Сириус

— Все еще не похоже на бар, — Альхена выглянула из будки, одернув низ короткого блестящего платья. — Разве? — Доктор, положив подбородок на плечо девушки, увидел холодный синий коридор космической станции. — Только если в каютах наливают, — девушка застыла, чувствуя тепло мужчины через ткань одежды. — Я могу организовать напитки, — звонкий голос отвлек их, а затем перед ними показалась девушка в голубом платье в белый горох с подъюбником. — Я так рада, что хоть кто-то появился здесь. Гостей не было уже сто пятьдесят шесть лет. Доктор и Альхена переглянулись. Перед ними стояла не отловленная версия Альхены. — Она кажется милой, — прошептал Доктор, все еще впиваясь острым подбородком в плечо девушки. — Только не забывай, что с моим появлением копии начинают сходить с ума, — прошептала Хенна. — Проходите, — девушка, словно вышедшая из шестидесятых годов прошлого века, махнула им рукой. — Простите за бестактность, просто я очень рада гостям. Меня зовут Сириус — я ассистент этой базы, направленной на изучение краев вселенной. — А где экипаж? — вытолкав Альхену из будки, Доктор вышел следом. — Эта база не нуждается в экипаже, дорогой, — Сириус улыбнулась, склонив голову, словно разговаривала с ребенком. — Она исследовательская, собирает данные просто, а я отвечаю за весь комплекс и являюсь источником энергии для корабля. — Я не откажусь от напитков, — Альхена неуверенно сделала шаг вперед, будто боялась, что ее копия набросится на нее. — Я проведу в бар, — Сириус кивнула, поправив белоснежный фартук на талии и повела гостей по коридору. — Смотри, — Доктор, пригнувшись к девушке, указал на имплант на шее Сириус. — Может, она и не сойдет с ума? — Похоже, он полностью управляет ею, — прошептала Хенна, следуя за хозяйкой. — Сделать из нас домохозяйку — хорошая шутка. — Думаю, этот образ просто «человечный» и одновременно дающий понять, что она не человек, — Доктор следовал за Альхеной по узкому темно-синему коридору. — Но, соглашусь, что идея так себе. — «Человечным»? — Хенна горько усмехнулась, не обернувшись. — Мне интересно, как они смогли ее припахать сюда. — Я сама согласилась, — Сириус обернулась все с той же улыбкой, которая выглядела хоть и естественно, но немного тревожно. — Здесь, делая хорошее дело, помогая людям, я чувствую себя как дома. — Тебе не одиноко? — щеки Хенны вспыхнули, когда она поняла, что все это время девушка их слышала. — Бывает, иногда, — Сириус склонила голову, опуская крупные локоны на плечи. — Но я смотрю на звезды в капитанской каюте — там самый лучший вид — и тогда мне становится лучше. Мы с тобой похожи, так ведь? — Мы копии из разных вселенных, — пробормотала Альхена, заходя в зал с приглушенным холодным светом, где была столовая. — Что вам сделать? — Сириус встала за барную стойку. — На твой вкус, дорогая, — Доктор, подмигнув космической хозяйке, расположился за одним из круглых столов. Сириус перевела взгляд на Альхену. — То же самое, — пожала плечами она, садясь напротив мужчины. Затем, наклонившись ближе, девушка прошептала. — Не о таком баре я говорила. — Это не я, — положив локти на стол Доктор посмотрел на девушку. — ТАРДИС привела нас сюда. Странно, что не все копии отловили. — Говоришь так, будто они животные какие-то, — фыркнула она, когда перед ней поставили бокал. — Я буду неподалеку, — Сириус, поставив второй бокал за стол, вернулась за стойку. — Лучше вернуться к вопросу, почему мы здесь, — пригубив напиток проговорил Доктор. — Это все не просто так. — Ну да, с тобой не бывает «просто так», — закатив глаза, Альхена сделала глоток из своего бокала. — Все в порядке? — Доктор уже не раз замечал, что девушка бросается колкостями, не скрывая обвинительного тона. — После объединения мне нужно время, чтобы отыскать себя, — устало опустив плечи, Альхена посмотрела на Сириус, которая натирала идеально чистые бокалы. — Они же не растворились во мне, а постоянно то проявляются, пытаясь захватить контроль, то затихают. Страшно потерять контроль или воспоминания. — А она? — Доктор кивком указал на Сириус. — Странное чувство, будто она и правда существует. Будто у нее есть история, — Хенна нахмурилась, пытаясь подобрать слова. — Может, я была в этой реальности раньше, поэтому она и существует? — Ты говорила, что твои копии должны умереть, — Доктор болтал в стакане напиток. — Почему она жива? — Они должны, но не всегда умирают. Это не закономерность, а правило для равновесия. Может, имплант ее исправил? — Нам нужен бортовой журнал, — Доктор поднялся. — Можем мы посмотреть капитанскую каюту? — Боюсь, у вас нет разрешения на это, — Сириус отложила полотенце. — Прошу прощения, что не представил нас сразу, — Доктор достал психобумагу из внутреннего кармана жилетки. — Меня зовут Доктор — межгалактический представитель компании по обслуживанию. Со мной Альхена — техник по оборудованию. — Так точно, — Хенна встала следом, понимая, что Доктор не уйдет, пока не выяснит причину странностей вокруг себя. — Вам нужно было сказать это сразу, — Сириус опустила глаза. — Тогда я бы вас не отвлекала от работы. Пройдемте за мной. — Боже, храни имплант, который дает столько смирения, — прошептала Альхена, следуя за ними. — Хочешь себе такой же? — Доктор усмехнулся, обернувшись. Поблуждав по кишкам холодных коридоров, они вышли в полукруглую комнату, где располагался пост управления кораблем. Пока Доктор разбирался с местной консолью, Альхена замерла, смотря на звезды, которые, казалось, были намного ярче, чем она видела раньше. Стекло было почти везде, открывая вид на космос даже через потолок. Сириус, стоявшая позади, сделала пару шагов к девушке. — Раз в день я сажусь сюда, — она показала на кресло посреди комнаты, обвешенное проводами. — И наблюдаю за звездами, пока заряжаю корабль. — Я занималась похожим, — Альхена смущенно улыбнулась. — Только потолок был белый. И почти не вставала. — Это издевательство, — казалось, слова девушки задели Сириус. Та сложила руки на животе, смотря через стекло. — Разум человека — единственное, что подвластно ему, даже если тело нет. Нельзя отбирать и воображение тоже. — Не все это понимают. — Это проекция, — Доктор влез в их разговор. Он пальцем переключил тумблер и мерцание тысячи звезд пропало, оставив лишь поглощающую свет темноту. — Верните обратно, — Сириус шагнула к нему, ее брови были сдвинуты, но голос оставался по-родительски теплым, хоть и серьезным. — Мне все равно, что они не настоящие, но главное, что они есть. — Можно нам переговорить вдвоем? — Доктор посмотрел на Хенну, а Сириус неохотно, но вышла из каюты. Оставшись наедине, Доктор продолжил. — Здесь так никого долго не было, потому что проект закрыли, Альхена. Она сто пятьдесят шесть лет подпитывает корабль своей энергией просто потому, что это заложено в ее модуле, но вместе с тем она истирает границы вселенной. — Поэтому нет звезд? — Хенна облокотилась на панель управления, понимая, к чему все ведет. — Это край вселенной? — Да, — Доктор не мог поднять на девушку глаза. — Надо ее остановить. — Можно же просто снять имплант, разве нет? — чувствуя, как ее голос начинает дрожать, спросила девушка. — Тогда она сойдет с ума, как и остальные твои копии, — мужчина накрыл ладонь девушки своей. — Когда-нибудь она уничтожит границы, и тогда пострадает намного больше существ. — Должно быть решение, — взгляд девушки заметался по маленькому помещению. — Ты сама говорила, что нельзя вечно что-то придумывать. Такой случай настал. — Простите, — Сириус заглянула через стеклянную дверь. — Я старалась не подслушивать, но вас было слышно. К сожалению, Доктор прав — в моей программе заложена подпитка корабля и я не могу ей сопротивляться. Я понимаю, к чему вы клоните, и хочу признаться, что мне становится страшно. — Дорогая, — на выдохе произнес Доктор, подходя к девушке. — Мы обязательно что-нибудь придумаем. Альхена пронзила его тяжелым взглядом, а затем отвернулась к черноте космоса. — Нет, — она взяла его ладони в свои. — Мой разум тоже обширен, чтобы понять, что другого выхода нет, если все, о чем вы говорите — правда. Что будет с кораблем и всем остальным, если я сойду с ума без импланта? Что будет со вселенными, если я уничтожу границу? Только я, как исполняющая обязанности капитана, могу принять решение. Не вы. — Сириус… — Альхена, сдерживая подступающие слезы, посмотрела на нее. — Ты — единственная, кто может жить своей жизнью, без меня. — Все копии должны умереть, таково правило, — она грустно улыбнулась. — Несмотря на то, что называют меня по-другому, я остаюсь тобой. Я все еще Альхена. — Что ты сделаешь? — Доктор уже продумывал планы, чтобы сделать все максимально безболезненно и быстро. — На корабле установлены запасные источники энергии на случай, если со мной что-то случится, — Сириус медленно опустилась в кресло. — Я опустошу их, перегружу свой мозг, и материя больше не пострадает. Пока Альхена молча наблюдала, Доктор помог Сириус присоединить нужные провода, перенаправив их на получение энергии. Мужчина отошел к девушке, и Сириус опустила рубильник. — Мы должны что-то сделать, — ее голос срывался, но в нем слышалась уверенность. — Я могу забрать часть энергии на себя, а ты перемодулируешь имплант, вернешь ей настоящую личность. — Она сделала этот выбор, — Доктор приобнял девушку, которая сдалась под натиском слез. Свободной рукой он включил проекцию звезд. — Всю жизнь она провела на корабле и знала, что она всего лишь топливо. — Мы все для тебя лишь переменные в уравнении, — всхлипнула Хенна. — Меня ждала такая же учесть. — Для меня ты — та переменная, которая делает решение невозможным, — Доктор видел, как расслабляется тело Сириус. — Я бы не допустил такого. Альхена вышла из каюты, решив вернуться к ТАРДИС. Вытерев слезы, она шла по коридорам, которые теперь казались еще более холодными, бездушными и удушающе узкими. Разумом она понимала, что одна жизнь против миллионов ничего не стоит, но для нее это была личная жертва. Сириус могла быть той самой частичкой, которая была не допустила расползание ее личностей под кожей. Смогла бы собрать всех, объединить в единую личность — Альхену, звездное дитя, наконец-то найденную среди россыпи звезд. Сидя на пороге ТАРДИС, под тихое гудение будки, она услышала шаги. Подняв взгляд, столкнулась с темными глазами Доктора, который словно что-то искал в ее лице. Он протянул руку, помогая девушке подняться. Тишина, резко наступившая между ними, была густой, вязкой, но никто не решился ее разорвать.