3

Оливия, экзегеза моя, разматывает простыню — под тканью картина, и второй раз за вечер меня прошибает по позвоночнику: на портрете женщина, сломленная, измотанная, с глазами нежными, но неживыми, и образ этот совершенно не соответствует рассказам Сакса о супруге; это не портрет, это предсмертная записка.