Часть 1

      После уроков Валя возвращался из школы домой. Он был голодным — столовая в школе не работала, и он не успел поесть. Валентин не заходил в кафешки и не брал уличную еду; он не хотел тратить ни деньги, ни время. Сев на скамейку в парке, он вздохнул с облегчением, желая немного отдохнуть. В это время по городу бродил Марти, возвращаясь домой из практики. Замботто заметил Валю и, не раздумывая, подошёл к нему.       — Чего тебе, полудурок? — прорычал Валя, сквозь зубы сжимая челюсти.       — Валентин, почему сразу полудурок? — удивился Марти, приподняв брови.       — А кто ты ещё? Подсовываешь мне отраву! — с обидой произнёс Валентин, его голос дрожал от злости.       — Но я же не специально! У меня нет причин губить тебя, — уверял Замботто, его голос звучал искренне. — У тебя голодный вид.       — Столовка в школе не работала, — буркнул под нос Валя, отводя взгляд.       — Почему не можешь купить еду или зайти в кафе? — поинтересовался Марти, его голос был полон сочувствия.       — Я не доверяю уличной еде, — отрезал Валентин, его интонация была резкой.       — Тогда я хочу угостить тебя обедом, — сказал Марти, доставая ланч-бокс из рюкзака. Валентин с недоверием уставился на него.       — Я только что сказал, что не доверяю уличной еде, а ещё не доверяю твоей еде, — недовольным тоном произнёс гитарист.       — Но я же готовил сам, Валентин! — настаивал Марти, его глаза искрились надеждой.       — Надеюсь, ты там ничего не добавил? — с недоверием спросил одиннадцатиклассник.       — Валентин, я ничего не добавлял, — уверял Замботто, и Валя, наконец, сдался. Марти открыл ланч-бокс, и перед ними предстала аппетитная картина: рис, несколько кусочков рыбы, хлеб и свежие овощи. Валентин медленно взял вилку и осторожно попробовал рис.       — Ну, как? — с нетерпением спросил Марти, его голос трепетал от ожидания.       — Неплохо, — неохотно похвалил Валя, съедая ещё вилку риса и кусок рыбы. Вдруг его щеки стали красными, и он начал их почесывать.       — Так, побочные эффекты: покраснение, чесотка, — записывал Марти в тетрадь, его лицо было сосредоточенным.       — В смысле «побочные эффекты»? — не мог понять Валя, его голос дрожал от страха и недоумения. Он достал зеркало и увидел покрасневшие щеки.       — Урод! Что ты со мной сделал?! — закричал Валя, вскочив со скамейки, его сердце колотилось от ярости.       — Валентин, успокойся! Я проверял пищевую добавку, которую можно добавить в зерновые культуры, — пытался успокоить Марти. — На крысах таких побочных эффектов не было.       — А я что, хуже крыс?! — удивился Валентин, его глаза сверкали от гнева.       — У людей может быть разная реакция на добавки, — пытался объяснить Марти, его голос звучал мягче. Злость Валентина накипела, и он, не в силах сдержаться, начал бить Марти.       — Ты придурок, убийца, извращенец, урод, душегуб! — оскорблял Валя, его удары были полны ярости.       — Валентин, успокойся! — просил Марти, но его слова не достигали цели.       Тем временем по городу шагал Сергей Шнур, оживлённо разговаривая по телефону. Его голос звучал уверенно и весело.       — Короче, такая тема была, ты просто охуеешь! — хвастался он, улыбка не сходила с его лица. Но вдруг в воздухе послышались крики, полные паники.       — Я потом перезвоню, там кто-то кого-то убивает, — быстро отключил телефон Сергей и направился к источнику звука, его сердце забилось быстрее от любопытства.       Между тем, Валентин злобно смотрел на Марти, его дыхание было тяжёлым, как будто он готов был взорваться от ярости.       — Валентин… — попытался оправдаться Марти, его голос дрожал от страха, словно он стоял перед неумолимым судом.       — Замолчи! Я не хочу тебя слышать, фармацевт недоделанный! — шипел сквозь зубы Валя, его глаза горели ненавистью. В этот момент к ним подошёл Сергей и, увидев покрасневшие щеки Вали, не удержался от смеха.       — Ёб твою мать! Я себе как-то так это представлял! — смеялся Шнур, его смех резонировал в воздухе, как будто он наслаждался зрелищем.       — Очень смешно, Сергей Алкашевич. Я чуть не умер, а вы смеётесь! — расстроился Валя, его голос звучал подавленно, как будто он был на грани слёз. Марти, глядя на Сергея, не мог понять, кто он.       — А кто это? — спросил он, его лицо выражало недоумение.       — Сергей Алкашевич — учитель-алкаш пятого разряда и профессионал по водке и матам, — ответил Валя, его голос всё ещё дрожал от злости. Валя, не дождавшись ответа, пошёл домой, а Марти, словно привязанный, последовал за ним. Сергей, смеясь, шагал следом, как будто это было его личное представление.       — Валюха, а что с тобой произошло? — смеялся учитель, его глаза искрились от веселья.       — Этот извращенец, якобы студент-практикант, напичкал свою еду отравой и хотел убить меня! — жаловался Валентин, его голос полон отчаяния и страха.       — Что ты говоришь, Валентин? Я же не знал, что такая будет у тебя реакция на пищевую добавку, — оправдывался Марти, его голос звучал искренне, но с нотками паники.       — Ага, конечно, — не верил Валя, его лицо искажалось от гнева.       — Ебать копать, какие страсти происходят! — смеялся учитель, его смех звучал как гром среди ясного неба. — Студент-убийца!       — Что вы говорите, Сергей Алкашевич? — не верил Марти, его голос звучал растерянно.       — Он знахарь-долбонавт! — жаловался гитарист, его глаза были полны страха.       — Ух ты, надо записать, — достал блокнот Шнур. — Знахарь-долбонавт, — записал он и убрал блокнот. — А ты в детстве птичкам шею не ломал? — спросил он у Замботто, его голос был насмешливым.       — Нет, конечно. Чего вы решили? — спросил студент, его голос был полон недоумения.       — Я понял, что ты приехал сюда убивать птиц. Так ты душегуб и живодёр, — заключил учитель, его глаза сверкали от веселья.       — Что вы несёте? — не верил ушам Марти, его лицо искажалось от недоумения.       — Домогался до меня в трамвае, усыпил меня снотворным и унёс к себе домой, моего брата чуть не угробил, пьяный в квартиру в мою залез, а потом отравил меня едой! — перечислял Валя, его голос звучал полным отчаяния. — Он хочет убить меня! Изобретает яды в фармацевтической компании!       — Да ты что? Что мы делаем на практике в компании? Изобретаем орудия убийства? — с сарказмом произнёс Сергей, его тон был полон насмешки, а на губах играла ухмылка. Он, казалось, искренне наслаждался этой ситуацией, как будто это было нечто забавное, а не трагедия для Валентина.       — Вы ещё с ним разговариваете? Гнать таких надо знахарей-долбонавтов! — с горечью в голосе воскликнул одиннадцатиклассник, его глаза сверкали от гнева. Он не мог понять, как можно шутить, когда друг в бедственном положении.       — Сергей Алкашевич, хватит уже! — с отчаянием в голосе произнёс Марти, его лицо искажалось от тревоги. Он чувствовал, как накаляется обстановка, и пытался спасти Валю от дальнейших унижений.       — Это за все его грехи, как и ему брату, на уроках химии и биологии! — с весёлым смехом добавил Шнур, его слова звучали как колокольчики, но в этом смехе не было ни капли сострадания. Он наслаждался тем, что мог подшутить над Валей, не осознавая, насколько это было жестоко.       — Сергей Алкашевич, так нельзя же! — умоляюще произнёс Замботто, его голос звучал, как будто он просил о пощаде. Он понимал, что Валентина мучает не только физическая боль, но и унижение.       Тем временем на тротуаре возле машины стояли Хярийа и Кярийа. Они заметили Валю с красными щеками и обменялись обеспокоенными взглядами.       — Ё-моё, Валя, что с тобой? — спросил Йере, его голос был полон тревоги, как будто он увидел друга в бедственном положении. Его инстинкты подсказывали, что что-то не так.       — Знахарь-долбонавт отравил меня, — жаловался Валентин, его глаза были полны слёз, а голос дрожал от страха и обиды. Он чувствовал себя измождённым, как будто его душу растерзали на части.       — Щёки красные. Тебя надо домой довезти, — заключил Хярийа, его голос звучал решительно. Он был готов прийти на помощь, как настоящий друг, и не собирался оставлять Валю в этом состоянии. Валя, чувствуя себя измождённым, сел в машину вместе с Томи и Йере. Сергей и Марти подошли к автомобилю, и атмосфера накалилась.       — Ладно, до скорого, Валюха. Хорошего выздоровления и удачных похорон, — с иронией пожелал Шнур, его слова звучали как колкость, от которой Валя разозлился ещё больше. Он не мог поверить, что кто-то может быть так жестоким. Хярийа завёл машину, и они уехали к дому Лещинских, оставляя за собой смех и насмешки, которые словно застряли в воздухе, как ядовитый дым.       — Сергей Алкашевич, это было некрасиво! Валентину плохо, а вы шутите! — сказал Марти, его голос звучал с укором. Он чувствовал, что его слова не найдут отклика в сердце учителя, но всё же пытался защитить Валю.       — Да, ладно тебе. Валя и Даня, как кошки, девять жизней у них, — усмехнулся Сергей, его смех звучал беззаботно, но в этом звучании не было ни капли понимания. Он продолжал идти дальше, не замечая, как его слова ранят Валю.       Тем временем Хярийа подвёз Валю до дома. Валентин вышел из машины, чувствуя себя измождённым и униженным. Он не хотел, чтобы кто-то видел его в таком состоянии. На скамейке сидели Генри и Теему, и, увидев Валю с красными щеками, они не удержались от смеха.       — Валя, а где ты так покраснел? — смеялся Генри, его голос звучал насмешливо, как будто он наслаждался чужой бедой. Это было как нож в сердце Валентина, который и так уже чувствовал себя опустошённым.       — Замолчите, упыри! Мне и так плохо! — крикнул Валентин, его голос раздался, как гром среди ясного неба, полон ярости и боли. Он резко развернулся и, не дождавшись ответа, стремительно вошёл в дом, оставляя за собой смех и насмешки, которые, казалось, преследовали его даже на пороге.