Глава 5

Воздух в гостиной выл и трещал, разрываемый протекторной пушкой. Лучи, похожие на сфокусированные звуковые волны, били в Пожирателей, заставляя их корчиться в немом крике. Их тела, сотканные из времени, колебались и расплывались, как отражение в бушующей воде. Роза перевела взгляд на Доктора, всё ещё лежащего без сознания на полу. Он был бледен, и на его висках проступили капельки пота., пока его человеческий двойник воплощает в действие финальную часть их плана… — Как только они достаточно ослабнут, в дело вступаешь ты, — сказал Доктор своему метакризису и протянул протекторную пушку. Тот взял прибор и покрутил его со всех сторон. — Всасыватель хронометрической энергии, — с ученым видом пробубнил второй Доктор себе под нос, — он сможет расщепить и вернуть всю энергию, которую они впитали. — Это ещё как? — нахмурилась Роза, с недоверием косясь на устройство, напоминавшее модифицированный паяльник. — С помощью него все чужие воспоминания и измененные линии времени, которые они заберут у Доктора и забрали раньше у других, превратятся в осязаемые частички и втянутся в аппарат. — Как пылесос? — неуверенно предположила Роза. — В яблочко, — Доктор улыбнулся и указал пальцем в воздуху, словно попал в невидимую мишень. — Это ослабит их до такой степени, чтобы мы смогли связать их и отправить восвояси в другие миры. — Или убить, — задумчиво добавил метакризис Доктора. Повисло тяжелое молчание. Роза и Доктор встретились взглядами, и в её глазах он прочел тот же ужас, что кольцом сжал его сердца. — Мы больше не будем никого убивать, — твердо произнес Доктор, обращаясь к своей копии, — и ты должен вовремя остановиться. Остановиться, Доктор. Роза смотрела, с каким жестким выражением лица он высасывал энергию у пожирателей и почти упивался их страданием, наблюдая, как они высыхают и становятся дряблыми версиями самих себя. Выражение его лица — сосредоточенное, почти упоенное их агонией, с тонкой улыбкой на губах — было до боли знакомо. Таким же она видела его в кошмарном видении, где он крушил миры. «Нет. Только не это», — пронеслось у неё в голове. Она бросилась вперёд, подбежала к нему сзади и вцепилась пальцами в его плечи, тряся его. — Хватит, Доктор! Они уже достаточно слабы! Довольно! — кричала она, но он был словно за каменной стеной, нечувствительный к ее мольбам. Пожиратели уже почти не издавали звуков. Их плоть, лишенная временной энергии, начала обвисать, темнеть и плавиться, обнажая на мгновение призрачные очертания скелетов. Отвратительный запах гари и озона заполнил комнату. Роза не знала, какие слова могли бы до него достучаться. Она просто билась о его непробиваемую спину, пытаясь сдвинуть его с места. И в тот миг, когда один из Пожирателей уже начал рассыпаться в пыль, её осенило. Она поняла, что надо делать. Сцепив зубы и набрав в лёгкие воздух, она рванулась с места и встала прямо на линии огня, между лучом и его целью. Ударная волна отшвырнула ее, как тряпичную куклу. Боль, острая и всепоглощающая, пронзила каждую клеточку её тела. Ей показалось, что все кости разом превратились в осколки. Услышав ее истошный вопль, настоящий Доктор резко очнулся. — РОЗА, НЕТ! — его испуганный крик раздался по всей комнате. Он пулей ринулся вперед, накрыл её своим телом, сбив с ног, и они оба рухнули на пол. Второй Доктор, увидев это, выпустил пушку из рук, как раскаленный уголь. Прибор с глухим стуком откатился в угол. Его руки тряслись. Он смотрел на Розу, лежащую на полу, и в его глазах читалось неподдельное отчаяние. — Роза… — тихо произнес он и в ужасе закрыл лицо руками. Девушка лежала, накрытая телом Доктора, и тихонько постанывала. Повелитель времени как будто замер, пытаясь осознать происходящее. После транса пожирателей он еще не до конца пришел в себя и, честно говоря, не был уверен, что хочет возвращаться в такую реальность. — Я… я смогла его остановить, — прошептала она, пытаясь улыбнуться, но её губы исказила гримаса боли. — Тссс, ничего не говори, — он прижал палец к её дрожащим губам. Глядя на ее побелевшее лицо, он почувствовал, как внутри закипает слепая, всесокрушающая ярость. — Ты, — повернулся он к своему метакризису, и его голос трясся от злости, — ты должен был её защитить! Что же ты сделал?! Он приподнялся, сжав кулаки, готовый обрушить на него всю свою боль и гнев. Но Роза, собрав последние силы, схватила его за локоть. Одно это прикосновение, такое твердое и при этом мягкое, слабое, в секунду остудило его пыл. — Нам опять надо прощаться, верно? — тихо выдохнула она. В глазах Доктора застыли слезы. Одно дело оставлять ее жить свою счастливую, как он надеялся, жизнь, но жить во Вселенной, где ни в каком из миров больше нет Розы Тайлер — нет, такого он не мог представить даже в кошмарах. В отчаянии он приник головой к её груди, слушая, как её сердцебиение становится всё слабее. Роза запустила пальцы в его густые волосы и нежно погладила его по голове. — Я — Повелитель Времени, — его голос был полон горькой иронии, — а сейчас больше всего на свете я хочу, чтобы время перестало существовать. Второй Доктор, все это время безмолвно, будто в оцепенении, наблюдая за ними, пришел в себя. Отрывочные воспоминания собрались в один стройный узор, и ему пришел ответ. — А если мы сможем это сделать? Доктор медленно поднял на него тяжелый взгляд. — О чем ты? — Помнишь украденную Землю? Где далеки ее спрятали? — На одну секунду позже остальной Вселенной, и что? — Мы можем спрятать ее на одну секунду раньше остальной Вселенной и с помощью энергии звезды зациклить время. Доктор приподнялся и сделал несколько резких шагов по комнате, чтобы разогнать кровь в мозгах и проанализировать его слова. Возможно ли то, что он предлагал? Технически да, но... — Это уничтожит звезду! А если мы зациклим время на слишком долго, то можно сжечь целую галактику. — Нам нужно время. Чтобы придумать, как ее спасти. — Дьявол, — почти прорычал Доктор и зарыл руки в волосы. Снова приходится выбирать между Вселенной и этой девушкой. Выбор, как всегда, казался невозможным, пока он не посмотрел на Розу, из которой уходило последнее дыхание жизни. — Ааа, к черту, давай. Он аккуратно, как хрустальную вазу, поднял Розу на руки. Она бессильно уткнулась лицом в его грудь, что-то бормоча про глупого пришельца. А он думал лишь о том, что нужно успеть. Успеть до конца. Уже зайдя внутрь ТАРДТМ, Доктор вспомнил, что оставил отвертку в доме. Отправляться в другое пространственное измерение без такого важного прибора казалось рискованным, и он отправил своего двойника вернуться за ней. Добыв потерянную отвертку, второй Доктор, сбиваясь с ног, летел обратно спасать Розу. Но ему резко преградили путь. — Торопишься куда-то? Это была та самая блондинка с синими глазами, которая представилась Повелительницей Времени. Она с видом воина преградила ему путь. В другой бы раз он задал ей кучу вопросов, но сейчас ему совсем не хотелось терять время. — Давай поговорим в другой раз, — бросил он, пытаясь обойти её. Она щелкнула пальцами. Двери ТАРДИС с оглушительным лязгом захлопнулись прямо перед его носом. Он дёрнул ручку раз, другой, но дверь ни в какую не поддавалась. — Прости, но тебе не стоит там быть, — сказала девушка за его спиной. — Как тебе вообще это удалось? — недоумевал Доктор. — Только Доктор способен так управлять ТАРДИС. Кто ты на самом деле? Она склонила голову набок, ожидая, пока он догадается. Но, поняв, что придется ждать слишком долго, все же решила представиться. — Меня зовут Мия. В это же время Доктор, который находился с другой стороны запертой ТАРДИС, тоже пытался открыть дверь, но машина времени ему не подчинялась. — Черт, сначала застряла, теперь это, — раздраженно процедил он. Решив, что у них нет времени на технические неполадки, и придется лететь без своего клона, он вернулся к панели. Пальцы взлетели над клавишами, выставляя координаты. Он дернул за рычаг, и ТАРДИС содрогнулась,, завыв протестующим скрежетом. Розу отбросило к поручню, и она вцепилась в него, чтобы удержаться на ногах. — Доктор, я не уверена, что это хорошая идея! — крикнула она, едва переводя дух. И, почувствовав странный прилив сил, добавила: — И кажется, мне уже лучше. — Это из-за аккумуляции остатков энергии, такое бывает после хронооблучения, но, увы, эффект временный. Временный. Это главное, что она поняла из его ученой речи. — И сколько же у нас времени? ТАРДИС еще раз содрогнулась, а потом резко замерла. Доктор посмотрел на экран. Координаты показывали местонахождение *-1 секунда от Вселенной*. — Пока мы здесь, времени нет. Роза пригляделась. Она думала, что когда время зацикливается, это ощущается как-то по особенному. Но всё выглядело обыденно и оттого жутковато. Единственной аномалией был сам Доктор— невероятно встревоженный, почти испуганный. — Ты говорил, что так можно сжечь звезду и галатику… — Да, поэтому я должен придумать способ спасти тебя раньше. Роза смотрела на него с тихой улыбкой. Ей всегда нравилось наблюдать, как работает его мозг, как он, словно фокусник, извлекает из рукава невозможные решения. В такие моменты он казался ей особенно очаровательным. — Доктор... — нерешительно начала она, делая шаг к нему. — Роза... — ответил он ей в тон, и в его голосе прозвучала вся вселенская усталость. И в этот миг время и впрямь замерло. Не из-за временной петли, а между ними, в сантиметрах, отделяющих их друг от друга. — Ты же понимаешь, что меня невозможно спасти? — Неправда! — возразил он. — Вариантов очень много! Я мог бы договориться с самими Пожирателями, выторговать изменение твоей временной линии! Правда, с учетом текущих... осложнений, будет сложновато, но... Он говорил, сыпля теориями, гипотезами, возможностями, одна была невероятнее другой. Умнейшее существо во Вселенной отчаянно отказывалось принять простой, горький факт: её история подходила к концу. И, стоя на самой окраине бытия, с самым важным человеком, вернее, пришельцем в своей жизни, она хотела не чуда. Она хотела правды. Роза резко схватила его за рукав, заставив замолчать. — Хватит, Доктор, — сказала она тихо, но так, что каждое слово прозвучало оглушительно. — Ты спасаешь меня, я спасаю тебя, пока кругом рушится реальность. Я устала. Устала от этого бега. Я никогда ни о чем не просила тебя по-настоящему. И прошу лишь сейчас... Хоть ты и не человек, давай просто... попрощаемся. По-человечески. Он смотрел на нее несколько секунд, и в его глазах бушевала буря. Затем взгляд стал пронзительным, острым, будто он видел её насквозь. — Ты врешь, Роза Тайлер. Ты не хочешь, чтобы я вел себя как человек. Она проморгалась, пытаясь понять, послышалось ей или нет. Это что же, Доктор пытается уличить ее в лжи? В такой момент? — О чем ты говоришь? — спросила Роза, даже не скрывая замешательства на своем лице. Он тяжело вздохнул, прошелся по кругу, засунув руки в карманы, и снова остановился перед ней. — Я уже оставил тебе человека, причем свою точную копию, и что ты сделала? — И что же я сделала, Доктор? — она скрестила руки на груди, и в её позе читался вызов. Сердце бешено колотилось. Вот он и показал свои карты. — Да, я видел. Видел всё, что творилось в голове твоего... возлюбленного, — это слово он произнес с легкой, но заметной гримасой. — Прости, вышло случайно. — Ну, конечно, случайно, — ядовито бросила она. — Знаешь, чего я не понимаю? — он проигнорировал ее сарказм. — Я дал тебе всё, о чем ты, казалось бы, мечтала. А ты... ты всё равно винишь меня. Волна негодования смыла все остальные чувства. — Ты правда думаешь, я этого хотела? — голос её сорвался, в нем звенели слезы и гнев. — Чтобы ты бросил меня в параллельном мире с твоей копией? — А какая была альтернатива? — он широко развел руками. — Ждать, пока ты умрешь у меня на руках, когда на нас обрушится весь флот Далеков? Или смотреть, как твое тело превратится в прах? — Да лучше сто раз умереть на твоих руках, чем прожить одну жизнь без тебя! — выкрикнула она и тут же осеклась, поняв, что сказала слишком много. Сказала тому, кто в данный момент этого не заслуживал. — Знаешь, я почти смирилась с тем, что тебе проще запереть меня в другой вселенной, чем признаться в своих чувствах и позволил себе кого-то любить. Но не делай вид, что ты сделал это ради меня. — Признаться в чувствах? — он крикнул, и его руки взметнулись в театральном жесте. — Да запросто! Хоть сейчас! — Что ж, — она выпрямилась, глядя ему прямо в глаза. — Я жду. Между ними возникла пауза. Роза почти перестала дышать, ожидания, что он все-таки скажет то, что не смог произнести в Бухле злого волка. И снова, как тогда, он молчал. Горькое дежавю сдавило горло. — Я тебя люблю. Доктор сказал это тихо, почти шепотом. Она могла бы подумать, что ей послышалось, но могла поклясться, что видела движение его губ. — Что, прости? Доктор недовольно закатил глаза. — Прекрати, ты слышала. — Не-а, — она покачала головой, и уголки её губ дрогнули. Он понял. Понял ее игру и был готов подчиниться. Сделал два неспешных шага, и вот он уже рядом, так близко, что чувствует её прерывистое дыхание и видит, как бегают её глаза. Он медленно, почти мучительно медленно, наклонился к её уху. Губы едва коснулись мочки, и она вздрогнула. — Я… Его дыхание, теплое и влажное, обожгло кожу. — Тебя… Она прикрыла глаза, её пальцы вцепились в грубую ткань его пиджака. — Люблю... Роза развернулась к нему, и их лбы соприкоснулись. Губы оказались в сантиметре друг от друга, они дышали одним воздухом, смешанным со слезами и желанием. Никто не решался сделать последний шаг, пересечь последнюю черту, которую они сами же и провели. В конце концов, их губы сами потянулись друг другу, сливаясь в единую феерию. Внизу разлилось приятное тепло, которое все нарастало и нарастало с каждым движением. Доктор схватил её за талию и, не отрываясь, приподнял в воздухе. Она инстинктивно обвила его ногами и вцепилась пальцами в его густую шевелюру. Он двинулся вперед, пока её спина не уперлась в холодный металл главной консоли. Одной рукой он нащупал рычаг и поставил блок на кнопки, а другой посадил её прямо на панель управления. Она стащила с него пиджак, и тот бесшумно упал на пол. Затем её пальцы, дрожащие и нетерпеливые, принялись расстегивать пуговицы его рубашки, одна за другой, обнажая кожу, холодную и горячую одновременно. А он в это время уже скользил ладонями под ее кофтой, исследуя каждый позвонок, каждую впадинку, и каждое его прикосновение рождало на её коже целую армию мурашек. Оставшись почти обнаженными в прохладном воздухе консольной комнаты, они ненадолго оторвались, чтобы перевести дух. Она провела рукой по его растрепанным волосам, сметая вековую пыль галактик. Он смотрел на её запекшиеся, покрасневшие губы, прижимаясь грудью к её груди, чувствуя бешеный стук ее сердца, вторивший ритму его собственных двух сердец. — Роза, я... — начал он, но она мягко и решительно прикрыла его рот ладонью. Ей не нужны были слова. Ни сейчас. Он понял. И, всё ещё в плену её ладони, стянул с нее последние остатки одежды. Через мгновение они слились воедино. Он двигался в ней, крепко держа её за бедра, впиваясь пальцами в кожу. Она убрала руку с его губ и запрокинула голову, обнажив горло. Доктор принялся покрывать её шею и ключицы дорожкой жарких, влажных поцелуев, заглушая её сдавленные стоны. Она водила руками по его спине, оставляя на коже тонкие, красные полосы, а грохот двух сердец отдавался эхом в её собственной груди, сливаясь в один безумный ритм. Он ладонью обхватил её подбородок, притянул её лицо к своему и простонал её имя прямо в губы, и эта вибрация, низкая и гортанная, добила её, выбросив в черную бездну эйфории. Когда всё закончилось, они сползли на холодный металлический пол, не в силах пошевелиться. Роза уткнулась ему в грудь, а он нежно гладил ее по волосам. Он нежно, почти с благоговением, перебирал её волосы. Какое-то время они просто лежали молча, зная, что любые слова могут оборвать эту незримую связь, которая образовалась между ними. — Представляешь, а у нас могла быть дочь… Его рука в её волосах замерла всего на секунду, едва заметно, но она это почувствовала. Затем пальцы снова продолжили своё движение. — Не здесь, в другой Вселенной или другой ветки вероятности, не знаю,— поспешила объяснить Роза, — я видела это в твоей голове. — А что... что именно ты видела в моей голове? — его голос прозвучал приглушенно, уткнувшись лицом в её волосы. И она рассказала ему все, стараясь не упускать ни единой детали. Рассказала, как он учил ее управлять ТАРДИС, как они играли со звуковой отверткой. Его эмоции менялись на протяжении его рассказала: сначала он улыбался, несколько раз даже рассмеялся, а когда она дошла до смерти Доктора от рук собственного метакризиса, тот всерьез помрачнел. — И когда я вернулась в реальность и увидела, как он... как он уничтожал Пожирателей, — голос её дрогнул, — с такой... холодной ненавистью... я поняла, что должна его остановить. Он сидел, опустив голову на колени, его пальцы с силой впились в собственные виски. — Ценой собственной жизни, — тяжело произнес он, вспомнив, что та живая Роза, которая сейчас перед ним, скоро исчезнет. Он снова поднял на неё взгляд, и его глаза были стеклянными от непролитых слез. Повелитель Времени, который видел, как умирают звёзды, не был готов принять смерть своей любимой. — Ты всегда была куда храбрее меня, Роза Тайлер. Роза обхватила его лицо руками и посмотрела прямо в его бездонные древние глаза. Где-то она же видела их, но все ускользало. — Я уже говорила тебе, что думаю о смерти, — её шёпот был едва слышен, губы дрогнули в попытке улыбнуться. — Лучше сто раз… Она не договорила, просто притянула его к себе, прильнув к его губам в поцелуе, который был горьким от слёз, его ли, своих ли, она уже не различала. Он ответил с той же отчаянной силой, впиваясь пальцами в её спину, словно боялся, что она исчезнет прямо сейчас, в эту секунду. Они тянули время, как преступники, жадно наслаждаясь каждой прожитой вместе секундой, словно изголодавшиеся звери. Но тиканье невидимых часов отдавалось в висках Доктора громче, чем гул ТАРДИС. Жечь галактику, чтобы продлить агонию? Даже он не был настолько эгоистичен. Доктор никогда так долго не вводил координаты и не готовил ТАРДИС к полету. Он старался лишний раз не смотреть на Розу в этот момент, это слишком больно, будто он убивает ее собственными руками. Он подошёл к консоли, и его пальцы, обычно порхающие по кнопкам с безупречной точностью, теперь были неуклюжими и тяжелыми. Он вводил координаты так медленно, будто набирал их впервые, чувствуя её теплый и грустный взгляд на своей спине. Доктор впервые мечтал, чтобы ТАРДИС застряла и сбилась с пути, навсегда оставив их с Розой в этой петле. Но вместо этого она послушно приземлилась в заданных координатах, туда, откуда они и прилетели. В ней еще сохранилась временная дискоординация, и пока Роза находилась в ее стенах, смерть не приближалась. Он хотел запереть двери, объявить весь мир вне закона, просто сидеть и держать её за руку, пока… Но Роза первая направилась к выходу. Её движение было решительным, без намека на колебание. Она шла навстречу судьбе с высоко поднятой головой. — Двери, они в прошлый раз сломались, — вспомнил Доктор о внезапной поломке, хватаясь за последнюю соломинку. Она дернулу ручку, и та сразу поддалась. Струя свежего, настоящего воздуха ворвалась внутрь, смывая хрупкие чары временной петли. — Роза, — сказал он, не желая ее отпускать. Она смотрела на него таким же стеклянным взглядом, задней мыслью усмехнувшись с того факта, что в первый раз она уходит от него, а не от нее. — Я хочу успеть попрощаться с ним, — ответила она. Несмотря на внезапную и такую приятную близость с ее Доктором, Роза все еще хотела увидеть человека, который был рядом целый год и перед которым она так сильно чувствовала себя виноватой. С этими словами она открыла дверь и вышла наружу. Впереди, буквально в паре метров от нее, ждал встревоженный Доктор. Увидев ее, он как сумасшедший сорвался места и рванул к ней, держа одну руку в кармане, будто придерживая что-то. Укол боли заставил ее сначала съежиться, а потом и вовсе рухнуть на землю. Она и забыла, как неприятно умирать. Доктор подбежал и наклонился над ее телом, в его глазах читалось неподдельное беспокойство. — Потерпи, всего секунду... — его двойник рухнул перед ней на колени, голос дрожал, глаза лихорадочно блестели. Он вытащил из кармана стеклянную пробирку, внутри которой бушевало и переливалось знакомое оранжевое сияние. — Регенерационная энергия? — спросил ее Доктор, который таки смог пересилить себя и выйти из ТАРДИС. — Где ты ее взял? Второй Доктор игнорировал его, просто молча открыл колпачок и поднес пробирку к лицу Розу. — Регенерировать могут только Повелители времени, она не… Оранжевое сияние вихрем вылетело из бутылки и перелетело прямо к губам девушки, сливаясь с потоками ее дыхания. Роза сделала вдох, впуская в себя свечение вместе с кислородом. Поток энергии переместился в Розу, пронизывая ее тело мощной волной. Он будто разрушал ее тело, а затем собирал заново. А потом все резко закончилось.Роза лежала, тяжело дыша, ее пальцы впились в холодный асфальт. Боль, ещё секунду назад бывшая всем ее существом, исчезла. Осталась лишь легкая, приятная усталость, как после долгого сна. Её Доктор, позабыв обо всём на свете, опустился рядом и взял её руки в свои. Его пальцы тряслись. — Как ты...? — он не мог подобрать слов, его взгляд бегал по её лицу, выискивая признаки боли, разрушения. — Я... не уверена, — она медленно села, ощупывая себя, как будто впервые знакомясь с собственным телом. — Но, кажется... всё в порядке. Доктор достал отвертку, посветил лазером ей в зрачки, заставляя щуриться от яркого света, а затем выключил прибор. — Повреждений нет, — с удивлением для самого себя вынес вердикт Доктор, — похоже, ты регенерировала. — Но как? — она смотрела на него с искренним возмущением, будто он только что сообщил ей ужасную новость. — Я же человек! Они вдвоем посмотрели на метакризиса, давая понять, что все их вопросы адресованы именно ему. Тот стоял поодаль, скрестив руки на груди, и смотрел куда-то в сторону. Он видел, как пальцы Доктора сплелись с пальцами Розы, видел, как он не выпускает ее руку, и делал вид, что его это ничуть не касается. Но напряжение в его позе выдавало обратное. — Кажется, пора вас кое с кем познакомить, — его голос прозвучал нарочито бодро, снимая накопившееся напряжение. Он обернулся и крикнул через плечо: — Мия, хватит прятаться! Иди к нам. Из-за угла, нерешительно переступая с ноги на ногу, появилась девушка. Блондинка. Со звуковой отверткой в руке, точь-в-точь как у него. Она выглядела виноватой и напуганной, словно ребенок, пойманный за запретной шалостью. Ребенок… Мия… И Роза вспомнила. Вспомнила ту линию времени, где у них с Доктором была дочь. Ее тоже звали Мия, и она выглядела почти также. Доктор в свою очередь вспомнил ее как Повелительницу времени из воспоминаний своего двойника. Они обменялись недоуменными взглядами, потом оба шокированно посмотрели на Мию и произнесли почти в унисон: — Повелительница времени? — Наша дочь?! Еще один обмен недоуменными взглядами. Мия, покраснев, беспомощно посмотрела на метакризиса, ища спасения. — О, нет, — он поднял руки в защитном жесте, и на его губах дрогнула настоящая, живая улыбка. — Объясняй им сама. ______________________________________________________________________________ *не расходимся, дорогие, впереди еще эпилог