"Инженер без страны" — рассказ Гротте, отца титана

Меня зовут Альбрехт Гротте. Я — инженер. Не солдат. Не шпион. Не идеолог. Я — человек, который всю жизнь верил в механику больше, чем в людей. В 1938 году я работал в Третьем рейхе над проектом, который казался безумием даже по меркам военного командования: сверхтяжёлый танк «Ratte». Монстр, весом в тысячу тонн. Башня от «Бисмарка», пушки, как на крейсере, броня — как грех. Я не спрашивал, зачем. Я просто строил. Металл не лгал, в отличие от генералов. Но с каждым днём я всё больше ощущал: эта машина не просто машина. Она смотрела на меня. Не глазами — массой, потенциалом. Я понимал: я строю не оружие, а судьбу. Когда проект был отменён, я вздохнул с облегчением. Но было поздно. Один из опытных прототипов — единственный, непубличный — был эвакуирован в секретной колонне. Вместе с ним — группа людей. В их числе — мальчик. Осиротевший, бесшумный, с руками, способными удержать винтовку в 14 лет. Я дал ему прозвище — "Ratte", в честь машины, которой он принадлежал. Но он не стал механизмом. Он стал больше. Я наблюдал, как он рос. Немой. Молчаливый. Но чувствующий. Я дал ему всё, что мог: технику, обучение, ремесло. А потом… я отпустил. Он исчез. Говорили — ушёл на Запад. Сражался за британцев. Стал солдатом не машины, а любви. У него появилась она — Матильда. Женщина, с которой он стал живым. Не бронёй, а человеком. Когда я узнал, что они выжили, что у них родился сын, я понял: я не создал оружие. Я, проклятый инженер из Рейха, создал защитника. Того, кто выбирал не убивать — а прикрывать. Не приказывать — а обнимать. Теперь я стар. Живу в скандинавской деревне. Стучу по дереву, а не по металлу. И каждый Новый год я ставлю свечу — не за нацию, не за победу, а за Ратте. Мальчика, который перерос свою броню.