Глава 9

После занятий, когда Мария, раздраженно ворча, пыталась заправить дурацкий ремешок сумки, который предательски цеплялся за всё подряд, к ней подкатил Жак. Сумка, казалось, нарочно изводила ее и окончательно доканала к концу. — Ну и что тут у нас? — промурлыкал Жак, прислоняясь к колонне рядом с Марией. — Не можешь справиться даже с такими простыми вещами? — Иди куда шел, а? — Мария бросила на него сердитый взгляд. На язык рвались слова покрепче. — О, я вижу, ты в плохом настроении, — продолжал Жак, игнорируя ее неприязнь. — Дай угадаю… Занятия в Дуэльном клубе? Я слышал, Лекса сегодня опять не в духе. — Тебе какое дело? — резко спросила Мария. Она уже оставила возню с надоедливой одеждой, чуяла неладное в чужом интересе. — Серьезно, чего пристал?! — О, да так, — Жак усмехнулся, он вообще походил на кота, объевшегося сметаной. — Жениха своего тоже приструнить не можешь? Мария нахмурилась. Жак раздражал её своим всезнающим видом. Но сейчас он казался особенно невыносимым. Что там еще мог выкинуть Антерус?! — Слушай, Жак, если ты хотел похвастаться своей осведомленностью, то у тебя это получилось. А теперь оставь меня в покое. — Да ладно тебе, Мария, — Жак сделал шаг ближе. — Я просто хотел предложить свою помощь. Я ведь тоже интересуюсь алхимией. Может, мы могли бы… сотрудничать? Вот теперь в выражениях сдерживаться расхотелось совершенно. Девушка пожалела, что не умеет смотреть так же остро, как Лекса или Ливи. Чтоб по одному взгляду было понятно, что сейчас прилетит и прилетит больно. — Повтори-ка… Мы могли бы сотрудничать? — ее тон стих до осторожно-угрожающего. — Ну почему бы и нет? — Жак пожал плечами. — Я ведь знаю кое-что, чего не знаешь ты. Например, что вы там ищете в тайне от всех. — О чем ты говоришь? — Не прикидывайся дурочкой, Мария, — Жак ухмыльнулся. — Я знаю про зелье. И про то, что вы с Антерусом пытаетесь его найти. — Это не твое дело. — В голове разом стало пусто. Нельзя было выдавать себя и выдавать других. Но колкие отговорки раставали снежинками в голове от короткой паники. Она не могла ему возразить достойно. — Может быть и так, — Жак сделал еще один шаг ближе, почти вплотную к Марии. — Но я поумнее многих буду… Ты же деревенская ведьма, никогда не додумаешься до нестандартных ингредиентов. Думаешь, сможешь понять знания местных алхимиков… Я… — Мне не нужна твоя помощь, — постаралась как можно тверже отрезать Мария. — Мы справимся сами. — Да? — Жак насмешливо посмотрел на нее. — А что, если я расскажу всем, чем вы занимаетесь? Как думаешь, Лексе это понравится? Внезапно парень рухнул на колени. Первой мыслью Марии было «Чего!?». Вторая — схватиться за палочку. Так ее настигла третья, что боевиком ей не быть, потому что проклятая деревяшка в кои-то веки проявила характер и запуталась в рукаве. Пока Мария вела неравную битву с одеждой, Жаку было не до нее. Потому что после первой подсечки под коленями он получил приличный такой удар по лбу навершием посоха. Картина получилась на загляденье: Жак, матерящийся и хватающийся за наливающуюся шишку, Мария, шипящая что-то под нос со злости. И Ливи, стоящий посреди хаоса со спокойствием буддийского монаха, потому что из-за него эта фигня и началась. — Пока я со стопроцентной гарантией могу сказать, что ты, Жак, Лексе точно не нравишься. Для этого гением мне быть не надо, — в голосе парня звучала плохо скрываемая угроза. — Тебе мало? Еще добавить? — Он насмешливо приподнял брови, глядя, как тот хватается за палочку. — Что-то я не слышал вызова на дуэль, прежде чем драться. Ливи скорчил скучное официальное лицо. — Сей момент — досадная случайность. Магии в конфронтации не задействовано. Я просто в силу своей неуклюжести не справился с посохом, разве это дуэль? Мария, скажи, это же была досадная случайность? — Случайность. — с готовностью подтвердила, едва сдерживая улыбку. — Ах, у вас заговор, — тот, потирая лоб, наконец поднялся и принялся пятиться от них по коридору. Уж больно у Ливи взгляд был многообещающий, как бы «досадная случайность» не повторилась, не стоит оборачиваться к нему спиной. — Не думайте, что ваши нарушения останутся без последствий. — Не удержал он гаденькой ухмылки и скрылся. — Да ничего он не сделает, — утешил он ее. — Что у вас на совести? Тайное проникновение в архив, про который они и так знают. Про остальное и не догадаешься, ракушка уже возвращена в озеро, а калину никто не считает. Ну а что мы учебники изучаем… — Он смешливо фыркнул. — Кошмар. Как можно? В школе и читать заумные филиалы. Мария наконец позволила себе улыбнуться. — Ты прав. Спасибо, что отвадил. — У вас с ним какие-то личные счеты? Гляжу, он не первый раз тебя достает. — Счеты у него к моему жениху. — А, понял. Давай помогу. Он отобрал у девушки накидку, которую та раздраженно скинула, когда пыталась достать палочку, а теперь растерянно мяла в руках, как большую мягкую игрушку. Ливи, оказывается, запомнил лекцию Алдана или, по крайней мере, выучил, как ее носить. Он со всей деликатностью нацепил ее на Марию и ловко застегнул, так что даже вредный ремешок не торчал. — Спасибо, — поблагодарила она его еще раз, уже по привычке поглаживая ремешок на плече. — Не за что. Тебе куда дальше? Проводить? Она кивнула. Но диалог все не выходил из головы. Чем же он ее так зацепил?

***

Зал Дуэльного Клуба гудел от большого количества студентов. Мария, немного нервничая, стояла у входа, сжимая в руке палочку. Она впервые участвовала в подобном мероприятии. Теория, конечно, это хорошо, но практика — совсем другое дело. К сожалению, полным новичком она была здесь единственной. А вспоминая свою «прекрасную» реакцию в коридоре. Интересно, что страшнее: получить заклинанием в лоб или искупаться в холодной воде в компании с Глоссиями. Интересно, еще не поздно попроситься обратно в парусный клуб. Или, может, Кодрин сжалится и возьмет-таки ее на лесной курс. Ливи бы наверняка за нее поручился. Ровный голос, усиленный сонным, отвлек Марию от мрачных размышлений. Лекса провела краткий ликбез по занятию, из которого она не поняла ровным счетом ничего. Староста тем временем раздала остальным одобрительные кивки и направилась к ней, единственной оставшейся без пары. — Добрый вечер. — Марии досталась легкая улыбка и индивидуальное приветствие. — Рада приветствовать на первом занятии. Долго же ты к нам шла. — Ну… — Легкое чувство паники настигло ее второй раз за вечер. Проклятый Жак со своей гениальностью похерил всю уверенность на ближайшее время. У нее не было опыта дуэлей, и она боялась разочаровать старосту. — Волнуешься? — В тоне Лексы не чувствовалось недовольства или раздражения, только учительская мудрость и спокойствие. — Не стоит переживать об опыте. Все с чего-то начинали. Индивидуальным оказалось не только приветствие, но и занятие. Лекса провела ей краткий инструктаж по технике безопасности: «Невербалку не пользовать, кулаками не махать, щиты держать, на уроке не спать!» И зачитала небольшую лекцию: «Наша цель — не просто освоить боевые заклинания, а научиться думать, анализировать и принимать решения в критической ситуации. Дуэль — это не драка, это шахматная партия, где каждая ошибка может стать фатальной». И поставила Марию показывать навыки. Ей особо похвалиться было нечем. В Хогвартсе только квиддичные игроки могли похвастаться отдельными занятиями по физподготовке и стремительной реакцией. Обычные ученики предпочитали более мирное времяпровождение, как и Мария. Только с появлением Антеруса в ее жизни пришлось учиться быть шустрее и выносливее, чтобы поспевать за ним. Она встала в стойку, копируя ту, что подсмотрела у других, кинула пару заклинаний настолько быстро, насколько могла, и показала щиты. — Стойка кошмар. Скорость неплохая. Заклинания отличные. Щиты крепкие, — оценила ее усилия Лекса. — Ты никогда раньше дуэлингом не занималась? — Откуда бы, — вздохнула Мария, недовольная оценкой. «Неплохо» хотелось бы тянуть на «отлично», на золото. — Будем исправлять, — подбодрила ее Лекса. — Начнем с основ. Поправим стойку. Повторим базовые заклинания, отработаем защиту и уклонение. Пока без спариногов с другими. Я вся в твоем распоряжении. Если что не так, говори. И они начали тренироваться. Кривая стойка — ноги на ширине плеч, колени пружинить, плечи, локти не напрягать, прицел не дрожит — особенно удостоилась внимания. Сама Лекса с этим управлялась идеально и действовала даже не задумываясь. Мария начала понимать, о чем когда-то рассуждали парни-сокурсники, восхищаясь рефлексами боевиков, готовящихся к поступлению в аврорат. Это действительно было красиво. Особенно в образе Лексы с ее обтягивающим дуэльным костюмом. Она производила впечатление даже на Марию, что уж говорить о парнях, которые все занятие сворачивали шею в их стороны. Правда, староста их игнорировала. После удовлетворительной стойки она терпеливо объясняла Марии основы защиты и нападения, корректировала взмахи и давала советы. Несмотря на волнение, она быстро училась. В позицию, пусть и с сознательным усилием, она научилась вставать шустро. И могла уверенно отразить базовые заклинания. К счастью, щиты в корректировке не нуждались. А вот как бить в ответ, пока соображать не успевала. Но Лекса ценила всё равно ценила ее старания. — Хорошо, — сказала Лекса после очередной удачной защиты. — У тебя есть задатки… Главное — не бояться и верить в себя. Мария улыбнулась, чувствуя, как ее уверенность растет, а волнение ушло. И она была благодарна старосте за ее помощь и поддержку. Их прервал патронус-ящерка. Лекса стойко игнорировала чужое заклинание, летавшее рядом с ними, но когда та пошла на десятый круг, не выдержала. — Что такое? — Жак, — фыркнул краткий ответ патронус и растаял серебристой дымкой. Глаза Лексы нехорошо потемнели. Она не стала возиться с самолетиком и тоже наколдовала патронус. Такое же лаконичное и краткое: «Иду». — Я отлучусь ненадолго, — Марии достался более содержательный ответ. — Отрабатывай стойку и «Петрификус». Урок Мария заканчивала в компании крайне обходительного Алдана, который при случае строил загадочные морды. Он явился минут через пять после ухода старосты. Зам сделал объявление, что тут главный теперь он, коротко обошел упрощающиеся парочки, переставил их по какой-то своей логике и вернулся к Марии вместо Лексы. Девушка опять напряглась, потому что что-то как-то слишком много внимания для ее скромной персоны за сегодня. Но остальные вообще не обращали ни на нее, ни на Алдана никакого внимания, больше предпочитая кучковаться группами и халявить без старосты. Ее зам попросту это игнорировал. Они продолжили занятие, но долго Мария сдерживать не могла. — Жак что-то натворил? — Подавился собственным ядом, — как-то нехорошо ухмыльнулся Алдан. — Переживаешь? Мария наградила его таким взглядом, что стало всё понятно без слов. — Если у вас конфликт, то лучше держаться подальше от него. — Потом он задумчиво помолчал и хитро покосился на нее. — И от Медного корпуса тоже. — Почему? — Потому что еще один проступок, и он переселится туда на постоянной основе, — и уже с сочуствием добавил: — Хотя если господин Антерус продолжит в том же духе, то и ему туда светит дорога. На это девушка не нашла, что ответить. Антерус, в отличие от Жака, хотя бы не хамит, и у него еще остались мозги не испытывать терпение Лексы. В словах Алдана опять улавливала странный намек непонятно на что. Но мысль, виляя вертким хвостом, все никак не желала попадаться в ловушку размышлений. Остаток урока она кидала на высокого парня напротив нее в защитной стойке не только заклинания, но и множество задумчивых и вопросительных взглядов. Тот отвечал ей только иронично поднятыми бровями и легкой насмешкой. Для прямого вопроса ей не хватало контекста.

***

Ливи залез к ним на балкон, неся с собой липкий снег и кусачий холодок зимних дней. Новости он принес тоже неоднозначные. — Антерус, готовься драить полы в столовой. Алдан спалил, как ты портишь школьное имущество. Антерус поперхнулся чаем. Мария даже не отвлеклась от книги. — Я вроде ничего не портил, — он выглядел слегка растерянным. — Ты шарился в Золотом корпусе в саду? — Эээ, да. — А там были розы, которые ты помял, — он стряхнул с себя снег и с ногами забрался в кресло напротив камина. — Зачем, кстати? — Эти колючки были розами? Они больше на терновник походили, — прозвучало возмущенно. — Я барельефы хотел рассмотреть. Ты знал, что у вас в саду ода румынской нечести? — Нечисть — это детский сад. Весной плющ со стен будут снимать, там целые панно про графа Дракулу. Дались тебе эти рисунки. — Я думал, может, там есть подсказки, как Мария нашла вход в архив по рисункам. — Сомневаюсь, — Ливи покопался в сумке и достал потрепанный учебник по зельеварению. — Мария, ты вычитала что-нибудь полезное из того, что я притащил? — Ты ей что-то притаскивал? Когда успел? — Сегодня днем заходила в железный корпус, — не отрываясь от конспектирования, отозвалась девушка. — Ты, кстати, в Медном был. Есть что-нибудь подозрительное? Антерус замешкался, думая, сообщать о такой ерунде или нет, но не успел он открыть рот, как Мария уже задала следующий вопрос, решив, что ничего полезного ей не ответят. — Ливи. Откуда ты стянул это? — Она показала на небольшую черную книгу, от которой едва веяло холодком. — У Алдана… Вот тут Мария все-таки оторвалась от записей. Посмотрела на Ливи, потом на книжку, снова на Ливи. — Прости, а зачем тебе описание малых ритуалов в темных искусствах 16 века? — Мне не зачем. — пробурчал Ливи, смущаясь. — Он мне сам ее всучил… Мне показалось, она будет полезной. К списку, что ты дала, близко, разве нет? — Близко, — она раскрыла предмет обсуждения в месте закладки из сушеной ромашки. — И полезно. Я очень зря не решилась брать в расчет Темные искусства. На нее уставились два вопросительных взгляда. Но она вернулась к спешному выписыванию формул на лист. Мария наконец ухватила мысли за хвост. Жак, будь он неладен, очень вовремя влез со своей гениальностью. Может, до местных алхимиков она и не дотянет, но кое-что может. Местные ингредиенты вполне уже в ее распоряжении. И книга эта. Будто последняя деталь пазла. Местные ритуалы были разнообразны, на каждый сезон, погоду, праздник находилось что-нибудь заковыристое и иногда темное. Процесс посвящения, конечно, не языческий праздник, но зелья для перехода были здесь очень похожими, будь то переход от Луны к Солнцу или железа в промежуточное серебро. Из трудностей только подогнать древние рецепты под современные инструменты, в 16 веке хоть уже и были горелки, местные все равно отдавали предпочтение костру, а самые редкие ингредиенты у них уже были. Осталось найти, куда это зелье применять и на что, но и на этот счет у нее были идеи. Надо только подробнее расспросить Антеруса.

***

Медный корпус до поры игнорировался их компанией. Мария, наконец сложив два и два, была решительно настроена отыскать здесь если не вход, то основательные подсказки. А выкладки Антеруса только подтвердили ее мысли: не зря он кусты портил. Если придерживаться теории следования алхимических этапов, то первое подготовка-очищение-железо они уже прошли. Промежуточный этап между малым эликсиром, способный превращать металлы в серебро. Где-то же и как-то надо подготовить его. Между Железным корпусом и Серебряным был Медный. Простой, но более оснащенный, чем грубое железо. Это место призвано стать мотивацией к успеху. Параллели проводились в голове девушки вполне гладко. Антерус вывел их к небольшим скалам позади здания факультета. Он был ближе всего к горам, и тут не нашлось место для обширного заднего двора, как у других. Только колючие кусты, вековые деревья и припорошенные снегом нагромождения камней. Хотя тут была расчищена небольшая площадка для посиделок в погожие деньки. Правда, их очередная ночная прогулка для посиделок предназначена не была. Антерус почуял странный магический фон, пока шарился по кустам. Хоть Марию это и напрягало. Какую странную магию может почувствовать потомок темного рода? Но она обратила внимание на другое. — Похожие на калину, — Она коснулась припорошенных листьев, на которых снежинки держались, будто намагниченные. — Это и есть калина, — Ливи тут же сунулся ей под руку, проверяя. — Лунная калина, только не плодоносящая. Ей магии не хватает на ягоды, барьер все выбросы сжирает. — А магический фон? — вклинился Антерус. — Ну такую гадость только какой-нибудь Анчар сметет, хотя и мелковато для него, — Ливи подтвердил подозрения Марии о темной магии. А вот потомок темного рода задумчиво нахмурился. — Не совсем похоже на темное… Замаскированную иллюзию они нашли на границе барьера. Точнее, Ливи указал, Антерус раскрыл, а Мария проверяла. Подозрительная груда камней, фонящая темной магией, хорошо терялась на фоне мощного школьного барьера, а кусты калины завершали маскировку, поглощая выбросы, которые появлялись от сталкивания двух разнополярных заклинаний. Ливи, как опытному следопыту, просто показались подозрительными густо завешенные снегом камни, которые находились под надежным укрытием плотных ветвей елей. — Тут точно нужно зелье, — ощупывая фальшивые камни, сказала Мария. — Тут замок почти такой же, какие бывают у тебя в поместье. Зелье и заклинание распыления. Вернемся следующей ночью. Но возвращаться пришлось не только следующей ночью. — Не понимаю, почему не работает, — Мария вновь пробовала сварить основу под зелье по древним трактатам. Она раз за разом пробовала, мешала. Добытые ингредиенты не были бесконечными, основа не настаивалась, Мария сейчас действительно чувствовала себя неумехой. Поэтому просто подошел к ней, когда она сидела уставшая и разочарованная после очередной ночной прогулки. — Ты очень умная. Я уверен, ты справишься. Мария не нашла в себе сил даже на слабую ответную улыбку. Сейчас они остались вдвоем в комнате. Девушка сразу после возвращения нырнула в свои записи, выискивая ошибку. Ливи убежал в сторону Золотого корпуса, а Антерус волшебным образом достал им двоим посреди ночи чай. — Может, мы вообще не в той стороне ищем, — Она забрала чашку из рук жениха, не отрываясь от чтения. — Основы для трансмутации могут быть разные, но если брать в расчет местные ингредиенты, то круг сильно сужается. Я попробовала все сочетания, если только тут нет еще какого секретного материала; толченый снег, экстракт серебра, отвар из папоротника, замоченный хвойник. Что еще? В 16 веке же вроде еще могли придерживаться устного сохранения секретов. Как думаешь? Антерус. Тот уже откровенно зевал и клевал носом, ей пришлось пихнуть того локтем. — Думаю, что лучше сначала поспать, — тот встрепенулся. — Уверен, мы разберемся. Но бодрым ночью может оставаться только наш двоедушник. — Нет. — Что ты надеешься придумать на уставшую голову? — иногда упрямство невесты было совсем не к месту. Он вздохнул, сдаваясь. — Хорошо. Если есть что-то, чего не описали в книгах, то, возможно, это было семейным секретом. Или секретом гильдии. И как ты собираешься сейчас это проверять? Библиотека закрыта — у нас отбой. Маховика времени для личного допроса я тоже не наблюдаю. — Погоди… — неоформленная мысль опять мелькнула в голове догадкой. — Устное сохранение… Если знания передавались только по роду или гильдиям… — Как это поможет нам с зельем? — Типа как родовое проклятие, только наоборот — благословение знанием? — Мария потерла подбородок, мысль всё никак не хотела оформляться во что-то дельное. — В темных ритуалах такое вполне возможно. Оба замолчали, Антерус уже порывался опять задремать. Внезапно Мария щелкнула пальцами. — Кровь! Может, в зелье не хватает капли крови! Антерус едва не подскочил, а потом и вовсе грохнулся со стула, когда мимо пролетела вскочившая девушка. Мария выудила из стола книжку, которую раньше притащил Ливи. — Тут много зелий и основы к ним. Но сами они все темные. Конечно же, им нужна кровь! — Сейчас она сияла, как начищенный галеон, и, казалось, своей радостью могла осветить половину школы. — Идем, — Он слабо улыбнулся и нежно приобнял ее за плечи. У него язык чесался напомнить невесте, что темную магию она терпеть не может, но торжественный момент портить не хотелось. Да и если он что-то такое ляпнет, рискует нарваться на долгую дискуссию. — Завтра будем алхимичить с нашей кровью. Надеюсь, это будет поинтереснее толченого снега. Мария позволила себя увести, хотя внутри все еще кипела радость. — Ладно, — пробормотала она, заражаясь зевком от Антеруса. — Завтра. Но если этот Жак окажется прав и я деревенская ведьма, пеняй на себя. И они, наконец, пошли спать, оставив разгаданный рецепт дожидаться рассвета.

***

Ливи, словно ищейка, принюхивался к воздуху, прислушивался к шёпоту камней, словно пытаясь прочитать тайные знаки, оставленные в этом месте. Мария следовала за ним, стараясь не отставать, но её внимание было приковано к стенам. Она чувствовала, как с каждым шагом атмосфера меняется, становится более густой и тягучей. На её плечах висела сумка, ощутимо оттягивая вниз, туда они сложили заготовки. Антерус замыкал шествие. Он старался сохранять невозмутимость, но в глазах то и дело вспыхивал детский восторг. — Когда выберемся, возьмусь за мемуары. — Ты серьёзно думаешь, что тебе позволят разболтать секреты школы? — ворчливо отозвался Ливи. Они нашли и открыли потайной ход. Ступени, выточенные в камне, были стерты временем, скользкими от влаги и уходили круто вниз. Каждый шаг отдавался эхом, которое, казалось, преследовало их. В самом начале пахло пылью и сыростью, но чем дальше они спускались, тем больше появлялось чего-то неуловимо химического. Ливи внезапно остановился, подняв руку, тормозя процессию. — Что-то не так? — шепотом спросила Мария. — Впереди поворот, — ответил Ливи, не оборачиваясь. — И мне кажется, там что-то есть. Он медленно двинулся вперед, его голубоватый люмос выхватывал из темноты зловещие тени, а когда он поворачивался, глаза по-кошачьи вспыхивали в темноте. Он вообще выглядел готовым обратиться в свою кошачью форму. Вскоре они оказались перед узким коридором, уходящим вправо. — Здесь, вглубь, — ему как было трудно говорить. — Будьте осторожны. Чую опасность. Помещение оказалось небольшим и напоминало кладовую с ингредиентами. Крайне заброшенную кладовую, с вросшими пылью в полки склянками и ингредиентами. Ливи взмахнул посохом, и по помещению пробежался ощутимый ветерок, поднявший пыль и сдувший густую паутину. Он мило чихнул. — А вот и вторая часть, — он кивнул на весы и отошел, пропуская остальных вперед. В отличие от остальных предметов, те ярко поблескивали металлическими боками в свете люмоса. — Мария, твой выход. — Ливи взглянул на нее и увидел, как та только сильнее вцепилась в ремешок, едва не отрывая надоедливую деталь с концами. — Всё нормально? — А какое наказание за провал? Внезапно она почувствовала на плечах теплые ладони, а над ухом раздался ободряющий шепот. — Не будет провала, — уверенно шепнули на ухо. Это Антерус вновь взялся подбадривать свою невесту. Мария подошла ближе, внимательно рассматривая дверь. Она узнавала знакомые символы, но их расположение казалось совершенно хаотичным. Мария опустила сумку на землю и достала из нее небольшой алхимический набор. Её пальцы проворно смешивали ингредиенты, которые хранились в маленьких баночках. В тишине пещеры слышалось шуршание трав, шелест пергамента и позвякивание стеклянной посуды. Она колдовала над растворами, добавляя различные катализаторы. Ливи и правда обратился, и теперь белые ушки забавно поворачивались в сторону подозрительных шорохов. Антерус, наблюдая за ним, едва себя удерживал, чтобы не потрогать пушистый мех. Массивные алхимические весы угрожающе нависали над столом. Чаши размером с небольшой стол висели на толстенных цепях. Вокруг — ниши, забитые алхимическими ингредиентами: кристаллами, травами, жидкостями и свинцовыми шарами с табличками, указывающими название и алхимическую формулу. Над весами — надпись: «Concordia Ferri et Auri» — «Согласие Железа и Золота». Взгляд Марии привлекли символы на дне чаш. В одной — знак железа (Fe), в другой — знак золота (Au). Она достала заготовки, которые они взяли с собой. В принципе, кроме ингредиентов, им, похоже, ничего не понадобится. Подземная лаборатория была просто замечательно обустроена, пусть и заросла паутиной. — Думаю, мы где-то под корпусом Серебряных, — Ливи выглядел напряженно и настороженно. — Продление испытания. Медь мы прошли, теперь серебро. — А финалом будет золото, — воодушевленно продолжил Антерус. Мария на миг захотелось всучить разгадывание загадки Антерусу. В конце концов, это была его идея. Но идею пришлось отставить. Ее саму грызло любопытство и честолюбие, что же будет дальше, справятся ли они с секретом древних. И она, воодушевленная прошлыми успехами, старательно убеждала, что справятся. Весы нужно было уравновесить, это было ясно как день. Следующий этап реакции. «Цитринитас». Эту стадию некоторые даже не выделяют в отдельную и даже не описывают. Это переход, а не результат, — уверенно думала она. Нужно создать заготовку, равноценную золоту — знаниям. Она достала добытые зубчужины и ветки лунной калины. Условно они пытаются создать философский камень, и условное железо у них есть. Она взялась за осадок, оставшийся с зелья от входа. Камень походил на кровавик, растворённые в соке калины зубчужины, разбавленные толчённым снегом и пропитанные экстрактом серебра. Последним ингредиентом была кровь Антеруса, которая сплавила всё это в один пупырчатый камешек, когда взаимодействовало с магией входа. — Как же их уравновесить? — пробормотала она, задумавшись. Вновь она взглянула на надпись: «Согласие Железа и Золота». — Согласие… значит, что-то, что объединит их, — прошептала Мария, вспоминая, — опять кровь… — Может и кровь, только у нас пока одна чаша пуста, — Антерус растерянно прошелся вдоль стеллажей. — Что должно лежать в золоте, если считать, что железо мы нашли? Они продолжили осмотр, и даже Ливи оторвался от тревожного вслушивания в пустоту. Исследования стола ничего не дали. Тут не было ни клочка пергамента, записей, книжек, только полки со всем для алхимии. Мария осторожно исследовала весы, но, кроме надписей, они ничем не отличались. Все чувствовали от них магию, но пока она никак не реагировала на их попытки взаимодействия. Ливи, пока остальные отвлеклись на подозрительный филиал, растерянно потыкал чашу весов. Концентрированный грязный камень лежал в чаше Fe, в противоположной уже успели побывать их записи, ингредиенты, инструменты с полок и даже капли крови. Но в равновесие они так и не пришли. У Ливи была идея, но он опасался ее высказывать. Пусть Мария и Антерус до поры не проявляли высокомерия, кто знает, как они отреагируют на откровенную глупость в области, которую они любят и знают. Но Ливи уже привык быть идиотом и наконец решился высказаться вслух, но начать стоило с разведки. — Мария, — позвал он неуверенно, — а можешь еще раз повторить, что за этап и чего мы пытаемся добиться? — Цитринитас — переходный этап, где происходит синтез различных основополагающих аспектов и интеграция главных признаков. Добиваемся мы, чтобы наша заготовка была равна золоту, — и пробубнила уже больше для себя: «Возможно, стоит еще добавить реакций в камень, ему не хватает свойств…» — Ливи, у тебя есть идея? Проницательный Антерус сразу всё понял. — Ну… — он тяжело вздохнул, решаясь. — А что, если наш камешек должен лежать на стороне Au? — Поясни. Мария отвлеклась от полок и вместе с Антерусом подошла к нему. — Ну, — несмело повторился Ливи. Насмешек в чужих глазах он не увидел и решился продолжить. — Мы же создаем высшую форму в алхимии, а этап железа был пройден уже давно. — Хочешь сказать, мы уже приравнялись к золоту… — Не уверен. Возможно, золото должно забрать у железа какие-то свойства, чтобы стать равным. — Это как? — Вы умны, вы и соображайте, — всё, Ливи закончился, и он спешно отошел в самый темный угол чисто так, на всякий случай. Антерус задумался, почесывая подбородок. Мария ходила взад-вперед, обдумывая слова Ливи. — Можно попробовать, — наконец сказала она. — Цитринитас — это не просто уравновешивание, это трансформация. Мы не должны просто уравнять Железо и Золото, мы должны извлечь что-то из Железа, чтобы Золото стало совершенным. Железо должно отдать свойства Золоту. В буквальном смысле. — Но тогда весы снова выйдут из равновесия? — Именно, — подтвердила Мария. — Но это будет истинное равновесие. Равновесие, достигнутое через трансформацию. Антерус смотрел на нее с сомнением, но не стал останавливать. Ливи, выглядывая из своего угла, нервно дернул хвостом. Мария осторожно поместила кристалл на чашу весов, отмеченную символом золота (Au). Весы задрожали и медленно, но чаша железа осталась неподвижна. Но пещера наполнилась холодными вихрями магии. — И что теперь? — спросил Антерус, напряженно наблюдая за происходящим. — Не хватает еще чего-то, — ответила Мария, не отрывая глаз от весов. — Реакция запущена, но нужен проводник… — Кровь? — Похоже. — Вот теперь Марию начинало это нервировать. Антерус вновь пожертвовал несколько капель. Прошло несколько минут, которые показались им вечностью. Наконец, весы остановились. Чаша золота, на которой лежал кристалл, опустилась чуть вровень с железом. — Это всё? — спросил Ливи. В этот момент камень в чаше весов начал бурлить, будто кипящая вода. Антерус хотел броситься ставить защиту, как в учебном классе, но Мария быстро остановила его руку с палочкой. — Это реакция. Всё нормально. Ждём, — её с сомнением послушались. Бурление в камне усиливалось, его поверхность стала переливаться всеми цветами радуги. Затем внезапно буря утихла. В чаше весов лежал кристалл, совершенно прозрачный, но с легким лунным отливом. Он сиял мягким серебристым светом, словно в нём отражалось лунное сияние. Вихри магии, которые до этого кружились в пещере, постепенно успокаивались, словно всасывались в кристалл. Мария осторожно подошла к весам и взяла кристалл в руки. Он был холодным на ощупь, но в то же время от него исходила какая-то странная, успокаивающая энергия. Антерус всё-таки кинул заклинание, в этот раз диагностическое. Ливи обошелся тщательным осмотром. — Кажется, получилось, — выдохнула она нервно. В этот момент в дальней стене пещеры послышался тихий щелчок. Каменная плита, до этого незаметная, начала медленно отодвигаться, открывая проход в следующий зал. За дверью их встретил ледяной холод. Воздух стал настолько морозным, что, казалось, обжигал легкие. Дыхание вырывалось изо рта густыми клубами пара, а стены и потолок были покрыты инеем. — Кажется, нам дальше, — пробормотал Антерус, ежась от холода. Они двинулись вперед, искореженные лица от пронизывающего холода. Пол был покрыт тонким слоем льда, и им приходилось идти очень осторожно, чтобы не поскользнуться. С потолка свисали острые сосульки, словно ледяные кинжалы, готовые в любой момент сорваться вниз. На полу росли сталагмиты, образуя причудливые ледяные скульптуры. Ход становился все более узким и извилистым. Где-то вдалеке слышался приглушенный звук, словно потрескивание льда. Ливи остановился, прислушиваясь. — Кажется, мы близко, — сказал он. — Я чувствую движение воздуха и… какую-то энергию. Он поднял люмос выше, и свет выхватил из темноты массивную каменную дверь, преграждавшую им путь. Дверь была украшена сложными алхимическими символами в компании древних рун.