но даже они скучны и однообразны. Всё такие же марионетки, что хуже даже тех, кого он подверг Очищению. Кого он мог бы спасти и кто мог бы жить и сейчас, если бы не эти две глупые пиявки, которые разрушили все его планы.       Если бы не Начало, которая поделилась своими последними силами, вместо того, чтобы попытаться выжить или отдать их ему…       Бессмысленно…       — И правда глупость, — спокойно заметил он, отворачиваясь от пляжа.       Отставляя шезлонг и столик ровно на их прежние места, вздохнул. Хрипловатый голос исчезал в зелени воздуха, а его настрой уносился ветром к небесам. Туда, где от неба до космоса осталась лишь едва заметная прослойка рваного озонового слоя. Туда, где была пустота и время.       Сломанное время, которое заставляло поступиться его своими принципами, позициями, растерять силы. Заставило стать раком в тесной ракушке убежища, в которую ему приходится возвращаться из раза в раз. Прятаться там, ведь время закончилось на втором мастоса.       Закончилось даже раньше, чем его жизнь…