Глава 7. Ты мой свет.

      Наступило утро. Сону позвонил в школу и предупредил, что девушка заболела и несколько дней не сможет приходить. Мадам Менделеева пожелала выздоравливать и сказала, что попросит кого-нибудь из одноклассников принести конспекты на дом.       Тиен уже давно проснулась, закончила завтракать и вернулась в свою комнату. Она бы могла потратить время на размышления о личности и мотивах Мотылька, но голова все еще побаливала, так что долго размышлять она не могла. Достав незаконченный портрет Луки, тихо включив музыку, она принялась за работу.       — Тебе отдыхать надо, если не забыла, — Батт приземлился на мольберт.       — Я и отдыхаю, — спорить и объяснять, что так она расслабляется, не хотелось.       — Он ведь хотел поговорить с тобой сегодня, а ты не в школе, — квами уложил голову на лапки.       — Если это что-то важное он позвонит или придет сам, — делая аккуратные мазки, девушка приблизила лицо к холсту, чтобы лучше видеть мелкие детали.       — Ты не волнуешься. Знаешь, о чем будет разговор? — листонос подлетел к своему завтраку и принялся его поглощать.       — Догадываюсь. О наших взаимоотношениях. То, что произошло тем вечером все изменило. Скорее всего, он догадался о моих чувствах и взял время на раздумья.       — И ты не боишься, что он может тебя отвергнуть?       — Чему быть, того не миновать. К тому же, он все еще встречается с Маринетт. Как бы он мне не нравился, пока он с ней, я ничего не сделаю.       — Мне нравятся твои рассуждения, малышка, — Батт закинул виноград в рот и улыбнулся.       Телефон девушки зазвонил и, не отложив кисти, она потянулась принять вызов.       — Слушаю, — Кан не отвлекалась от своего занятия.       — Привет. Тебя не было сегодня в школе. Мадам Менделеева просила передать тебе задания, я уже рядом с твоим домом. Я не помешаю тебе, если задержусь? Хотела поговорить, — из динамиков звучал голос Кагами.       — Конечно. Я встречу.       Сбросив звонок, Тиен накинула кардиган и стала спускаться вниз. Резкие движения еще отдавались болью, поэтому двигалась она медленно. Впустив подругу в квартиру, Кан оставила ее в комнате и пошла на кухню за чаем. Вернувшись к ней, обнаружила Цуруги рассматривающей уже законченные картины, что стояли на стеллажах.       — Очень красиво. Никогда не думала, что могу выглядеть так в чьих-то глазах, — Кагами развернула к девушке свой портрет.       — Ты была первой, кого я написала по приезде в Париж, — Тиен нежно улыбнулась подруге. — Если хочешь, можешь забрать.       — Лестно. Я бы с радостью, но не уверена, что мама одобрит, так что пусть он остается у тебя, — Японка взяла протянутый ей чай. — Как ты себя чувствуешь?       — Небольшая слабость. Завтра уже должна прийти в себя, — Кан махнула рукой, показывая, что все не так серьезно, как она могла подумать. — Ты как? Вчера во время разговора, тебя обратил Мотылек.       — Герои спасли меня, так что все хорошо, — Цуруги ненадолго замолчала, рассматривая комнату подруги. — Я хотела поблагодарить тебя.       — За что? — Тиен вздрогнула. Была вероятность, что Кагами обо всем догадалась, так, что она готовилась к признанию.       — За все. Ты стала моей первой подругой, поддерживала мои отношения с Адрианом, выслушивала и просто была рядом. Спасибо.       Отставив кружку в сторону, Цуруги обняла Кан. Та ответила на объятия. Девушка и сама была во многом благодарна ей. За общение, за помощь и поддержку, за правду, пускай и болезненную, но отрезвляющую и отрывающую глаза.       Некоторое время девушки сидели и обсуждали произошедшее в школе, о том как прошли уроки. Они не затрагивали тему героев. Тиен было тяжело говорить об этом так, чтобы не выдать информацию, которую не будучи героем она знать не должна. Кагами же не решалась задать волнующий ее вопрос в лоб. В голове прочно засели слова Шейд, которые та сказала ей накануне. Если ее догадка верна, то Цуруги не хотела ставить подругу в неудобное положение, она решила дождаться, когда та сама все расскажет.       Японка не осталась надолго. В ее расписании были дополнительные занятия, так что посидев с больной еще немного, она ушла.       — Я уже подумал, что она догадалась, — Батт вылетел из своего укрытия.       — Думаю, так и есть, — Тиен вернулась за мольберт.       — Почему тогда она не сказала об этом? — малыш в удивлении расширил свои глазки.       — Не хотела ставить перед выбором? Кагами умна, могла догадаться. Из «ЛедиБлога» она знает о Фантоме, знает о том, что я переехала из Рио, а он прекратил свою деятельность там, так что можно было предположить, что он передал талисман мне. А после вчерашнего, могла в этом удостовериться. Мои слова тогда могли натолкнуть ее на эту мысль окончательно, к тому же, я заболела как раз в тот момент, когда Шейд ели стояла на ногах.       — Информация о Фантоме не гарантирует того, что Шейд — это ты. Это скорее говорит о том, что героем был Сону, а по приезде в Париж он передал талисман кому-то из местных жителей. Хотя додуматься до реального положения дел тоже можно. Что ж, остается надеяться, что она достаточно умна, чтобы больше не принимать силы Мотылька, — листонос глянул на законченный портрет. — Как всегда, превосходно.       — Спасибо, — убрав холст сушиться, Тиен упала на кровать.       — Не будешь спорить? Говорить, что чего-то не хватает? Кто ты и что ты сделала с малышкой? — Батт засмеявшись приземлился рядом с ее головой.       — Хах… Если я подольше посмотрю на него, то определенно найду изъяны, но сейчас я не хочу думать об этом.       — Тебе в принципе поменьше думать стоит, — на малыша направился укоризненный взгляд.       Пролежав в тишине еще какое-то время, они услышали дверной звонок. Кан решила, что это пришли к Сону, так что даже не шелохнулась, а вот Батт приподнялся и стал зловеще хихикать.       — Ты чего? — девушка проследила за его хитрым лицом.       — Кажется, разговор все же состоится. И раз уж он здесь, то это о-о-очень важно, — квами, не дождавшись потока новых вопросов, спрятался в шкафу.       — Мышка, у меня вопрос, — в дверь постучали и в проеме появился отец девушки. — Ты организовала паломничество в нашу квартиру? Мне стоит ждать еще кого-нибудь?       — Пап, кто пришел? — девушка напряженно приподнялась с кровати и подозрительно посмотрела на Сону.       До Тиен не сразу дошел смысл слов Батта, так что сейчас она начинала осознавать весь масштаб трагедии. Она говорила малышу, что не волнуется, но это было лишь потому, что она надеялась — парень не придет. По крайней мере не тогда, когда она с трудом соображает, его портрет стоит на самом видном месте, а сама девушка перепачкана краской.       «Вот, кто меня за язык тянул, а? Что делать? У меня есть время?» — увидев в открывшемся проеме двери парня, девушка поняла. — «Нет. Понятно. Спасибо, папа».       — Привет, — проходя внутрь, Куффен окинул взглядом лохматое, разноцветное чудо и увидел в стороне свое изображение. — В прошлый раз она была накрыта тканью, верно?       — Да. Не подумай, я не только тебя рисую, — Кан кинулась к стеллажам, хватаясь за голову от резких движений. — Вот, смотри, тут есть Кагами, Адриан, Аля, Джулека и…       — Я понял, Тиен. Не нервничай так, — Лука, посмеиваясь, подошел к брюнетке со спины и поставил все полотна обратно. — Выглядишь бодро. Голова болит? Простудилась после вчерашнего?       — Да, завтра еще отлежусь, а потом в школу, — девушка покраснела от того, что парень положил свою руку на ее лоб. Очень удачно, что она прыгнула за борт, спасая Леди Баг, теперь у ее плохого самочувствия была причина.       — Хорошо. У нас репетиция послезавтра вечером. Придешь? — Куффен, опустив руки на женские плечи, развернул ее и повел к кровати.       — У меня нет планов, так что, да, — сев, Тиен наблюдала, как парень пристроился рядом и достал гитару, начав перебирать струны. — Ты хотел поговорить о чем-то сегодня, да?       — Это может подождать до репетиции. Или ты хочешь от меня поскорее избавится? — Лука кинул хитрый взгляд на подругу.       — Нет, конечно. Просто… Не важно, — музыкант не стал вытягивать из девушки, что же она хотела сказать.       «Так даже лучше. Сейчас я могу наговорить глупостей. Кажется, я заразилась этим от Маринетт».       — Почему ты обратился вчера?       — Меня задело недоверие Маринетт. К тому же, перед этим я пытался поговорить с мамой об отце, но она, как всегда, ушла от ответа, — Куффен не отвлекался от инструмента.       — Я могу спросить у папы. Возможно, Анарка рассказывала ему что-то, что поможет найти его, — Тиен положила руку на плечо собеседника.       — Спасибо, но уже не нужно. Я успел узнать. Мой отец — Джаггет Стоун.       — Что?! — Кан подскочила от удивления.       «Я же не всерьез предполагала, что у Джаггета есть дети!»       — Я тоже был удивлен. Мой кумир оказался моим отцом, — Лука хмыкнул. — Знаешь, он признался, что ушел, так как не собирался бросать карьеру. Считал, что не сможет быть хорошим родителем.       — Учитывая, что он живет в отелях с крокодилом, он был прав, — девушка скептично приподняла бровь.       — Он сказал то же самое.       — И, что ты думаешь?       — Не знаю, но я дам ему шанс. Хочу узнать его не только как звезду, но и как человека. Думаю, что хоть что-то мы с Джулекой для него значим. Вечером он пришел к барже и извинился за отсутствие в нашей жизни. Пообещал исправиться, — на лице парня красовалась нежная улыбка.       — Надеюсь, он тебя не разочарует. Лука, а у тебя сегодня нет работы?       — Ты можешь сказать, и я уйду, а не искать повод, — Куффен удивленно глядел на девушку.       — Да нет же. Я просто волнуюсь, что ты можешь опоздать, — Тиен встала с кровати и направилась к мольберту, чтобы хоть чем-то занять свои руки от нервов.       — Я взял выходной.       На телефоны ребят пришло оповещение о появившейся в городе акуме. Парень достал телефон и включил эфир. Из новостей, они узнали, что злодеев сразу пять. Лука заметил, как при этих словах, Тиен недовольно посмотрела в окно, а потом проверила свой телефон.       — Ты в порядке? — он подошел к Кан и положил руки ей на плечи, оставаясь за ее спиной.       — Да, просто, думаю, что их слишком много. Надеюсь, герои справятся.       — Ну их трое, если им потребуется помощь они обратятся к другим.       «Двое. Черт, возможно, именно сегодня я могла бы им быть наиболее полезной! Я делаю слишком мало! Вечно отсиживаюсь в стороне, когда они рискуют. Как только восстановлюсь, буду помогать им даже днем. Плевать на солнце!»       Куффен наблюдал за напряженной девушкой. Он не понимал, от чего ее мелодия сейчас звучала так воинственно и тревожно.       «Голова! Черт! Нет, я слишком импульсивна. Частые появления могут дать понять Мотыльку, что я действую по собственной инициативе и Леди Баг не властна надо мной. К тому же, высок шанс раскрытия. Кагами и так, наверняка, обо всем догадалась, а если я буду сбегать посреди уроков? Когда рядом с Лукой? Я не рассеянная Маринетт и не загруженный Адриан, у меня нет оправданий для постоянных побегов. К тому же, подобным поведением, история с Лукой может повториться, только уже я буду в главной роли. Нет, надо оставить все так как есть. Мы с ребятами договорились: если моя помощь потребуется, они позовут. Я запасной план на случай раскрытия их личностей. Я не должна подвергать себя лишнему риску».       Парень все еще не сводил с Тиен взгляда. Он предполагал, что из-за истории с матерью, она может бессознательно сомневаться в героях, от того она была так напряжена, когда дело касалось их.       — Они справятся. Всегда справлялись, — развернув подругу к себе, Лука сел перед ней на колени. — Не волнуйся. Если что, я буду рядом. Я защищу тебя, Тиен.       — Ты прав. Как и всегда. Спасибо.       Кан заглядывала в обеспокоенные глаза и чувствовала стыд. Так хотелось рассказать все, признаться кто она, что ей страшно остаться одной если герои не справятся, что она боится той ответственности, что несет, как хочется вернуться в Рио и закончить дело отца — победить Суиндару, как боится потерять дорогих людей из-за собственной мнительности. Но она молчала. Самым ярким страхом для нее было оставить Луку. Позволить ему пережить то же, что и Сону. Это перечеркивало любые желания.

***

      Настал вечер репетиции на барже. В школе класс стал свидетелем появления сестры Хлои — Зои. Впечатление о ней было практически никаким, если не считать того, что месье Домокль был весьма нервным, когда представлял ее классу и попросил всех «подчиняться» ей. Точнее, он оговорился, но это уже позволяло предполагать, что она не далеко ушла характером от своей семьи. Тем не менее, Тиен не спешила делать выводы. Зои ни с кем не говорила во время уроков, все время вне класса проводила со своей сестрой и Сабриной.       В кафетерии Маринетт заявила, что уже общалась с девушкой и ей она показалась хорошей, так что она пригласила ее на баржу. Близнецы не были против, все остальные же были настроены скептично, но Дюпен-Чен убедила их дать Зои шанс.       Кан пришла пораньше и помогала ребятам с настройкой инструментов, когда над ними возникла гигантская «Хлоя», а обычная Хлоя приказывала ей раздавить всех присутствующих иначе она вернется обратно в Нью-Йорк.       — Это Зои? — Лука завел Тиен себе за спину.       — Серьезно? Хлое заняться нечем, как доводить окружающих до акумы? Она когда-нибудь успокоится? — Кан закатила глаза от раздражения.       — Не говори так. Возможно, в глубине души она хорошая, — Роуз как всегда верила, что люди не такие уж и плохие. Увы, Тиен была с ней категорически не согласна.       — Если в ней есть что-то хорошее, то я Мотылек, — спорить она не стала, лишь пробурчала себе фразу под нос, вызвав смешок со стороны Куффена.       Вскоре место сражения сменилось, так что ребята продолжили заниматься своими делами, попутно обсуждая произошедшее. Когда приготовления были завершены, Лука повел девушку в свою каюту.       «Время пришло. Что он скажет? Что он любит Маринетт и не может быть со мной? Или наоборот? Черт возьми, как же я волнуюсь!»       — Расслабься, Тиен. Я не собираюсь тебя есть, — смотря на испуганное лицо девушки, парень усадил ее на кровать и сел рядом, беря за руку.       «Я бы поспорила. Змеи едят летучих мышей и прямо сейчас я чувствую себя твоим ужином».       — Я не волнуюсь. О чем ты хотел поговорить? — несмотря на попытки прийти в себя, покрасневшие уши ее выдавали.       — О нас.       «Черт, черт, черт! Как себя вести? Что сказать? Дева Мария, помоги!»       — Посмотри на меня, Тиен, — музыкант повернул ее к себе за подбородок. — Я не прошу тебя о взаимности, если я не тот, кто тебе нужен просто скажи. Не хочу обременять тебя, но и молчать больше не в силах. То, что было между мной и Маринетт было ошибкой, и мы оба это понимали. Мы оба запутались в собственных чувствах и сомнениях, сделали неправильный выбор. Ты дорога мне, больше чем кто-либо. Знаешь, в этом мире, полном шума и суеты, я нашел свой тихий уголок — это ты. Ты — как светлая звезда, что освещает мой путь, когда все вокруг кажется темным. Каждый момент с тобой — это как мелодия, которая западает в душу и не отпускает. Я хочу, чтобы ты знала: ты — моя муза, моя вдохновляющая сила. Я люблю тебя так, как никогда не любил никого.       Лука водил ладонью по щеке девушки, наблюдая, как та заливается краской от каждого слова. Сейчас он чувствовал себя правильно. Как и сказала ему на мосту Маринетт, они оба смотрели не на тех, о ком грезило сердце. Он не боялся, что его могут отвергнуть — готов был принять отказ. Единственным желанием было донести свои чувства до той, которую он искренне хотел видеть рядом, которую хотел оберегать.       Мысли девушки вылетели из головы. Тиен не шевелилась, просто сидела и смотрела в глаза музыканта, не в силах что-либо сказать. Она не знала сколько прошло времени. Парень не торопил, продолжал касаться ее и ждать. Она бы была ему благодарна, если бы ее не захлестнули страхи.       «Если я отвечу ему, поставлю под удар. А если я погибну? Что тогда? Как он это переживет? Что мне делать? Как бы поступил отец?»       Вспомнив, что Сону говорил ей после смерти Аделаиды, девушка нашла решение. Отец говорил, что ни о чем не жалеет, кроме того, что не был рядом, когда Адель нуждалась в этом больше всего. Ему было больно, он страдал, но признавал, что если бы был шанс вернуться в прошлое и оттолкнуть ее от себя, чтобы продлить ее жизнь, он бы ничего не сделал. Эгоистично? Да, но он хотел быть с ней, несмотря ни на что. Ее смерть лишь его ошибка, но и ее счастье от жизни с ним, так же дело рук Сону. Тот, кто не рискует, никогда не обретет счастья.       — Ты мой свет, Лука, тот, что я искала два года, — парень замер. Увидев оттенки радости в его глазах, девушка набралась смелости и пылко продолжила. — Ты словно картина Леонардо да Винчи: сложный и загадочный, наполненный тайнами и совершенством, которое хочется изучать снова и снова. В каждом твоём взгляде я вижу свет, как у Моны Лизы, — таинственный и притягательный, вызывающий улыбку и желание понять глубже. Твоя улыбка — словно мягкие мазки импрессиониста, сотканные из тёплых оттенков, окутывающие сердце нежностью и вдохновением. Ты — моя живописная мечта, которая оживляет серые будни, словно яркий мазок на серой стене. В твоих глазах я нахожу вдохновение, чувство, словно в моих силах создать шедевр, и каждая минута с тобой для меня — как восхищение величием полотна. Я хочу быть с тобой до самого конца, чтобы вместе мы создавали картину любви, яркую и бесконечную, словно холст, покрытый множеством красок и оттенков. Хочу, чтобы наши чувства стали произведением искусства, которое навсегда останется в галерее наших сердец.       Когда Тиен закончила, оба сидели абсолютно красные. Пожалуй, никто из них не предполагал такого развития событий. Из сумки девушки выглядывали слезящиеся глазки Батта, что был растроган тем, что услышал, а по ту сторону двери, толпились и старались не дышать все собравшиеся на корабле люди, которые поспешили ретироваться и оставить ребят наедине уже по-настоящему.       Осознав все сказанное Кан, Лука аккуратно притянул ее к себе и поцеловал. В головах обоих взорвался фейерверк, ярче которого они никогда не видели. Тиен запустила руку в волосы парня и прижалась еще ближе, пока его рука обняла ее за талию.       Пока они нежно касались губ друг друга, наверху ребята решали, кто же их позовет и возьмет на себя весь удар от прерванного момента. Вызвалась Маринетт, чем спровоцировала несколько напуганных и смущенных взглядов. Уверив, что все в порядке, и они с Лукой все обсудили, а за Тиен она безумно рада, та поспешила спуститься вниз, из-за чего запнулась и упала прямо перед нужной комнатой.       — Маринетт? — Лука вышел на шум со слегка сбившимся дыханием.       — А, да, там все уже собрались, — брюнетка кинула взгляд на подругу, что прятала лицо в ладонях. — Ждем только вас и Зои.       — Вот как. Мы потеряли счет времени. Пойдемте, — поднимая гитару, Куффен уже собирался уходить.       — Подожди. — Тиен схватила его за руку. — Проясним. Мы… Что теперь между нами? Мы вместе?       — Да, — усмехнувшись, музыкант повернулся и поцеловал девушку, тем самым ошарашив ее, не обращая внимания на наблюдающую за всем Дюпен-Чен.       Когда же он с улыбкой отстранился и вышел, Маринетт развернула подругу к себе за плечи.       — Я так рада за вас! Вы так мило выглядите вместе, это потрясающе, — брюнетка обняла девушку.       — А как тебе их признания? Я даже расплакался, — убедившись, что все чисто, Батт вылетел к девушкам и появившейся Тикки.       — Я тоже, никогда такого не слышала. Это были самые прекрасные признания в любви, — квами вытерла подступившие слезинки.       — Что?! Кто еще это слышал? — Кан бросила на троих раздраженный взгляд. Маринетт и Тикки стойко держались, а вот Батт без зазрения совести все выдал.       — Все. Даже Анарка.       — О, Дева Мария, какой стыд! — Тиен схватилась за голову и села на корточки.       — Дева Мария? — Дюпен-Чен посмотрела на листоноса.       — Издержки жизни в религиозной стране, — малыш пожал плечами. — Она часто так говорит, просто не при вас.       — Кстати, Маринетт, ты нашла производную от своей силы? — девушка поспешила сменить тему, чтобы дать себе время успокоится.       — А? Да, ты заметила?! — Дюпен-Чен была горда собой и воодушевлена открытием. — Это обереги, защищающие от зла. Я предполагаю, что с их помощью Мотылек не сможет дважды акуматизировать горожан. Аля помогла мне создать их.       — Ты рассказала о своей личности Але? — Кан удивилась этой новости.       — Да. Я поняла, что не могу больше скрывать это от нее. Из-за моих страхов я стала отталкивать друзей. Мне тяжело нести эту ношу в одиночку.       — Ты не одна, Маринетт. У тебя есть я и Кот. Ты можешь доверять нам. Если потребуется помощь обязательно скажи мне об этом, — девушка обняла подругу в знак поддержки.       Когда приступ стыда был подавлен, девушки поднялись наверх. Кан старалась ни на кого не смотреть, в тоже время Лука выглядел как обычно, разве что улыбался больше и уже в открытую смотрел на Тиен. Кагами ткнула подругу в бок, заставляя ту обратить на себя внимание.       — Не думала, что ты настолько красиво говоришь. Сразу ясно — дочь писателя, — Цуруги хитро улыбалась, смотря на брюнетку.       — Давай ты, как другие, будешь делать вид, что ничего не слышала? — поднимая глаза в мольбе, обратилась Кан.       — Нет уж, — японка усмехнулась и обратила внимание на нового члена экипажа.       — Добро пожаловать, Зои, — Маринетт подошла к блондинке. — Я тебя со всеми познакомлю. Ребята, это Зои. Она прилетела из Нью-Йорка.       — Я… Простите за этот день. Я думала, что если буду делать то, что хочет Хлоя — она меня примет. Я хотела оправдать ожидания родных, поэтому и решила уехать из Нью-Йорка. Там в школе я играла роль. Подстраивалась, чтобы меня приняли, но в итоге, я так больше не смогла и все объединились против меня. И вот однажды, я нашла таракана в шкафчике. Все говорили, что я неудачница, может они были правы. Понимаю, что я другая и пойму, если не захотите со мной дружить, — девушка опустила голову в ожидании реакции других. Первым решился Иван. Он подошел и обнял Зои.       — Мы все одна большая семья, — Милена положила руку на плечо новенькой.       — С нами не пропадешь, — Роуз так же подошла поближе.       — Можешь обращаться к нам, если понадобится помощь, — Тиен и Кагами так же не остались в стороне.       — Тебе больше не придется уезжать, Зои. Добро пожаловать.       Зои угостила всех принесенными с собой макаронами и принялась смотреть на выступление ребят. В остальном, вечер прошел спокойно.

***

      Прошла неделя. Тиен помогала готовится к съемкам фильма под руководством Томаса Астрюка. Кан была ответственна за декорации вместе с Алекс. Кан Сону тоже вызвался помочь ребятам, приняв участие в помощи написания сюжета. Он занимался этим дистанционно, помогая и направляя Нино. Девушка раскрашивала мечи главных героев, когда за ее спиной с шумом открылась дверь. Обернувшись, она увидела свалившуюся на пороге Маринетт.       — Ты себе не изменяешь. Как можно опоздать, живя в двух минутах ходьбы от школы? — ухмыляясь, Кан бросила взгляд на подругу.       — Сама порой поражаюсь, — хихикая, девушка подошла к Зои с Милен и передала костюмы.       Ребята закончили с подготовкой и расселись по местам, чтобы наблюдать за репетицией двух актрис, но ее пришлось прервать из-за ворвавшейся в кабинет искусств Хлои.       — Да как вы смеете? Дать главную роль моей сводной сестре, которая взялась из ниоткуда, да еще и с папиными деньгами! — блондинка яростно топала ногами от негодования.       — Э, вообще-то не я финансирую проект, милая, а город, — мэр Буржуа сложил руки перед собой и стал пытаться усмирить дочь, пускай и безуспешно.       — То же самое! — Хлоя отмахнулась от отца и прошла дальше в класс по направлению к Зои. — Ты! Я говорила, что отправлю в Нью-Йорк, если встанешь на пути, а теперь ты не просто на моем пути, но еще и в телевизоре!       — Да кто ты такая, чтобы ей указывать? — гневную тираду Тиен прервала Маринетт, положив руку на ее плечо.       — Не дай сестре затоптать себя, Зои. Ты создана для этой роли, ты ее заслужила! — Дюпен-Чен приободряла девушку.       — Это правда, а завтра уже встреча с продюсером, так что сейчас уже поздно что-то менять, — вступился Томас Астрюк.       — Позволь напомнить, что мы предлагали тебе, как и всем школьникам, принять участие в фильме, но ты отказалась, потому что, я цитирую: «У Милены ужасный свитер, Нат рисует как младенец, Аля бесполезна, а Маринетт смехотворна, просто смехотворна». — Жан-Пьер Монлатен, профессор искусств, судя по всему, предвидел подобное и достал блокнот, в котором записал слова Буржуа.       — Я так сказала? — девушка очень удивилась, по крайней мере, так казалось.       — Еще грубее, — мужчина еще раз кинул взгляд на листы для проверки.       — Что ж, я до сих пор так считаю.       — Тогда зачем тебе сейчас встревать, раз ты не уважаешь тех, с кем тебе предстоит работать? — Кан сложила руки на груди и уставилась на оппонентку.       — Потому что, если этот несчастный глупый фильм выпустят в кинотеатрах, и кто-нибудь станет звездой, этим кем-то должна быть я! Так что вы отдадите мне роль сводной сестры, потому что все ее на самом деле мое!       — Не беспокойся, Хлоя. Чтобы стать звездой нужен талант, а у тебя его нет, — Тиен смотрела на блондинку ухмыляясь, чем вызвала ее гнев. Та не стала отвечать и просто ушла.       — Не волнуйтесь, дети. Я поговорю с ней и завтра все будет нормально, — мэр выбежал вслед за дочерью.       — Думаете, все будет хорошо? — Маринетт оглянулась на остальных присутствующих.       — Это же, Хлоя. Стоит ждать сюрприза, — Аля глубоко вздохнула и обреченно посмотрела в потолок.      

***

      — Сюрприз! — слова Сезер оказались пророческими. Придя в кабинет Боба Рота на следующий день, ребята застали в его кресле Буржуа.       — Хлоя, а ты что здесь делаешь?! — Дюпен-Чен подлетела к столу.       — Мой друг Андре сказал, что вы не против внести изменения в сценарий, чтобы его дочь могла участвовать в фильме, — в кабинет зашли мэр и сам Боб Рот. В отличие от второго, месье Буржуа явно чувствовал себя виноватым из-за сложившейся ситуации.       «Радует, что он хотя бы понимает весь ужас происходящего».       — Но это невозможно! У нас ведь уже все готово, — Маринетт продолжала отстаивать точку зрения всей команды.       — Съемки фильма, милая, это искусство компромиссов, чтобы защитить твои… Э-э-э… Точнее, интересы фильма, нужна гибкость. Поэтому дочь Андре будет играть главную роль, — продюсер настаивал и явно выдавал свои истинные намерения и мотивацию — деньги.       — Это не в интересах фильма. Зои — идеальна на роль супергероини Созидание, — Дюпен-Чен выдвинула названную вперед, в попытках убедить мужчин.       — Следующий рейс в Нью-Йорк через полчаса, — Хлоя вальяжно закинув ноги на стол копалась в телефоне.       — Маринетт, не важно, что я не буду играть главную роль. В команде еще много открытых позиций, — Ли пыталась приободрить брюнетку.       — Отлично. Если ее не будет на экране — я не против, — Буржуа уже праздновала победу, делая вид, словно ее уговаривали принять участие.       — Вот и договорились. Увидимся завтра утром на площадке.       Боб Рот фамильярно закинул руки на плечи девушек и стал выпроваживать их и остальных учеников из кабинета. В конце, он буквально вытолкнул их за его пределы и захлопнул дверь.       — Это абсолютно нечестно! — Маринетт очень злилась.       — Увы, мир вообще не справедлив. Ладно, пойдемте. Будем работать с тем, что есть, — глубоко вздохнув и приобняв подругу, Тиен направила ее к выходу из здания.

***

      Съемки должны были проходить в садах Тюильри. Собравшись на месте и разбив съемочный лагерь ребята принялись за работу. Тиен, Алекс, Ким и Макс устанавливали декорации. Им повезло больше, чем Маринетт, Роуз и Милен, которым приходилось находится в одной комнате с Хлоей.       Нино объявил о предстоящей сцене и попросил всех освободившихся сыграть роль массовки, лежащей на земле без сознания.       — Стоп! Мне сказали, что я должна играть роль злодейки Разрушение, а Милена будет супергероиней Созидание! У меня главная роль и я положительный герой! — Буржуа вылетела из трейлера с очередной кучей претензий.       — Хлоя, эти две роли одинаково важны, — Нино пытался убедить блондинку, только вот ей, как всегда, было плевать на мнение окружающих.       — Бла-бла-бла. Мне все равно. Я буду супергероиней.       «Как же мне повезло, что я в другом классе, иначе давно повыдергивала ей все волосы».       — У нас нет времени вносить изменения, Хлоя, — Дюпен-Чен вновь вступила с ней в конфликт.       — Правда? — откусив банан и прожевав его, блондинка резко завопила. — Папа!       «У нее и так голос противный, а она еще и кричит. Поди из-за постоянных истерик он у нее такой мерзкий».       Выбора не было. Мэр Буржуа послушался дочь и попросил переписать сценарий, чем и занялся Нино.       Увы, на этом ничего не закончилось. Хлое все не нравилось, она вечно вносила изменения, придумала супергероиню Леди Банан, потребовала машину для героини, огромную кидающуюся бананами гориллу. Даже ее отец выглядел подавленным. Своими капризами, она подкидывала работу не только Нино и Астрюку, но и ребятам, занимавшимся декорациями, среди которых была Тиен. Из-за капризов «главной актрисы» пришлось привлечь к съемкам еще и Адриана, которого посадили в клетку и подвесили над землей с помощью вертолета. В итоге, все оказалось зря. Хлоя возмутилась, что горилла не настоящая и даже не хотела слушать, что в фильмах, на самом деле используются спецэффекты и компьютерная графика. Так ничего и не сделав, помимо разрушения рабочего настроя остальной команды, она удалилась с площадки.       Как только это произошло, подростки с облегчением выдохнули. Маринетт призвала всех снять фильм по изначальному сценарию в тайне от Буржуа. Спорить никто не стал. Так ребята и провели оставшийся день в съемках собственного оригинального кино, как и хотели изначально.

***

      Наступил следующий день. Фильм показали Габриелю Агресту и тот согласился полностью его проспонсировать, так что уже сейчас ребята собрались в кинозале для просмотра. Пришли не только участники съемочного процесса, но и другие одноклассники подростков.       — Вы превосходно справились, — когда фильм закончился и отовсюду послышались аплодисменты, Лука зашептал на ухо Кан, сидя рядом с ней и держа за руку.       — Это было то еще испытание, — Тиен смущенно смотрела на парня.       — Охотно верю, — Куффен усмехнулся и перевел взгляд на распахнувшуюся дверь в зал.       Ворвалась Хлоя и сходу начала возмущаться, только вот в этот раз на стороне юных энтузиастов был Габриель Агрест, который рассказал девушке о своем вмешательстве. Мэр ничего не мог сделать, да и не особо хотел, а Бобу Роту было все равно, какой выйдет фильм, если, в итоге, ему хорошо заплатят, так что на истерики Буржуа всем было плевать. Блондинка вылетела из кинотеатра сбивая с ног единственного, кто был на ее стороне — Сабрину.       Не прошло и пяти минут, как крыша над залом разрушилась и в образовавшейся дыре показалась голова желтой гориллы, с которой вещала Хлоя, искавшая Зои.       Лука не растерялся и схватил Тиен, Джулеку и Роуз, уводя их подальше от злодейки. Скрывшись в другом зале и убедившись, что их не превратят в бананы, Роуз достала телефон и включила прямой эфир новостей.       — Бедная Хлоя, она так расстроилась. Может стоило поступить так как она хотела? — Левилен посмотрела на остальных.       — Ты же знаешь ее, Роуз. Даже если бы мы делали так как она хотела, ей бы вечно что-то не нравилось. Итог был бы один — кого-то бы акуматизировали. Если не Буржуа, то кого-то другого, — Кан посмотрела на поникшую девушку и принялась смотреть в экран телефона.       Леди-Баг и Супер-Кот вступили в бой, но их действия не возымели эффекта, и героиня использовала свою силу. Пока она продумывала план, перед Леди Банан появилась Зои и пыталась ее переубедить. Когда Хлоя без причины атаковала простого прохожего, Джулека и Роуз испуганно вздохнули. Видя напряженную девушку, Куффен приобнял ее, успокаивая и ловя благодарную улыбку.       — Они ведь справятся? — Джулека подняла взгляд на брата и Кан.       — Как всегда, — парень сестру поближе к себе.       От неминуемой участи стать бананом Зои спасла Леди, схватив и уехав подальше на скутере. Кот остался один на один с разбушевавшейся от котаклизма гориллой, уворачиваясь от ее залпов. Через некоторое время, ему на помощь подоспела новая героиня пчела и парализовала животное.       — Новая Леди Пчела? Она такая классная! — Роуз аж запищала от восторга, вызывая улыбку на губах остальных.       — Теперь у героев больше шансов, — Тиен кивнула, тем самым подтверждая собственные слова.       Герои присоединились к Леди Баг, сражающейся с Леди Банан. Как и ожидалось, блондинка была в ярости и не заметила, как Леди налила клей в ее кобуру от банана-пистолета. Лишившись оружия, девушка проиграла и вернулась в свой привычный вид.       Когда все закончилось, ребята поспешили к друзьям. Все вернулось на круги своя и все обращенные в бананы вернулись. В процессе пересказа случившегося Але, все переместились в холл кинотеатра, куда заявилась Хлоя, вопя о том, что хочет снять собственный фильм. Зои попыталась возразить сестре и показать, что больше не намерена играть роль паиньки и теперь не будет боятся высказывать той свое мнение, из-за чего Буржуа завизжала в попытках привлечь отца и заставить его сделать так, как она хочет. Большим удивлением для окружающих стало нежелание мэра потакать данной капризе дочери, о чем он, впервые на памяти Тиен, открыто и твердо заявил. Не получив желаемого и отобрав кулон, в котором Кан узнала оберег от Леди Баг, что держала в руках Зои, Буржуа, раздраженно топая ногами покинула кинотеатр.