Доктор. Часть 3

Доктор стоял перед зданием, ошеломлённо глядя вверх. — Что?.. — пробормотал он. — Что?! Что?! Пит Тайлер осторожно тронул его за плечо: — Всё в порядке? Доктор будто очнулся от транса. — Что? А! Да, да, конечно, всё в порядке! Что вообще может быть не в порядке? — Он нервно улыбнулся, хлопнул себя по карманам, и заметно расслабился, когда в пальцах оказалась его звуковая отвёртка. — Ты выглядишь... слегка взволнованным, — заметил Пит. Доктор не ответил. Он активировал отвёртку — тонкий писк прорезал воздух. Повелитель Времени замер, слушая звук, будто тот шептал ему тайну. Через несколько секунд он убрал прибор в карман и резко повернулся к Питеру, глаза горели. — Значит, ты не нашёл ни одного упоминания обо мне, ни слова о ТАРДИС… но в этом здании, — он ткнул пальцем вверх, — сидит Повелитель Времени? — Что? — Питер моргнул. — Повелитель… кто? Доктор наклонился чуть ближе, почти шепотом, но с тем самым безумным блеском в глазах: — Ну, это становится интересным. Он стремительно направился к входу, и Питер поспешил за ним, на бегу показывая охране удостоверение. Доктор даже не притормозил — словно знал здание наизусть. Он двигался точно, уверенно, не глядя по сторонам, и нажал кнопку нужного лифта так, будто делал это тысячу раз. Пит едва успел запрыгнуть внутрь, прежде чем двери сомкнулись. — Что происходит?! — выдохнул он, пока Доктор возбуждённо барабанил пальцами по металлической панели. — Что происходит? — повторил Доктор, почти со смехом. — Происходит ответ, Пит! — Он обернулся, глаза сверкнули. — В твоём мире всё пошло иначе после какого-то события, верно? История — другая, Британия — республика, человечество переживает Золотой век… и вы, вы держите у себя во главе Повелителя Времени! Он замер, внезапно посерьёзнев. — Что, если это не просто совпадение? Что, если именно мой народ всё это и изменил? Доктор провёл рукой по волосам, растрепав их окончательно. — Но зачем им Земля? — пробормотал он, начиная ходить по лифту из угла в угол. — Что им вообще до такой далёкой, запущенной планетки на краю галактики? И почему они проморгали киберменов? — Он щёлкнул пальцами, будто отбрасывая неверную мысль. — Нет, не сходится. Если они всё это время защищали Землю, то почему не вмешались тогда? Где они были, когда всё рушилось? Он остановился, резко повернувшись к Питу, глаза блестели. — Вот оно, Пит! — воскликнул он с восторгом исследователя, которому только что подкинули новую головоломку. — Загадки, которые волнуют душу и заставляют мозг кипеть! Лифт мягко замер и с коротким «динь» двери разошлись в стороны. Перед ними тянулся обычный офисный коридор — белые стены, линолеум, несколько дверей по обе стороны. Всё выглядело абсолютно буднично… если бы не одна дверь в конце. Она была больше остальных. И — синяя. Ненормально синяя. Та самая, глубокая, почти невозможная синь, которая уже сама по себе выглядела как подсказка. Доктор застыл, глядя на неё с восхищением и лёгким ужасом. — Я не… не понимаю, — прошептал он, а потом вдруг резко схватил Пита за плечи. — Пит Тайлер, я ничего не понимаю! Питер отшатнулся, с опаской глядя на Повелителя Времени, который, казалось, балансировал между гением и безумием. — Доктор… — начал он, осторожно, как с человеком, готовым взорваться. — Это просто дверь. — Именно! — Доктор ткнул пальцем вперёд, глаза горели. — А с дверей всё и начинается! Доктор почти бегом направился к двери, распахнул её — и замер. Из глубины кабинета раздался спокойный голос: — Входите, Доктор.

***

Директор сидел за массивным столом и что-то аккуратно писал. Чернильное перо тихо шуршало по бумаге, пока Доктор и Пит Тайлер заняли места напротив. Повелитель Времени буквально прожигал взглядом фигуру за столом, а Пит, сжимая колени, с тревогой переводил глаза то на одного, то на другого. Судя по его выражению, он уже жалел, что остался. — Ну так мы будем разговари... — начал Доктор, но Директор поднял руку, не глядя. Доктор раздражённо закатил глаза и с преувеличенным интересом уставился в окно. Тем временем Директор закончил, аккуратно сложил лист, вложил его в конверт и протянул Питу. — Это письмо — нашему консультанту. Почтовый ящик всё тот же. И... марку возьмите европейскую, на этот раз. Питер осторожно взял конверт, будто тот мог взорваться, коротко кивнул и поспешно вышел, закрыв за собой дверь. Директор наконец отложил перо и посмотрел на Доктора. — Итак, Доктор. Признаюсь, вы... чуть более эмоциональны, чем я ожидал. Доктор скривился. — К чему весь этот спектакль? Мы оба знаем, кто мы. Почему бы не перейти сразу к делу? Директор спокойно поднялся, подошёл к окну и, не глядя на собеседника, произнёс: — Мы оба знаем... любопытно. И кто же я, по-вашему? — Ну, это же очевидно. Повелитель Времени! — выпалил Доктор. — И как вы это определили? — Директор говорил спокойно, даже отрешённо. — Ментальная связь чрезвычайно высокого уровня, — быстро заговорил Доктор. — Вам не меньше семисот лет, хотя, подозреваю, больше. В академии на Галлифрее подобный телепатический потенциал был только у профессоров... — Опустим это, — ровно перебил Директор и, наконец, повернулся. Доктор замер. В его взгляде мелькнуло непонимание. — Я не Повелитель Времени, — сказал Директор просто. — Но… — начал Доктор. — И я никогда не слышал о Галлифрее. Доктор задумчиво постучал пальцами по столу, взгляд его был настороженным, почти изучающим. — Если всё так, — протянул он, — если вы действительно не знаете о Галлифрее… тогда как вы здесь оказались? Директор тяжело вздохнул, будто доставая воспоминание из глубин веков. — Я не знаю, — тихо ответил он. — Не знаете? — переспросил Доктор, нахмурившись. — Да, — кивнул Директор. — Просто… однажды я упал с неба. Очень, очень давно. — Он говорил медленно, словно сам не верил в сказанное. — Не помню почему. Не помню, как. Только, что был свет… и падение. А потом — я жил. Долго. Очень долго. Он на мгновение задумался, и в его глазах мелькнула тень чего-то почти древнего. — Я пережил Средневековье, — медленно начал он, глядя куда-то сквозь Доктора, будто видел не стены кабинета, а призраки прошлого. — Видел, как люди жгли костры, уверенные, что таким образом очищают души. Я стоял под пушками Наполеона, когда небо разрывалось от грохота, и запах пороха смешивался с дымом сгоревших городов. Я наблюдал, как мир рождался заново — из пепла, из крови, из глупости. Он чуть усмехнулся, но без радости. — Я работал где мог: учёным, солдатом, советником, даже простым рабочим. Сотни жизней, сотни имён, тысячи лиц вокруг. И всё время — одно и то же чувство. Я будто бы наблюдал спектакль, который идёт без конца, только актёры меняются, а сцена — та же. Он прошёлся по кабинету, проводя ладонью по гладкой поверхности стола. — Сначала я пытался понять, кто я. Потом — зачем. Потом… просто жил. — Он обвёл рукой комнату. — А потом попал сюда. В Торчвуд. На мгновение в его голосе мелькнула тень гордости. — Здесь я нашёл цель. Хоть какую-то. Место, где можно направить свою силу — и свои проклятые века опыта — на что-то полезное. Люди думают, что я возглавляю организацию. Но на самом деле, — он посмотрел прямо на Доктора, — я просто ищу ответы. Те же, что и вы. Доктор молча слушал. — Я стал главой не потому, что мне это позволили, — продолжил тот, — а потому что никто больше не мог. Я слишком много видел, слишком многое знал. Не всё — человеческое. Не всё — объяснимое. Он посмотрел прямо на Доктора. — Я не знаю, что я такое, — сказал он наконец. — Но знаю одно: я не человек. И, возможно, я не один такой.