Глава 2

Лиза подняла голову, и её взгляд встретился с тёплыми, медово-карими глазами Марка из параллели: тёмно-каштановые волосы парня напоминали горький шоколад и всегда были уложены в лёгкую небрежную укладку. Его рост не превышал ста восьмидесяти шести сантиметров. — Спасибо, — проговорила шатенка, беря свои вещи из рук парня и прижимая их покрепче к груди. — Тоже на историю? — Ага, — коротко ответил он, пряча руки в карманы чёрных спортивных штанов. — У тебя лист в волосах. Нет, с другой стороны. Марк указал пальцем на правую часть её головы, после того как Лиза потянулась не туда, а затем сам аккуратно достал листик из её волос. Лиза улыбнулась и снова поблагодарила. Она чувствовала себя немного неловко из-за своей неуклюжести. Это был уже не первый случай, когда Марк помогал ей в таких мелочах: однажды она споткнулась на ступеньках, и Марк успел поддержать её, не дав упасть лицом прямо на каменные ступени. Или, когда она, не подумав, набрала ведро воды почти до краёв — тогда он помог донести его до класса. Между ними повисла тишина — не неловкая, а скорее спокойная и даже приятная. Нарушил её слегка уставший голос Романа Вячеславовича, которого ученики между собой в шутку называли "динозавр" за его возраст: — Вы ко мне? — спросил он, глядя на них из-под толстых стёкол прямоугольных очков и держа в руках свой неизменный чемоданчик-папку. Оба кивнули, пропустили учителя вперёд, а сами прошли следом. — Сядем вместе, — сказал Марк, больше как утверждение, чем как вопрос, и уселся за третью парту первого ряда. Мысль о том, что Лиза может отказаться, даже не пришла ему в голову. Впрочем, она и не отказалась — села рядом. Минуты тянулись. Лучи закатного солнца, пробиваясь сквозь окна, окрашивали кабинет в мягкий оранжевый свет. Голос преподавателя, рассказывающего о создании Рима, постепенно перешёл в воспоминания о его поездке в Рим в далёком 2002 году. Всё это вместе создавало в классе идеальную атмосферу для дремоты, и некоторые ученики уже поддавались этому. Лиза аккуратно выводила в уголке полей своей тетради имя "Рома", давно въевшееся в её мысли. В голове всплыл его образ — как он сидит под деревом. Уголки её губ изогнулись в лёгкой улыбке, и она, подпёрев щёку рукой, уставилась в одну точку. Марк взглядом окинул сидящую рядом девушку, которая уже несколько минут пристально смотрела на Романа Степановича. Его взгляд скользнул к её тетради: одна страница была исписана наполовину мелким, немного неровным почерком. В уголке другого листа красовалась надпись "Рома" и нарисованное сердечко. Марк тихо усмехнулся. — Эй, ты скоро дырку пропалишь в Романе Степановиче, — прошептал он, наклоняясь к Лизе. — Запала на "динозавра"? — его пальцы негромко постучали по надписи на краю её тетради. Лиза дёрнулась от неожиданности. Сначала она не поняла, о чём он, но, когда до неё дошло, быстро прикрыла тетрадь рукой и скептически посмотрела на него: — Не говори ерунды, Рудницкий, и смотри в свою тетрадь, — холодно бросила она и отвернулась, больше не удостаивая его вниманием. Явно немного обиделась на его сарказм. — Как скажешь, — спокойно ответил Марк, пожав плечами и откинувшись на спинку стула. --- — Эй, Лиз, стой! — крикнул, догоняя девушку почти у самого выхода, Марк. — Может, пойдём вместе? Нам всё равно в одну сторону. Лиза остановилась и обернулась к парню лицом. Она прищурила глаза, пока смотрела на него. Откуда он мог знать, что им в одну сторону? Раньше она никогда не встречала его по пути из дома или обратно. — Я живу в соседнем подъезде, — объяснил парень, прежде чем она успела задать вопрос, поправляя лямку рюкзака на плече. — Правда? Я тебя раньше никогда не видела, вроде, — ответила она, пытаясь припомнить — могла ли видеть его или нет. И нет, не видела. Или не замечала. — Я переехал не так давно, но пару раз видел тебя. Но это сейчас не суть важно. Так идём вместе или нет? — проговорил Марк, держа руки в карманах и покачиваясь взад-вперёд. — Идём, — кинула она в ответ и, развернувшись, направилась к двери выхода. Рудницкий последовал за ней. Солнце уже почти село, оставляя тонкую нить оранжевого света на горизонте. Сумерки медленно опускались. Уличные фонари и свет в окнах начинали зажигаться. Голоса детей с детской площадки во дворе, визг колёс подъезжающих машин, шорох листьев от ветра — всё это создавало знакомую симфонию. Они шли молча. Лиза считала в мыслях шаги, но уже третий раз сбивалась. Марк почти весь путь пинал маленький камушек, который подобрал ещё возле школы. Зорина тихо усмехнулась. — Что такое? — спросил парень, окидывая её боковым взглядом. — Просто немного странно, что мы живём так близко, а я ни разу не видела тебя, — она пожала плечами. Шаги она уже не считала, просто шла. — Не странно. Ты, наверное, видела меня, просто не помнишь или не заметила. Люди часто забывают то, что незначительно, — проговорил он спокойно и остановился у своего подъезда. — Может, — коротко ответила она и тоже остановилась. Она посмотрела на парня. Уличный фонарь у подъезда бросал тени на его лицо, и только сейчас Лиза заметила царапину на его брови. — Ладно, увидимся. Пока! — проговорил Марк и пошагал к своему подъезду. Попрощавшись тоже, она пошла ещё несколько шагов к своему подъезду. И снова считала шаги. Делала она это по привычке, чтобы не забивать голову лишними мыслями или просто успокоиться. --- Зайдя в квартиру, Лиза сразу почувствовала запах выпечки: мама готовила шарлотку, которую так любила её дочь. Сняв кроссовки, Лиза прошла на кухню. Василиса Степановна стояла, нарезая овощи на салат. В духовке уже пёкся пирог; по кухне доносился очередной тру-крайм подкаст, который мама Лизы слушала всегда, когда занималась делами. — Ты уже дома? Даже не услышала, как ты пришла, — сказала мама, поднимая голову на дочь. Тыльной стороной ладони она убрала мешавшую прядку чёлки. — Ага, — сказала Лиза, целуя женщину в щёку и незаметно беря ломтик огурца с доски. — Есть пока не буду. Зайдя в комнату, Зорина сразу поставила сумку у кровати. Комната хоть и была небольшой, но всё, что надо, в ней было: кровать стояла у стены слева от двери, стол у окна переходил в подоконник, а возле — высокий и узкий стеллаж с книгами и различными маленькими деталями для красоты. Светлые тона делали комнату просторнее и свежее. Мама сделала уборку, — подумала Лиза, замечая, что в комнате нет того беспорядка, который она оставила утром перед школой. Подойдя к столу, она взяла фотографию, которая стояла в рамочке с подписью «1 "Б"». На лице Лизы появилась улыбка, пока она рассматривала лица одноклассников. Вот она — стоит в нижней линии с двумя косичками и букетом лилий, а рядом — Рома. Ещё маленький мальчишка с немного растрёпанной чёлкой и широкой улыбкой на лице, так что можно было заметить пару выпавших молочных зубов. Ну, точнее, их отсутствие. Лиза грустно улыбнулась, провела пальцем по фотографии и поставила её обратно на стол. Куда подевался тот мальчишка, который так ей улыбался?