Глава 2. Зарождение доверия.

      — Привет, Кагами, — девушка бросилась к телефону, в попытке отвлечься и сбежать от тяжелого разговора.       — Привет. Я поговорила с мамой. Она не против, так что после школы в четыре, мы будем ждать тебя у входа в кинотеатр, — на том конце провода было слышно, как девушка улыбалась, говоря это.       — Замечательно. Слушай, а какая у тебя и твоей мамы любимая книга за папиным авторством? — девушка бросилась к блокноту, чтобы записать названия и не забыть потом поискать их в библиотеке Сону.       — Маме нравится «Осколки стекла», а мне «Корона лжи».       — Хорошо, записала. Я принесу их завтра в школу. Кстати, при встрече, как правильно обращаться к твоей маме? — Кан имела представление о традициях японской культуры, но все же решила уточнить. Не хотелось бы показаться невежливой при первой встрече с такой важной птицей как мадам Цуруги.       — Цуруги-сан. Я удивлена, что ты спросила.       — Правда? Разве это странно? — скрестив ноги на кровати, Тиен бросила взгляд на Бата, который решил занять свое облюбованное местечко в углу комнаты у самого потолка.       — Нет, просто об этом меня еще не спрашивали. Не считая Агрестов, все обращаются как к мадам. Никто не задавался вопросом как правильно.       — Неожиданно, — с первого этажа послышался звук захлопнувшейся входной двери. — Прости, Кагами, папа вернулся. Мне пора.       — Ничего. Увидимся завтра?       — Разумеется.       Бросив трубку, девушка полетела навстречу к Сону. Хотелось рассказать о новой знакомой, завтрашней премьере и о том, что сама глава «Цуруги Индустриз» является читателем детективов. Ну, насколько возможно быть читателем, учитывая ее слепоту.       — Папа! — в мужчину врезалось лохматое нечто с кисточками в волосах, белой футболке с «индивидуальным» дизайном в виде пятен от краски и с той же краской на лице.       — Мышка, как ты? Как первый день? Пойдем на кухню, я что-нибудь приготовлю.

***

      — Я встретил необычную женщину. Она музыкант, но ведет себя странно, как пират. Я не успел расспросить ее подробнее, так что мы договорились встретится позже, — Сону бросил встревоженный взгляд на дочь. Он боялся, что она может превратно понять его намерения.       — Думаешь написать что-то о пиратах? Подобного раньше не было, думаю многим понравится, — Тиен не выдала беспокойства. Считала, что папа имеет право на личную жизнь, она не смеет ему указывать. Возможно, так повлиял разговор с Баттом. Они слишком долго стояли на месте, и девушка это понимала. К тому же, начать заново не значит забыть свое прошлое.       — Да, возможно, возьму ее как прототип, — Сону закончил подписывать книги и передал их дочери. — Расскажешь потом, как прошла премьера?       — Разумеется, — убрав все в сумку, Тиен кинула взгляд в окно. Смеркалось. — Нам пора. Полетаем чуть-чуть.       — Хорошо. Будьте осторожны.

***

      На город уже опустилась ночь. Шейд сидела на крыше какого-то здания и смотрела на звезды.       «Интересно, те двое появятся? Вроде, они каждый день выходят в патруль. Надеюсь, что да. Нужно начать выстраивать доверительные отношения, если я хочу прижиться здесь как герой».       Тиен замечала, как некоторые люди бросали на нее настороженные взгляды. Оно не удивительно, героиня еще не успела кому-либо помочь, так что о ней просто никто не знал. Не то чтобы ее это сильно волновало. В городе, где злодея можно перепутать с героем по внешнему виду — недоверие среди гражданских понятно. В Рио одержимые не отличались от обычных людей, разве что глаза были сплошь красными, а по телу расползались линии словно от нитей, да и поведение говорило, что это марионетки.       За подобными мыслями, Кан едва распознала звук чьего-то приближения. Посмотрев вправо, она увидела Супер-Кота. Спрыгнув со своего шеста, парень приземлился рядом с девушкой.       — Какие люди! Приятно увидеть вас снова, леди! — прохвост потянулся поцеловать руку Шейд.       — Взаимно. Сегодня без угроз? — она не стала вырывать ладонь. Все же, подобный жест — проявление вежливости, а Тиен ее ценила как в обычной жизни, так и в геройской.       — Обижаешься? Да ладно тебе, сама же сказала, что все понимаешь.       — Понимаю и не обижаюсь. Сарказм — слышал о таком? — бровь девушки взлетела вверх. Даже сквозь маску Кот смог это заметить.       — Разумеется! Это мое второе имя! Как ты узнала? — в ответ Шейд лишь прыснула и улыбнулась. Подобное общение создавало впечатление, что они давно знакомы. Возможно, знакомы были их квами, а девушка ощутила эту теплоту по отношению к герою. Все же, слияние давало о себе знать.       «Вроде дурак, а забавный».       — Вот вроде мышь, а сразу ясно, что не входишь в мой рацион питания, — парень слегка прищурился и наклонился к лицу героини.       — Ты меня съесть задумал? О чем ты вообще? — уши встали торчком, а глаза округлились от непонимания.       — Ну смотри: ты мышь…       — Да ладно! Гений, не иначе!       — Не перебивай! Так вот, опустим, что у тебя есть крылья, что уже делает твою поимку невозможной. У тебя клыки виднеются и зрачки узкие, а еще ты шипишь немного. Ты хищник и скорее выпьешь мою кровь до того, как я тебя съем, — закончив свою «умную» мысль, сложил руки на груди и ожидал восхищение его эрудированностью.       — Во-первых, я не хищник, скорее фруктовый листонос. Во-вторых, кровь твою не выпью, но могу сильно покусать. В-третьих, да, я в принципе не вхожу в твой рацион, так что и смысла меня есть нет. И вообще, почему я сижу и объясняю это?       — Без понятия, к тебе вопрос, — на лице Кота расплылась довольная улыбка от того, что он смог выбить ее из колеи. Парню не нравилась серьезность на ее лице. К тому же, было забавно наблюдать, как Шейд принялась читать ему лекцию. Он уже понял, что как он склонен вечно шутить и каламбурить, девушка склонна пускаться в объяснения и рассуждения.       «Подловил гадёныш».       Несмотря на подобные мысли, Шейд это весьма забавляло. Она давно не чувствовала себя расслабленной, особенно в обличие героя. Казалось, что всегда необходимо быть начеку. Благодаря этому разговору, настроение поднялось, и герои синхронно отвернулись друг от друга, молча наслаждаясь звездной ночью.       — Красиво, — Кан не заметила, как прошептала это. Кот ее услышал.       — Ты права. Нам для комплекта, не хватает собаки или волка.       — Чтобы дружненько смотреть на луну? Чур, я не буду выть.       — Не обязательно выть. Раз тебя не устраивает можно сову. Только, чур, без меня не летать. — Парень заметил, как после его слов девушка напряглась. Он бы мог пошутить, что она боится стать ее ужином, но почувствовал, что это будет неуместно. Слишком сильно изменилось настроение собеседницы. — Прости, я не хотел задеть. Что случилось?       — Я знаю злодея с талисманом совы. Мой наставник сражался с ним, — после недолгого молчания, решила ответить.       — Он победил?       — Нет. Он не справился со своей задачей и ушел в отставку. Не выдержал груза вины.       — За проигрыш?       — За смерти людей.       Супер-Кот не ожидал такого поворота. Бражник хоть и был злодеем, но физически он никому не навредил. Хотя герои допускали мысль, что, либо они мешали ему до этого, либо же ему это просто не было нужно. Они жили в Париже, как в аквариуме и не интересовались происходящим в других городах и странах. Своих проблем хватало.       — И… Как он справился? — парень хотел спросить, где это произошло, но понял, что Шейд не скажет. С другой стороны, он сам боялся допустить ошибку, которая приведет к победе Бражника.       — Никак. В процессе. Он… Потерял близкого человека тогда. Все еще переживает, хотя и старается жить дальше. Помогает мне, чем может.       — Почему он передал талисман? Не попытался отомстить, исправить все, победить злодея? — он не понимал, как можно все просто бросить. Переложить ответственность на другого и просто жить.       — Месть — это путь злодея, а не героя. Человек охваченный жаждой отмщения не способен защитить других. Мертвых не вернуть, значит и исправлять нечего, а победить он бы не смог, его время прошло и ему пришлось уступить дорогу молодым. Он ничего не забыл и до сих пор несет этот груз. Он такая же жертва.       — А почему ты не сражаешься с ним? Приемники ведь продолжают миссию предшественников, нет?       — Я и продолжаю. Защищаю людей. Есть ли разница, где это делать? Я не обязана оставаться на одном месте, сейчас мой дом — Париж, а возможно, завтра я перееду в Рим, — девушка бросила взгляд на землю. Некоторые прохожие останавливались, смотря на героев и фотографируя их.       «Похоже, завтра я появлюсь во всех новостях. Потрясающе, блин. Еще ничего не сделала, а обо мне уже будут говорить».       — Это тяжело? — он посмотрел на девушку, что несла на себе груз, о котором парень и не подозревал. — Продолжать чье-то дело? Оправдывать ожидания, которые на тебя наложили?       — Тяжело ли жить? — Шейд повернулась и посмотрела на Кота. На ее лице красовалась грустная улыбка.       По лицу героя было ясно, что он понял посыл. Всю жизнь люди так или иначе продолжают путь других и не важно, родственники это или незнакомцы. По всем дорогам, что существуют, уже кто-то проходил. Люди вынуждены оправдывать чьи-то ожидания: семьи, друзей, любимых, поклонников, да кого угодно. Не существует человека от которого ничего не ждут, существует только тот, кто не оправдал эти ожидания.       — Кажется, я сегодня не засну, — хотел отшутится, но вышло плохо. Тем не менее, героиня усмехнулась.       — Если будет мучать бессонница обращайся. Подкину темы для размышления, — пора было возвращаться домой. Шейд поднялась, протягивая руку собеседнику.       — Спасибо, конечно, но воздержусь.

***

      После занятий Тиен направилась домой, чтобы успеть подготовится к премьере. В отличие от Кагами, ее на машине со школы никто не забирал, так что пришлось пробежать небольшой марафон. Уже выходя из дома, она оставила записку для папы. Он хоть и знал, во сколько девушки договорились встретится, но не мог знать заходила ли дочка домой. Кан могла бы написать сообщение, но Сону очень «любил» забывать телефон.       Сидя в автобусе девушка вспоминала прошедший день. Кагами обрадовалась книгам, хоть по ее лицу это было сложно понять, но глаза, и то, как она их прижимала к себе, выдавало истинные эмоции.        Литература прошла весьма необычно. Мадам Бюстье решила устроить небольшое знакомство. Ничего нового девушка о себе не рассказала, все то же, что уже знала Цуруги. По истории намечался тест, так что Тиен планировала серьезно за нее засесть ближайшие ночи. Какая-то девочка врезалась в нее на перемене и даже не извинилась, что сильно не понравилось Кан. И конечно, она узнала, как зовут некоторых ее одноклассников: Аврора, Аглая, Сублим, Марк и Лука. Пожалуй, имя последнего она хотела узнать сильнее всего. Девушка кидала на него взгляды в течении дня, даже Кагами это заметила, что уж говорить о самом объекте наблюдений. Парень хоть и обратил внимание на интерес новенькой, но никак не выразил своего отношения, кроме как плутовой улыбкой. Он мог бы подойти и познакомится нормально, но не сделал этого. От чего, Тиен не знала. Она никому не признается, что ее это расстроило. Даже себе. Так же, она была права, что о ней станут говорить в новостях. Тему раскручивали даже в школе, а некоторые уже напридумывали теории о том, с кем же был по среди ночи герой Парижа и знает ли об этом человеке Леди Баг.       Время уже без пяти четыре, Кан только подошла к кинотеатру, как увидела подъезжающую красную машину, из которой вышла Кагами с матерью. С первого взгляда Тиен поняла, что такая женщина не прощает ошибок и если она облажается, то достанется и юной Цуруги.       — Цуруги-сан, приятно с вами познакомится, меня зовут Кан Тиен. Подруга и одноклассница вашей дочери, — девушка поклонилась и протянула ладонь в ответ на жест женщины. Обмениваясь рукопожатием, Тиен заметила, что ладони собеседницы грубые, усыпанные следами от мозолей.       «Фехтует? Насколько надо быть усердной личностью, чтобы даже будучи слепой продолжать заниматься боевыми искусствами? Начинаю понимать, почему Кагами ее так уважает. Ею нельзя не восхититься».       — Взаимно, мадемуазель. Моя дочь говорила о вас. Спасибо за экземпляр романа, передайте своему отцу мою благодарность и почтение. Буду рада, когда-нибудь встретится с ним лично. Не будем задерживаться на улице, — закончив, Томоэ прошла вперед ко входу в здание. Девушки, обменявшись улыбками, пошли следом.       — Прекрасно выглядишь. Тебе очень идет кимоно.       — Спасибо. Оно принадлежало моей бабушке, сандалии тоже.       — Тебе удобно? Не жарко? Просто так много ткани… — на улице была приятная погода, если бы не официальный статус мероприятия девушка надела бы майку и шорты. По мнению Кан, в таком традиционном наряде должно было быть дискомфортно.       — Я часто одевалась так на родине, так что привыкла. Ткань из хлопка, я выдержу если станет теплее на пару градусов, — Цуруги улыбнулась собеседнице. Ей была приятна такая забота.       — Что ж, поверю на слово.       Уже стоя в холе, девушки продолжали шептаться. Томоэ точно слышала их, но не выказывала недовольства. Возможно, просто не считала чем-то предосудительным обмен опытом жизни в разных странах. К ним подошли Адриан и женщина с красной прядью в волосах. Подруги сразу прекратили разговаривать. Мадам Цуруги говорила о чем-то с парнем и мужчиной с экрана планшета. Девушка не знала японского и не могла понять сути разговора. Единственное, в чем она была уверена — они обменялись приветствиями. Вскоре, старшие удалились.       После знакомства с моделью, ребята решили пройти подальше от входной двери и пообщаться более свободно. Тиен заметила, как две девочки прожигали Кагами взглядом, когда та взяла блондина под руку. Одна из них кинулась бы следом с кулаками, если бы ее не удержала подружка.       «Фанатки, что ли? Кажется, одну из них я уже видела. Скорее всего в школе».       Оказалось, что Адриан вполне себе адекватный человек, а то представление на Эйфелевой башне, которое видела Тиен, организовал злодей. К тому же, он не был заносчивым или высокомерным как можно было ожидать. Парень сам признался, что не очень любит быть моделью и хотел бы найти себя в чем-то другом, но отец не позволит. Он также, с недавнего времени, стал учился в колледже «Франсуа Дюпон», только в параллельном классе.       «Возможно, поэтому он ей нравится? Они похожи. Делают то, чего хотят их родители. Весьма печально».       Посреди разговора, в отражении стекла, Тиен заметила, как брюнетка, которую она видела ранее, весьма нелепо «летела» с подносом полным макарон на их компанию. Кан стояла как раз на ее пути, так что ей оставалось только повернуться и поймать «нарушительницу» за талию одной рукой, а поднос другой. Когда стало понятно, что конфузу не суждено случится, девчушка подняла невинный и благодарный взгляд на ту, что остановила ее фееричное падение. В ответ она получила лишь негодование и раздражение на лице Тиен.       — Ой, я такая неуклюжая. Простите меня. Ох, Адриан ты тоже тут! Рада тебя видеть… — девушка вырвалась из чужих рук, оставив поднос на «попечение» Кан. Со слов Агреста стало понятно, что ее зовут Маринетт.       «Серьезно? Никого кроме меня не смущает этот цирк? Судя по форме она здесь должна работать, так, какого черта, она отлынивает и отвлекает других? И, ладно бы она обратилась к нам троим, но нет. У этой девчонки в голове только Адриан и сладкая вата. Все это было сделано ради макарона с маракуей?! Нет ну это уже клиника…»       Бросив взгляд на Кагами, Кан поняла, что та ее знает, а еще, что она поняла к чему было это представление.       «Интересно, в школе парней, что ли больше нет? С чего такой ажиотаж?»       Пока девушка размышляла, упустила из виду то, как Маринетт утащила ее подружка. Как только они скрылись, Цуруги заметила, что наступила на жвачку, Адриан бросился искать чистый стул, чтобы помочь, а Тиен пошла к ближайшему столику, чтобы оставить там злосчастный поднос. Она заметила, что на стоящем недалеко от нее стуле кто-то оставил торт, Кан не обратила бы на это внимание, если бы стул не дернулся. Без раздумий, она подошла к нему и схватила за спинку, не давая ему уехать в сторону Кагами. К одной его ножке была привязана веревка, проследив за ней взглядом, брюнетка отметила, что та же веревка обвязывает стул на который садится Цуруги, а дальше она ведет за барную стойку, из-за которой на Тиен испугано глядели две пары глаз, которые та сразу узнала.       «Детский сад! Пытаться опозорить кого-то из-за парня! Хорошо, что Кагами японка, а то кажется, что все парижанки лишены мозгов».       Остановить Кан от «расправы» над теми девчонками, смогла Томоэ. Она позвала свою дочь и Тиен, пришлось отвлечься и помочь ей допрыгать до матери. Отцепить жвачку они не успели. Уже садясь рядом с мадам Цуруги, Кан успокоилась, правда, не на долго, ведь к ним подошла блондинка, что пряталась за барной стойкой, а точнее к Агресту. Видимо, все в мире решило не дать Кан расправится с каждой из девушек, в этот раз помешал злодей.       Тиен и женщины семьи Цуруги спрятались в одном из залов и стали ждать, когда все уляжется. Девушка хотела пойти и помочь героям, но так как Адриан удачно смылся в самом начале хаоса, все внимание Кагами перекинулось на нее, попытки сбежать выглядели бы слишком подозрительно, так что было решено не рисковать.       Вскоре все закончилось и люди повыходили из укрытий. Когда же все окончательно успокоились, объявили начало фильма. Девушки поспешили занять свои места. Заходя в зал, Тиен увидела у входа Маринетт. Кан ничего ей не сказала, взяла с подноса макарон, тем самым обратив ее внимание на себя. По лицу можно было подумать, что ей стыдно, но так как она не спешила извинятся за тот бардак, что устроила, Тиен решила, что не очень то ей и жаль. В остальном, премьера прошла удачно.

***

      Через несколько дней, Кан сидела у берега Сены и делала набросок портрета Адриана. Они стали общаться в школе перед занятиями, так что девушка решила, что он достоин носить второе почетное место среди ее новых друзей, и пускай он об этом не знает.       На улице было пасмурно, что радовало Тиен — глаза не слепило. В промежутке между песнями в наушниках, девушка услышала музыку рядом с собой. Сняв устройство и оглянувшись, она обратила внимание на корабль пришвартованный на противоположном берегу.       «Как я его не заметила? Может, тут живет та женщина, о которой говорил папа?»       Девушка уже подумала, что это она играет на гитаре, как заметила сидящего на палубе парня. Тиен неосознанно перевернула лист блокнота и начала рисовать его. Наушники валялись на асфальте, музыку из них Кан уже не слышала. Весь мир словно сузился до Луки, и она совсем перестала понимать что происходит. Она даже не обратила внимание на то, что давно не рисовала так — не отрываясь, поглощенная моментом. В голове девушка уже выбирала, какие оттенки использует для его портрета, как будет изображать хитрый взгляд, пальцы перебирающие струны. Она утонула в процессе и даже не заметила, что подобно ей, парень бросал на нее короткие взгляды. Лука словно чувствовал, что если Тиен это заметит, то сбежит. Он как никто понимал, как сложно поймать вдохновение, поэтому продолжал стоять неподвижно, играя на гитаре.       Возможно, Кан бы просидела так до самой ночи, если бы не почувствовала сигнал от Супер-Кота. Из-за слияния с квами, девушка и в обычной жизни могла чувствовать, что с ней кто-то пытается связаться. Она и так ничем не помогала героям все эти дни, лишь болтала по ночам с Котом, так что сейчас Тиен планировала выложится по полной. Быстро скидав все вещи в сумку и схватив телефон, она ринулась в переулки для поиска надежного места. Лука же провожал ее задумчивым взглядом, решив, что все-таки спугнул девушку.

***

      — То есть, тебя пригласил на свидание отец влюбленной в тебя девушки? — Шейд парила над Супер-Котом, который карабкался по стволу гигантской розы, сложив руки на груди.       — Да.       — И ты отверг эту девушку?       — Ага, — подтянувшись, парень глухо отозвался.       — А ее отец решил, что ты бесстыжий кот, подхватил акуму, спрятал дочь среди этих лоз и хочет надрать тебе задницу?       — Я не бесстыжий! Но в общем и целом, ты права. Может поможешь быстрее забраться? — парень недовольно посмотрел на героиню.       — Я тебе не транспорт, — несмотря на свои слова, Тиен подхватила героя и стала поднимать его выше. Как только парочка приземлилась, парень принялся искать злодея и его дочь.       — Маринетт! Месье Дюпен!       «Та девчонка что ли? Она же влюблена в Адриана? Не могло же мне показаться…»       Шейд не успела уйти в рассуждения, как услышала приближение злодея. Дернув Кота с линии атаки, она приготовилась к бою.       — Как ты посмел вернуться после того, что наговорил? — на героев выскочил огромный оборотень.       — Я всегда приду, чтобы спасти Маринетт!       — Что ты еще успел наговорить? — глянув на него, скептично протянула героиня.       — Ничего. Я просто сказал, что люблю Леди Баг.       — И мужчина от этого так взбесился?       — Эээ… Он очень любит свою дочь? — парень флегматично пожал плечами.       — Она под защитой от тебя и ото всех, кто захочет разбить ей сердце! — оборотень снова кинулся на героев.       Кот блокировал его атаку, в ближнем бою с подобными врагами, Шейд была наиболее уязвима, так что ей пришлось отскочить из-за его спины, чтобы дать больше пространства для маневра.       — Я не хотел разбивать ей сердце, месье, клянусь! — он пытался вразумить разъярённого отца.       — Ну, а я клянусь, что сломаю тебе все кости! — месье Дюпен подтянул лиану, на которой стоял герой и попытался столкнуть его вниз. Девушка же успела поймать его за миг до падения.       «Жестоко».       — Может, оглушишь его? — покрепче схватив свою спасительницу за руки, Кот спросил с надеждой в глазах.       — Ты накосячил, ты и разбирайся. Он хоть и крупный, но прыткий. В лучшем случае — я промахнусь, в худшем — оглушу тебя.       — Тогда, найди Маринетт и предмет с акумой, я возьму его на себя, — находясь в руках напарницы, проговорил парень.       — Если начнешь падать — кричи. Возможно, я успею тебя спасти, — ушами Шейд уже стала пытаться расслышать девушку, чтобы определить, куда лететь.       — Спасибо за поддержку! — нервно проговорил хвостатик, смотря на жутковатую улыбку подруги, и сиганул вниз прямо на оборотня.       Направляясь к вершине розы, Шейд краем уха слушала разговор оппонентов. То, что Супер-Кот весьма одинокая личность в жизни она уже знала. Пожалуй, больше всего ее удивили слова отца Маринетт.       «Так у них семейное жить в розовом замке из сладкой ваты? Ужас, да это же сюжет самой банальной сказки!»       Залетая в огромный шар из лиан, героиня стала внимательно осматриваться. Она слышала два голоса: один явно принадлежал Маринетт, второй же был тише и еле заметен, его героиня не смогла узнать. Решив, что спасение девушки важнее, она ринулась на встречу, к тому же ее местоположение она определить смогла.       — Нашла, — героиня приземлилась позади, чем напугала девушку и явно прервала ее крики.       — А-а-а!       — Успокойся. Я — Шейд. Коллега Леди Баг и Супер-Кота. Ты знаешь где сейчас акума и в какой предмет она попала? — удерживая «беду на ножках» от падения, Тиен решила быстро осведомиться о второй ее цели.       — А, да! Она в розе, — покрепче схватившись за держащую ее руку, проговорила Маринетт.       — Ясно. Иголка в стоге сена. Держись крепче и смотри внимательнее. Как только заметишь ее — говори, — повернувшись спиной и указав хвататься за шею, Кан приготовилась к полету с «пассажиром».       «Видимо, сегодня я подрабатываю летучим такси. Круто.»       Долго искать не пришлось. Сложно было не заметить подсвеченную розу на пьедестале. Ухватив девушку покрепче, Шейд принялась маневрировать между лозами, что так и норовили их сбить, сказав Маринетт, что бы та схватила предмет и сразу его разломала. Как только брюнетка сделала это, все вокруг стало рушится.       — Ты была здесь одна? Я слышала еще один голос.       — О чем ты? Я была одна. Точно. Ну, еще папа был, но он…       — Я поняла. Держись крепче, на нашем рейсе предвидится еще два пассажира, — прервав бессмысленный поток слов, Кан принялась вылетать из шара искать Кота и месье Дюпена.       «Врет. Я определенно слышала кого-то еще.»       Не став зацикливаться на этой мысли, Тиен начала пикировать вниз. Она заметила летящую ниже акуму. Приказав Маринетт закрыть уши, Шейд издала по направлению полета протяжный крик. Для человека — максимум головная боль, насекомое же потеряется в пространстве и упадет. Как раз будет время до прихода Леди Баг.       Еще ниже падали мужчины. Глубоко вздохнув, предвидя невероятную тяжесть, Кан схватила руками месье Дюпена, и сунула ногу Супер-Коту, надеясь, что тот додумается ухватится. Благо, додумался.

***

      — Спасибо, что летели нашими авиалиниями, надеемся, больше этого не повторится, — уже спустив всех на землю, девушка принялась разминать конечности.       — Прости меня, Маринетт. Я не хотел тебя обидеть. Ты очень хороший человек. Даже несмотря на то, что не являешься моей фанаткой. — После этой кошачьей реплики, ладонь Шейд смачно встретилась с ее лицом.       — А-а-а… Так ты решил, что я твоя фанатка. Фух… Ну, то есть нет, но я буду рада с тобой просто дружить, — брюнетка обняла героя и повернулась, к застывшей в весьма странной позе, девушке. — И, Шейд… Спасибо за помощь.       — О, не за что. Это моя работа. Постарайся больше не попадать в неприятности. Иди домой, мы дождемся Леди Баг, и она все подлатает, — Кан выпрямилась, и почесала затылок от неловкости. Она не ожидала, что ее заметят, учитывая, что она сама чувствовала себя мебелью, пока семья Дюпен-Чен говорила с Супер-Котом.       Тиен начала оглядываться, в поисках черной бабочки. Повезло, что она не успела оклематься, так что оставалось только следить за ней или же посадить в баночку.       — Ничего. Леди Баг, Супер-Кот, вам не помогут новые герои. Я стану сильнее и заберу не только ваши талисманы, но и талисманы ваших друзей! — сев перед акумой на корточки, Шейд услышала очень тихий голос Бражника.       «Он не только приказывает людям, но и может наблюдать за нами через бабочек. Вопрос, видит ли он глазами злодеев или только слышит? Может ли он следить за всем напрямую, через акум? Если да, то должен бы увидеть меня сейчас, но он не выказывает никакой реакции. Значит, видит только глазами акуматизированных».       Поток мысли прервала Леди Баг. Она принялась извиняться за опоздание и благодарить за помощь. Закончив с любезностями, использовала свою силу, починив все вокруг, и очистила акуму. Шейд не стала говорить о том, что судя по всему, может слышать голос Бражника. Решила поделиться этим в другой раз, если узнает, что-то важное.

***

      Прошло две недели. Герои больше не нуждались в помощи Шейд, так что девушка посветила себя учебе и рисованию. Ее не расстраивало, что приходилось отсиживаться в стороне. Ребята справлялись сами, а пятым колесом быть не хотелось, к тому же, она предупреждала их, что днем ей сложнее всего действовать. По ночам она сталкивалась с ними во время патруля, удалось даже наладить какое-никакое общение с Леди Баг, хотя, по большей части, она учила их секретам талисманов. Теперь, ребята могли почувствовать, если кому-то из них потребуется помощь. С моральным взрослением пока были проблемы, Кан не могла объяснить, как не детрансформироваться, рассказать о своем опыте тоже, это выдало бы слишком много лишней информации.       Батт был рад подобному развитию событий. Ему нравилось, что хозяйка стала уделять время своему увлечению и учебе. Она часто созванивалась с Кагами. Квами хотел, чтобы Тиен общалась с людьми не только дома и в школе, но у Цуруги было загруженное расписание, так что выкроить время на прогулку не удавалось.       Закончив портрет Адриана, Кан убрала его досыхать и установила новый холст.       — Кого будешь рисовать в этот раз? — мышь сидел на верхушке мольберта и жевал виноград.       — Не знаю. Я пока ни с кем больше не познакомилась. Хотя, я знаю Маринетт, но она мне и близко не подруга, так что мимо.       — Почему не подружишься с ней?       — Она не извинилась за то, что хотела сделать с Кагами, хотя знает, что я все видела. К тому же, в школе она от меня как от огня бегает, — вспомнив, как Дюпен-Чен вписалась в столб при виде Кан, не смогла сдержать усмешку. Периодически наблюдая за ней, девушка сделала вывод, что она не плохой человек, просто излишне наивный, неуклюжий, забавный и весьма шумный.       — Тогда, нарисуй этого парня, — квами подлетел к блокноту и открыл разворот, посвящённый ему. К слову, один из многих. — Я видел, как ты подолгу смотришь на него, к тому же, так много раз одного и того же человека ты не рисовала, вы ведь даже не общались. Что в нем особенного?       Тиен залилась краской от замечания друга. Она сама не понимала, когда начинала его рисовать. Обращала на это внимание только когда заканчивалось место на странице. Что такого в нем видела, понять тоже не могла. Красивый? Безусловно, но уступает Адриану. Тем не менее, он симпатизировал ей сильнее, возможно, из-за того, что девушке просто не нравились блондины. Талантливый? Возможно. Девушка не так часто слышала его игру, чтобы судить. Все, что могла пока сказать — играет он определенно хорошо. Яркий? Да, но не настолько как ее друзья из Рио, тем более в период карнавалов, но их без остановки рисовать не хотелось. Умный? Она не знала. Лука не так часто отвечает на занятиях, оценки нормальные. Не глупый по части школьной программы — да, в остальном — не ясно.       — Что я такого сказал, что ты аж из реальности выпала? — Батт обратил внимание на долгое молчание. Тиен зависла, смотря на наброски парня, кстати, лицо ее все еще напоминало клубничку.       — Ничего. Не знаю… Мне просто нравится его рисовать. Когда я это делаю, в голове ни единой мысли. Разве, что я думаю о том, как бы он смотрелся на холсте, какие краски подобрать, как передать… Что-то, что в нем определенно есть и чего я пока не вижу, — Кан опустила голову.       Она действительно не знала почему так зациклилась на нем. Или же просто не хотела знать. После гибели мамы, наблюдая за горем отца, Тиен поклялась не влюбляться. Она боялась повторить судьбу Фантома. Когда смерть пронеслась так близко, больше всего она стала боятся потерять близких. Не осознанно, она гнала от себя мысли о том, чтобы переступить черту «дружбы» с кем угодно. Да и друзей она не очень то хотела заводить, только вот Сону и Батта это категорически не устраивало.       Листонос решил не развивать тему дальше, Кан выглядела слишком поникшей. Пока она, задумавшись, перебирала кисточки, квами подлетел к ноутбуку и включил трансляцию какого-то канала, чтобы отвлечь ее. Громкость была увеличена, так что по всей комнате пронесся противный мужской голос.       — Леди Баг спасла тебя, парень, но это не конец. На что ты надеялся? Что я расскажу всем правду? Что я украл песню группы «Кошечки» и костюмы твоей подружки, чтобы отдать все моему бездарному сыну? А?! Видимо не ожидал, что супергерои придут мне на помощь? Да? Вот-вот! Теперь они работают на меня, — мужчина сидел привязанный к стулу и злорадствовал в сторону того, кто находился за кадром. Только вот радость его продлилась не долго. — Что такое? Почему вы все улыбаетесь?       — Улыбаемся, потому что вы в эфире, месье Рот. Вы сказали все это в прямом эфире, — за пределами экрана послышался голос Леди Баг. Тем временем лицо «месье» исказил первобытный ужас.       — О-э… Ах-ах-ах… Вот именно, ведь это была просто шутка. На самом деле, мне очень понравилось выступление группы «Кошечки». Так понравилось, что я хотел предложить записать их первый профессиональный альбом. И теперь они закончат выпуск шоу их собственной песней. Раньше я не говорил, ведь это был сюрприз, но я с самого начала так и задумал.       — Вот же скользкий тип! Как выкрутился, — Девушка была поражена такому лицемерию. — Надеюсь мне не доведется с ним сталкиваться. Не хочу иметь дела с таким человеком.       — Ты герой, мышка. По долгу службы тебе придется встречать разных людей, а также спасать таких как он, — в комнату незаметно прошел Сону и сел на стул рядом с экраном.       — Тебе приходилось?       — Разумеется. Знаешь в чем плюс двойной жизни? Как герою, тебе придется терпеть любых людей и играть хорошую девочку, но зато в реальной, ты можешь спокойно на них оторваться. Считай, что за их спасение ты получаешь право поступать с ними так, как они поступают с тобой. Стань для них тем бумерангом, который вернет им все плохое, что было сделано.       — Пап, ты же понимаешь, что по-хорошему, неправильно давать мне такие советы. Я ведь действительно могу не сдержаться, — девушка скептично приподняла бровь и сложила руки на груди. — Что будешь делать если я настолько из себя выйду, что ударю кого?       — Внесу за тебя залог. Главное — никого не убивай, — Сону потрепал дочь по голове.       «Спасибо, конечно, за поддержку, но немного задевает, что ты не отрицаешь такую вероятность. Я ведь не стану никого всерьез бить..»       Резко в голове Тиен пронеслось воспоминание, как она три года назад разбила нос однокласснику.       «А, нет. Стану».       — Ладно, а с чего шум то такой? — мужчина указал на экран, где уже пустили рекламу для подготовки к выступлению.       — У какой-то группы украли музыку и костюмы. Наверное, парень из нее решил восстановить справедливость и подхватил акуму. Мы сами только включили, так что не совсем понятно, — Батт приземлился прямо перед экраном, чтобы понаблюдать, что же такого особенного в этой группе, что их творчество решили украсть.       — Не против, если я посижу с вами? — Сону глянул на дочку, что уже успела начать смешивать краски для нового портрета.       — Нет, конечно, — девушка принялась гипнотизировать холст в ожидании вдохновения.       За всеми этими разговорами, Тиен забыла убрать блокнот со стола. Так что вне ее внимания оказались переглядки отца и квами, которые одновременно смотрели на раскрытый разворот, изрисованный скетчами парня. Оба думали об одном и том же — влюбилась. В слух свои мысли было решено не озвучивать, оба еще хотели походить по этой земле. Батт аккуратно закрыл блокнот и сел на свое место, поглядывая на хозяйку, что опять выпала из реальности и пялилась на пустой холст.       Из оцепенения ее вывело начало шоу. Тиен отложила палитру, убрала кисточку в волосы, подвинулась ближе к папе и взяла предложенный им стакан сока. Когда на сцену вышла группа «Кошечки», Кан застыла. С экрана на нее смотрел Лука в маске кота с рогом на лбу. Если бы Сону не тыкнул девушку в бок, она бы прослушала все выступление.       — Знаешь кого-то из них? — он хоть и понял, кого дочь знает, но решил не подавать виду.       — Да. В школе видела, — проморгавшись, Тиен сосредоточилась на происходящем по ту сторону экрана.       — Твои друзья?       — Нет. Мы не знакомы.       От отца не укрылся тон и взгляд, выдававшие досаду от этого факта. Допытываться дальше, мужчина не стал. Во-первых, потому что неловко: он никогда не был тем, с кем дочка делилась своими чувствами и мыслями. Он скорее наставник и защитник. Во-вторых, решил, что если ей понадобится помощь, она придет к нему. Разумеется, если Батт не сможет ничего сделать.       — Шумно. И это нравится молодежи? — мышь прижал уши и обернулся на людей. — Классика лучше. Вот скрипка… Это музыка. Флейта, фортепиано… А тут крики, бренчание и бой барабана.       — Многим нравится. Это как в искусстве. Например, минимализм. Многие могут увидеть в нем посыл или вызов системе… — Тиен решила не уточнять, что ей понравилось выступление ребят.       — Какой посыл может быть в черном квадрате? А какой вызов системе в белом квадрате на белой бумаге? — Батт смотрел на девушку как на умалишенную. Квами хоть был и склонен к философствованию и размышлениям, но порой если он считал что-то бессмысленным, то даже не пытался посмотреть под другим углом.       — Без понятия. Я сама не понимаю это направление, — Кан усмехнулась и пожала плечами.       — А, по-моему, не плохо, — в Сону впились две пары удивленных глаз.       Никто не понял, о чем конкретно он говорил. Батт ожидал, что писатель поддержит его точку зрения относительно музыки и решил, что тому понравилось выступление. А девушка, что тому нравится минимализм. Разбираться, что же мужчина считал «не плохим» никто не стал.

***

      Тиен ехала в автобусе. Сегодня они с Кагами договорились встретится на площади Вогезов после ее тренировки с мадам Цуруги. Уже подъезжая к нужной остановке, девушке пришло сообщение.       «Кто такая Лайла Росси?»       Открыв его, она увидела девушку, та была первым злодеем, с которым встретилась Кан на вершине Эйфелевой башни. На фото, которое и было сообщением, видимо, отправленным рассылкой всем учащимся школы, Лайла целовала Адриана в щеку.       «Еще одна влюбленная».       Тиен тяжело вздохнула. Ей стало жаль Агреста. За ним бегали толпы фанатов, везде его узнавали, побыть в одиночестве он мог только дома, в перерывах между занятиями, на него вешалась куча девчонок. И все это он не выбирал. Подумав обо всех влюбленных в него девушках, Кан вздрогнула и вылетела из автобуса, как только он остановился.       «Кагами! Черт, если она это увидит, то очень расстроится. Повезет если только расстроится, а не подхватит акуму».       К сожалению, опасения оказались не напрасными. Тиен только добралась до площади, как увидела убегающую оттуда бело-красно-черную мечницу. Заметив в отдалении мадам Цуруги, стало ясно — девушка тоже получила фото.              «Зачем?! Ну зачем отправлять фото всем? Даже тем, кого не знаешь? Чтобы что? Показать, что место занято или… Или насолить Леди Баг и Супер-Коту, спровоцировав акуматизацию? Черт, если это так, то Лайла может серьезно помешать в будущем, особенно, если объединится с Бражником».       — Цуруги-сан, здравствуйте. Вы в порядке? — Кан не стала бежать за Кагами. Если героям понадобится помощь, они позовут. Так что она решила удостоверится, что с Томоэ все хорошо.       — Тиен? Да, я в порядке, благодарю. Где Кагами? — женщина поднялась со скамейки и стала набирать, что-то в телефоне, идя на выход с площади.       — Я не знаю. Убежала куда-то. Я пойду за ней. Как только герои освободят ее от акумы, я попрошу ее вам позвонить. Мы с папой подвезем ее. Оставите адрес? — Тиен семенила рядом, в надежде, что мадам не будет сильно разгневана сложившейся ситуацией.       — Хорошо. Позаботься о ней. Вот мой номер, как соберетесь расходится — позвони, — после недолгого раздумья, Томоэ протянула девушке визитку.       — Конечно, Цуруги-сан. Спасибо и не беспокойтесь, уверена, все будет хорошо, — проследив за тем, как женщина села в машину, Кан сорвалась с места на поиски подруги.

***

      Девушка нашла Цуруги на одной из улиц, как раз, когда герои ее победили.       — Кагами! — она подбежала к ней и заключила в объятия. — Я так волновалась.       — Я в порядке, спасибо Тиен, — японка ответила на жест. — Как ты поняла, что со мной случилось?       — Я увидела, как ты убегала с площади. К тому же, мне тоже пришла фотография, — сказав это, брюнетка обратила внимание на стоящую рядом Лайлу.       — Вот как, прости, что наша прогулка сорвалась.       — Все в хорошо. Я поговорила с твоей мамой. Тебе только нужно ей позвонить и сказать, что все закончилось. А вечером мы с папой подвезем тебя домой, — Тиен улыбнулась на удивленное выражение лица подруги. Та не ожидала, что после такого шоу, мама не скажет ей немедленно возвращаться.       Пока Кагами говорила по телефону, Кан благодарила героев за спасение подруги. Лайлу же девушка намеренно игнорировала. Убедившись, что все хорошо, парочка убежала, а Росси подошла познакомиться.       — Здравствуй, я Лайла. Ты подруга Кагами? Как хорошо, что у нее появились друзья, я видела, как ей одиноко в школе, хотела подойти познакомиться, напомнить ей о доме, я какое-то время путешествовала по Японии, хотела…       — Тиен. Раз хотела познакомится, почему не подошла? Я общаюсь с Кагами уже месяц, по-моему, у тебя была куча времени.       Почувствовав ложь в словах собеседницы, Кан не стала тянуть кота за хвост. Впечатление об этой особе уже было не очень, как и выводы о ее мотивах в отправке фото. Девушке не нравилось, как над ее первой подругой в Париже издевались и принимали за наивную дурочку. Да, Тиен была резка в высказываниях, но она не терпела неуважения не только к себе, но и к близким. Если бы Лайле было жаль, она бы сказала об этом и извинилась перед Кагами, но девушка не слышала, чтобы та хоть немного поинтересовалась ее состоянием. Росси просто стояла в стороне и наблюдала, а сейчас же пыталась выставить себя в лучшем свете. Получалось у нее не очень.       — Ох, понимаешь, я была в больнице. У меня отит, пошло осложнение так, что весь этот месяц я была сосредоточена на лечении… — к этому моменту, Кагами уже закончила разговор и стояла в стороне, наблюдая за происходящим.       — Правда? Но я видела тебя в школе и не раз. Если ты больна, то займись своим состоянием основательно. Думаю, учителя войдут в твое положение, если из-за лечения придется пропустить пару месяцев. Удачи, — отвернувшись и махнув рукой, Тиен подхватила подругу под локоть и повела ее в сторону садов Тюильри.       — Не думаешь, что ты была груба? — Кагами посмотрела на девушку, идя следом.       — Возможно. Но мне не нравится ее поведение. К тому же, она явно лукавила в разговоре. Не люблю подобное.       Тиен не стала говорить обо всех своих выводах, она решила узнать, почему фото так сильно расстроило подругу. Цуруги призналась, что влюблена в Адриана и ее он к себе никогда не приглашал. В дом Агрестов в принципе сложно попасть, но Лайла была там, и парень на фото не выглядел недовольным. Она рассказала, как ее тронуло его отношение к ней, как он подарил ей розу, что и стала зараженным предметом. Призналась, что приревновала.       — Вот оно что, — девушки уже шли по саду наслаждаясь окружившим их видом. — Лучше поговори с Адрианом на прямую. Не думаю, что она попала к нему домой просто так. Была причина. Да и фото ничего не доказывает. Он мог этого просто не ожидать. Лайлу ты совсем не знаешь, так что доверять ей смысла нет.       — Ты права. Я повела себя глупо. Поговорю с ним завтра на фехтовании, — девушка убрала засушенную розу в блокнот, а тот во внутренний карман пиджака. — А теперь, раз уж мы говорим о парнях, расскажи, что такого сделал Лука, что ты с него глаз на уроках не сводишь?       — Э… Ничего. Мы не знакомы толком. И я не пялюсь на него. Так, иногда посматриваю и рисую. У него интересная внешность, — подобного вопроса Тиен не ожидала. Кагами раньше ничего не говорила, так что Кан думала, что ее внимание по отношению к парню было незаметным.       — Я насчитала шесть страниц на которых ты его рисовала. Не думаю, что внешность Луки настолько интересная, — на лице японки читался явный скепсис.       — Это так заметно? — глубоко вдохнув и выдохнув, девушка признала поражение.       — Да. Уверена, он тоже это заметил, — в ответ на испуганный взгляд, та ответила. — Лука смотрит на тебя, когда отвлекаешься на блокнот.       — Черт, — Тиен спрятала лицо в руках. — Кагами, я не знаю. Мне уже задавали этот вопрос и мне нечего сказать. Мне просто нравится смотреть на него.       — Ты влюбилась?       — Нет! Ни за что! — от подобного вопроса Кан нервно дернулась. — Я никогда не влюблюсь. Мне это не нужно.       — Не нужно или боишься?       — Решила поиграть в психолога? — девушка усмехнулась, но все же ответила. — Скорее боюсь. Я видела, как страдал папа. Не хочу пережить тоже самое и не хочу, чтобы дорогой мне человек с этим столкнулся.       — Что случилось с твоей мамой? — Кагами и раньше задавалась этим вопросом.       Подруга рассказывала только об отце, так что задать его она не решалась. Раз молчит, значит есть причина. Но в этот раз любопытство победило.       — Слышала о кровавом фестивале в Рио, почти два года назад?       Тиен принялась рассказывать обо всем. Тогда был ее день рождения. Девушка готовилась ко встрече с друзьями вечером, у нее закончились баллончики с нужной краской и, вместо того, чтобы пойти самой, она воспользовалась «привилегией» именинницы и попросила маму сходить за ней, пока та укладывала волосы. Рассказала, как через полчаса услышала новости по телевизору о массовом нападении Суиндары, как раз в том районе и располагался магазин, в который пошла Аделаида. Тиен была уверена, что она не успела дойти до него, но не учла тот факт, что в отличие от нее, мама могла поехать на машине.       — Папа пришел через три часа после начала атаки, к тому моменту уже все закончилось. По новостям говорили только о том, что много жертв, личности еще не устанавливали, но ему позвонил знакомый из полиции и рассказал, что видел, как маму застрелили почти в самом начале бойни, — девушки сидели в тени у дерева. Пока Кан говорила с опущенной головой, Кагами сжимала ее руку.       — Застрелили? Она ведь была жертвой, как так получилось?       — Герои не успели среагировать, было несколько очагов нападения. Одержимые стали проявлять агрессию по отношению к полицейским, что пытались сдержать их продвижение. Один из них, испугался и выстрелил. Он был не единственный, многие паниковали. Если бы они ничего не сделали, то сами были бы мертвы. Потом пришли герои и смогли остановить «восстание». Мама была в начале толпы, ее убили первой. Я виню себя в том, что попросила ее сходить за гребанной краской. Если бы я пошла сама, то ничего не случилось бы в принципе. Все началось бы до того, как я дошла до магазина, я не попала под влияние, потому что просто оказалась бы вне зоне досягаемости.       Воцарилась гнетущая тишина. Кагами не знала, как поддержать подругу. Тиен же это не требовалось. Она сама удивилась тому, что смогла рассказать об этом и признаться в своих чувствах. Ей стало легче. Произошедшее они с отцом старались не обсуждать, даже Батт не любил вспоминать об этом. Как оказалось, если разделить свою ношу с нужным человеком, то жить становится легче.       — Спасибо, Кагами, — Кан сильнее сжала ее руку.       — За что? Я напомнила тебе об этом и ничем не могу помочь.       — Ошибаешься, — девушка подняла благодарный взгляд на собеседницу и улыбнулась. — Ты меня выслушала. Этого более чем достаточно.