Третий уровень: вирус

Гермиона едва успела перевести дух, когда люк корабля захлопнулся за ними, отсекая погоню. Красные огни сканеров ИСБ ещё мелькали в иллюминаторах, как глаза голодных зверей, но двигатели уже ревели, вырываясь из доков. — Держись! — Малфой швырнул её в кресло пилота, его пальцы мелькали над панелью управления. — Пристегнитесь, если не хотите размазаться по потолку. Корабль рванул вперёд, и Гермиона вжалась в сиденье. В глазах помутнело — нагрузка на организм за последние сутки была колоссальная. — Рон?! — крикнула она, пытаясь перекричать гул. Тот сидел в углу, сгорбившись. Его кибер-рука дёргалась, как в припадке, а по жёлтым прожилкам пробегали алые импульсы — словно по венам текла не энергия, а кровь. — Всё... в порядке, — он выдавил улыбку, но его глаза были пусты. — Просто... перегрузка. Драко резко обернулся. Его искусственный глаз сузился, сканируя Рона. — Он врёт! И тогда рука Рона, словно жила отдельно от тела-носителя, дернулась, вскинув лезвие, скрытое в запястье. Рон молниеносно отстегнул ремни и бросился в сторону Грейнджер. — Прости! — Он застонал, но рука уже занеслась для удара... Лезвие просвистело в сантиметре от горла Гермионы, вонзившись в обшивку кресла. Искры брызнули ей в лицо, ослепляя на секунду. — Держи его! — Драко бросился к ним, имплант в его руке зашипел, заряжаясь ядовито-зелёным. Глаза сузились. Не промахнётся. Гермиона увидела это — поняла: он целится в сердце. — Нет! — она рванулась вперед, отстегиваясь и с треском выпуская импульс. Силовое поле ударило Рона в грудь, отшвырнув к стенке, но его рука уже разворачивалась для нового удара. — Он не контролирует себя, — выдохнула она. — Смотри! На запястье Рона, где обычно отображался магический заряд, теперь пульсировало чужеродным кодом — строки чисел, в которых в каждой строке мелькало: «Протокол 12». — «Очищение», — прошипел Драко. — Они вживили ему детонатор. Если не отключим — он взорвётся. Рон скрючился, его зрачки сузились до точек. — Я... не могу... — он схватился за голову. — Они в моей голове! Внезапно его кибер-рука дёрнулась и... начала печатать сообщение на полу. «БАР. 73» — Что за дерьмо? — Драко нахмурился. — Это не ИСБ... — Гермиона пригляделась. — Это Гарри. Он оставил сообщение в Роне! — Поттер, который хочет подорвать своего дружка? Ты уверена? В этот момент корабль тряхнуло — снаружи прогремел взрыв. — Твою ж..! — Драко рванулся к панели управления. — У нас три минуты, максимум. — Как отключить его руку?! — крикнула Гермиона. — Порт у позвоночника. — скрипя зубами, сказал Драко. – Резать. Рон застонал и потерял сознание. — Грейнджер… Я не даю гарантий, что… — Делай! Живо! Гермиона взглянула на Драко. Он кивнул. — Придётся раздеть его, - сказал Малфой, и в его голосе впервые прозвучало что-то кроме холодности. Почти сожаление. Драко рванул застёжку на груди Рона. Ткань комбинезона с хрустом расстегнулась, обнажив бледную кожу, испещрённую шрамами от старых модификаций, по большей части не совсем удачных. У основания позвоночника тускло светился порт — квадратная пластина с дюжиной микроскопических разъёмов. — Держи его. — Малфой швырнул Гермионе нейрошокер. — Если очнётся — бей током. Его пальцы скользнули по панели порта. Кибер-рука Рона дёрнулась, словно почувствовав угрозу, и лезвие выскользнуло из запястья, нацелившись Драко в горло. Сам Уизли все также был без сознания. — Чёрт! Гермиона впилась пальцами в плечо Рона. Его тело горело — температура зашкаливала, будто вирус пожирал его изнутри. — Рон, слушай мой голос! — она прижала ладонь к его щеке. — Ты в «Трех метлах», помнишь? Мы с Гарри... Рон с усилием приоткрыл глаза. Его зрачки дёрнулись, на секунду став осмысленными. — Гер...миона? — голос хрипел, как сломанный радиоприёмник. — Отре...жь её... Драко не стал ждать. Резким движением вонзил нож в щель между позвонками и портом, но пластина не поддавалась – словно кости срослись с металлом. Из разреза брызнула мутная жидкость, пахнущая озоном. Еще с одним усилием пластина с треском поддалась. Помещение наполнилось нечеловеческим криком Рона. Его тело забилось в конвульсиях, пальцы скользили по полу, оставляя кровавые полосы. Рон закатил глаза, его тело обмякло. Экран корабля взорвался предупреждениями: [ОБНАРУЖЕН ВИРУСНЫЙ КОД] [ЗАПУСК ПРОТОКОЛА 12: 00:00:29...] — Двадцать девять секунд до детонации! Не вышло! — закричал Драко. Корабль вздрогнул, как живое существо, когда голосовая система объявила: *"Протокол 12 активирован. Подготовка к процедуре экстренной эвакуации."* Гермиона инстинктивно вцепилась в подлокотник кресла Рона, когда искусственная гравитация начала давать сбои. Мелкие предметы - инструменты, обломки пластин, капли охлаждающей жидкости - замерли в воздухе, образуя странные узоры. "Чёртовы..." - Драко не закончил фразу, когда все системы корабля одновременно перезагрузились. На мгновение воцарилась абсолютная темнота, нарушаемая только тревожным мерцанием аварийных огней. Затем экраны ожили, заполненные новыми сообщениями: [АКТИВИРОВАНА СИСТЕМА ЭВАКУАЦИИ] [ЗАПУСК ПРОЦЕДУРЫ "ФЕНИКС"] [ПОДГОТОВКА КАПСУЛ К ОТДЕЛЕНИЮ] Рон внезапно зашевелился. Его глаза открылись, но зрачки были неестественно расширены, почти полностью чёрные. Когда он заговорил, его голос звучал странно модулированно: "Координаты... установлены... 'Сломанный Метеорит'... Вы должны... успеть..." Драко второй раз за последний час направил на Рона имплант, заряжая его ядовито-зеленым: — Он канал передачи. Я должен... В этот момент корабль содрогнулся от мощного удара. Корпус взревел, как раненый зверь. В иллюминаторе, затянутым дымом, медленно проплывала тень. Черный, как Космос, крейсер «Нарцисса». На борту знак Малфоев: серебряный змей, сжавший планету в кольцах. — Отец. — Драко побледнел. — Он нашёл нас. «Он никогда не простит мне побега». — Нет времени! — крикнула Гермиона. — Протокол 12 - это не просто очищение. Это... Её слова прервал оглушительный грохот. Капсула аварийного отделения, в которой они находились, оторвалась от основного корпуса корабля. Искусственная гравитация отключилась полностью, и их бросило к потолку. Последнее, что увидела Гермиона перед тем, как сознание начало уплывать - это Рона, чьи глаза наконец обрели осознанность. Его губы сложились в два слова, которые она едва разобрала по губам: "Он жив." Затем мир взорвался белым светом, и капсула с оглушительным рёвом устремилась прочь от корабля, оставляя за собой лишь шлейф ионизированного газа и миллионы вопросов без ответов.